Геймдев — профессия, которую захотят получить наши дети
Будущее наступило, но ему нужны разработчики виртуальной и дополненной реальности

Постепенно чрезмерное увлечение компьютерными играми перестаёт быть лишь головной болью родителей. Сегодняшние дети когда-то вырастут и начнут разрабатывать свои игры и придумывать дополненную реальность. Рассказываем, где сегодня этому учат.
Компьютер — центр безграничной вселенной, уместившейся на площади в 20 дюймов. И вам кажется, что это конец? Мы уверены, что это только начало. Возможно, ваш ребёнок однажды погрузится в мир геймдев. Это разработка компьютерных игр, виртуальной и дополненной реальности. Сегодня это очень вероятно. Взять хотя бы то, что настоящий фанат игр уже знает или чувствует тонкости сценарной и дизайнерской работы. Он начинает понимать, что отличных продуктов не так уж много. И вот тут ребёнка можно заставить сомневаться: а что если игры нужно искать не у других разработчиков, а создавать самому?
Любовь к играм — это не только пустая трата времени, это отличная мотивация для школьников и студентов. Это вдохновляющий огромный технологичный мир, который стремительно развивается. Технологии виртуальной, дополненной и смешанной реальности уже активно используются в разных сферах жизни: в промышленности, образовании, медицине, космосе, спорте, развлечениях. Они позволяют воссоздавать настоящие процессы и симуляторы. Например, космонавты на предполетной подготовке тренируются на симуляторе стыковки к международной космической станции. Тренироваться в виртуальной реальности намного проще и дешевле, чем рисковать в открытом космосе.

Где сегодня учат геймеров
В сентябре этого года в Москве, Махачкале, Томске, Владивостоке и Хабаровске стартуют первые курсы дополнительно образования для геймеров в возрасте от десяти лет. Планируется, что обучение будет проходить на базе обычных школ. Дважды в год ученики будут встречаться на федеральном хакатоне, чтобы выяснить, кто из них лучший.
Возможность разработки собственной игры сегодня зажигает сердца ничуть не меньше, чем мечта о покорении космоса в 70-х
Здесь все не по-детски серьёзно. Разработка игры или контента виртуальной реальности требует от создателя целого наборы навыков: менеджмент, 2D и 3D дизайн и анимация, понимание психологии пользователя, программирование, маркетинг. Но и деньги будущий разработчик будет получать очень хорошие. По исследованиям U.S. News and World Report эта специальность будет постоянно расти, к 2020 году на рынке будут открыты около 143 миллиона рабочих мест. Это в будущем, а уже сегодня хороший разработчик игрового движка Unity вполне может рассчитывать на зарплату от 150 000 до 250 000 рублей в месяц
Где получить высшее образование по геймдеву
Эта сфера настолько перспективна и серьёзна, что в России уже появилось первое магистерское направление по геймдеву, виртуальной, дополненной и смешанной реальности. Поднять свои навыки на новый уровень можно в Дальневосточном федеральном университете (ДВФУ), где с 2017 года будет запущен новый кластер программ магистратуры Game development & VR. Программы поддержаны Агентством стратегических инициатив (АСИ) в рамках Национальной технологической инициативы и проекта «Кибер Россия».
Здесь будут готовить настоящих профессионалов, которые научатся прототипированию приложений, используя среду разработки Unity. В конце их ждёт не просто сертификат международного образца, но и готовый к продвижению и выходу на мировой рынок бизнес-проект по Game development & VR. А значит, хорошие перспективы и приличные заработки.
Вместо стандартных зачётов и экзаменов студенты будут готовить проекты. Раз в полгода — биться на хакатонах, как и школьники. Это не просто коллективное творчество, но и возможность научиться работать в команде, которая будет создавать квесты виртуальной реальности, развлекательный контент для аттракционов VR, симуляторы для отработки практических навыков. И всё это не в далеком будущем после окончания учёбы, а здесь и сейчас.
Популярные комментарии
ОльгаНекоторые родители не умеют быть родителями. Потому что не понимают, что детей любят просто так, а не за что-то. А дети вообще не обязаны соответствовать ожиданиям родителей.
Я разлюбила своего единственного сына. Почему я вижу в нем только недостатки?
HelenВыбирать нужно не школу, а учителя. Мой младший сын пошел учиться в очень хорошую школу, недалеко от дома, бытовые условия шикарные. Все условия прекрасные были. Но в первом классе уже пришлось нанимать репетиторов русского, языка и математики. И всё четыре года постоянно репетиторы. По окончании 4класса, он единственный сдал все впр на отлично и единственный, который был зачислен в математический класс. Кроме того, он единственный смог поступить в математический лицей, претендентов было 23 человека из школьного потока. Теперь в среднюю школу ребенок пойдет не рядом со школой и прекрасными условиями, а в лицей, в котором условий нет совсем нормальных, но есть лучшие преподаватели города. И я, как нормальная мать, буду возить его и забирать 6 дней в неделю. В стране практически отсутствуют кадры, но есть много хороших, светлых и комфортабельных школьных зданий. А зачем они, если учителя нет квалифицированного.
Как выбрать школу, в которую ребенок захочет ходить: чек-лист для родителей
ВековойПора уже отказаться от письма на бумаге и перейти к письму на клавиатуре. Это позволит перейти к более эффективной методике обучения. Мои внуки стучали по клавиатуре, а на экране высвечивались их ошибки. При появлении ошибки сразу обращались к правилу. При таком подходе вырабатывается автоматизм при написании слов и лучше усваиваются правила. При этом наиболее успешно усвоено то, что чаще всего встречается в практике письма, а в таком случае меньшее число совокупных ошибок по всему тексту. При письме на бумаге ребёнок не замечает своей ошибки, а узнаёт о ней после проверки работы учителем. При этом он узнаёт сразу о нескольких ошибках, а поэтому в его мозгу снижается уровень концентрации на каждой из них. Фактически старая методика фиксирует излишний труд учителя при менее эффективных результатах в учёбе.
Близок ли к реальности русский язык, который изучают в школах? 6 вопросов филологу — о языке, ИИ и мемах




