
Недавно Наталья Годунова рассказывала, как георгиевская ленточка почему-то стала обязательным атрибутом для школьников 9 мая. В продолжение темы педагог Арсений Попов размышляет над тем, почему взрослые осуждают нынешних детей за отсутствие священного трепета. Это и правда довольно странно. Ведь нас самих никто не осуждал за то, что мы не оплакиваем участников Первой мировой.
В последнее время я заметил тенденцию, что несмотря (а, быть может, и вопреки) на растущую значимость 9 Мая для нашей страны, День Победы, к моему сожалению, так и не стал объединяющим праздником для всех. Я не имею в виду абсолютных неадекватов, даже среди «обычных» людей всё чаще возникают споры и взаимная неприязнь по отношению к различным ритуалам праздника и к нему самому. На мой взгляд, это происходит из-за банального нежелания представителей старшего и молодого поколений прислушаться друг к другу.

Прежде чем читать дальше, ответьте честно на пару вопросов. Вспомните даты начала и окончания Отечественной войны 1812 года. У всех получилось? Теперь вспомните, когда вы последний раз размышляли о Первой мировой. А когда были на могилах погибших в Гражданской войне?
Это войны, затронувшие каждую семью, и, за исключением Первой мировой, ставшие в своё время поводом для национальной гордости. Я, сравнительно молодой ещё человек тридцати семи лет, застал живых участников Гражданской, а моя родная бабушка помнила ещё и Первую мировую и Великую Октябрьскую революцию ─ спасибо за то, что поздно родила мою маму и жила долго! Но вряд ли кто-то будет отрицать, что память об этих событиях в значительной мере ушла, и уж точно ─ изменилась.

Без сомнения, память о Великой Отечественной войне ждёт та же участь, кто бы что ни говорил. Память изменится не в нас, она изменится в результате естественной смены поколений. Она уже трансформировалась и продолжает меняться. Моё поколение ─ поколение внуков, мы помним живых фронтовиков в своей семье, но не помним погибших. Нынешние дети ─ поколения правнуков и праправнуков. Для них Великая Отечественная ─ как для нас Первая мировая или Гражданская. Это не плохо и не хорошо, это жизнь.
Помимо школьных знаний и фактов из книг и фильмов, мы получили живые свидетельства участников событий. Дети наших детей этого уже не получат. Книги, фильмы и рассказы тех, кто видел живых ветеранов, не заменят рассказов деда. Дедушка и бабушка имеют особое значение в семье, обычно между ними и внуками особенно тёплые и доверительные отношения.

Память уже изменилась. Наша память, память наших родителей и память фронтовиков ─ это разная память. Разные поколения вопринимают один и тот же праздник по-разному.
Я считаю себя не в праве осуждать современных детей за недостаточный энтузиазм в праздновании Дня Победы
По роду деятельности я общался с большим количеством фронтовиков и тружеников тыла. Для них 9 Мая — праздник окончания войны. Для поколения войны в этот день пришла весть, что не будет больше смертей, что все солдаты вернутся с фронта, не будет больше похоронок (хоть это и не совсем так, но я о настроении), что свои силы в тылу нужно будет тратить на восстановление разрушенного и строительство нового, а не для фронта. Всё, отвоевали — Победа! Это не мог быть праздник без слёз. Возможно, потому и первые 20 лет после 1945-го не было парадов. Как можно праздновать, если не так давно вы потеряли мужа, отца или сына.
Для поколения внуков это праздник того, что мы показали свою мощь всему миру, одолев сильнейшего противника и абсолютное зло — фашизм. Это салют, песни под гармонь, военный парад, боевые сто граммов. И это нормально! Когда мы вспоминаем Бородино или битву при Гангуте, мы не оплакивем жертв, мы вспоминаем итог. Через двести лет, думаю, проблем восприятия не будет. Все будут примерно одинаково и ровно относиться к победе в Великой Отечественной, как сейчас к Ледовому побоищу. Сейчас же мы живём в тяжёлое время, время смены поколений — носителей разного вида памяти.
Всё не так просто, как я описал выше. Поколения смешиваются, да и сами они неоднородны. Кто-то особо чувствительный из поколения внуков или правнуков воспринимает войну так, как будто она произошла с ним самим. Одна моя знакомая, например, сходив однажды на Бесмертный полк, перестала его посещать — сразу накатывают слёзы, воспоминания, осознание того, что вместо деда теперь портрет на палке. А кто-то из фронтовиков до старости весело рассказывал про подвиги. По какой-то причине это было особенно свойственно лётчикам. Почему же что-то из этого некоторым кажется ненормальным? Люди все разные.

Пережить это переходное время безболезненно, без озлобления поможет принятие того, что разные люди помнят и воспринимают Победу по-разному. Наши внуки и правнуки тоже будут помнить её. По-своему, как мы помним сквозь века Куликовскую битву или Московскую 1612-го, Первую мировую войну и Великую Октябрьскую революцию. Мы не в силах передать свою память потомкам. Они будут формировать её сами — из школьных учебников, фильмов, книг. Из наших рассказов в том числе, но сами. А когда-нибудь уйдём и мы, а потом и наши дети и внуки — последние, кто видел живых ветеранов той войны. Жизнь продолжится, память останется.
P.S. И вот поэтому всякие искусственные потуги даже не власти, а скорее проводников её воли на местах, приносят больше вреда, чем пользы. Обязательное ношение атрибутов без должного объяснения, зачем это нужно — так надо, и всё тут. Перед муниципалитетами ежегодно ставят задачу увеличивать количество участников Бессмертного полка. Ясно, что увеличение не будет добровольным — ведь кто хотел, уже участвует.
Лично мне хочется, чтобы 9 Мая стал объединяющим днём для нашей страны. Чтобы одни ходили на парад, другие на Бессмертный полк, а третьи к могилам своих фронтовиков, посидеть в тишине. Никто не становился бы объектом осуждения. Пусть лучше уж те, кто не горит желанием идти на массовое празднование, посидят дома, а не будут по разнарядке присланы в строй. Тогда и отношение к мероприятиям будет другое. Сейчас, к сожалению, такие прекрасные начинания, как «Георгиевская ленточка» и «Бессмерный полк» становятся обязаловкой. Не для всех, безусловно, но это имеет место. Когда тебя заставляют идти туда, куда бы ты и сам пошёл, остаётся неприятный осадок.
Фото Юлии Новиковой
Популярные комментарии
АндрейАбсолютно согласен! Надо ещё и математику убрать, а то учат детей думать и раскладывать по полочкам! И читать и грамотно общаться сейчас не в моде. Есть же нейросеть! И комментарии поможет написать! Отправлять в школу только на физкультуру, труды и ОБЗиР. А все остальные предметы платно и по желанию! Хотя и эти три предмета требуют особой подготовки, поэтому их надо тоже по желанию, а лучше вообще платно!
«Врачей жалко. А вас, тварей, нет». Честный монолог учительницы о том, что стоит за особым статусом педагогов
Виктория Ильина«Короткий ответ: никак» — пожалуй, самая спорная рекомендация статьи. Да, признание родителей не изменит прошлого, а разговор не гарантирует извинений. Но это не значит, что о пережитом нужно молчать. Между «устроить суд истории» и «закрыть тему» есть третья возможность: спокойно рассказать, что помнишь, что чувствовал и как это на тебя повлияло. Не ради мести или покаяния, а чтобы назвать пережитое своими словами и обозначить границы. Родители могут искренне не помнить — но статья лишь предполагает это, не зная обстоятельств конкретной семьи. Избирательность памяти сама по себе не доказывает ни забывчивости, ни правоты одной из сторон. Почему же защитная версия взрослых считается вероятной, а желание выросшего ребёнка высказаться объявляется попыткой «переписать детство»? Забыть старые обиды по приказу невозможно. Молчание не означает, что проблема решена. Исследования также показывают: пережитое в детстве насилие связано с повышенным риском повторения жестокого или пренебрежительного обращения со своими детьми. Поэтому очень важно не «оставить родителей в покое», а осмыслить свой опыт и не передать его дальше. Разумеется, разговор стоит подготовить и вести без оскорблений. А вот объявлять молчание универсальным способом исцеления — безответственно, важно не просто прекратить разговоры о прошлом, а именно разобраться, как не воспроизвести пережитую несправедливость уже в отношениях со своими детьми.
Родители били меня в детстве, а теперь говорят, что ничего не было. Почему они так делают?
Юрий НикольскийПолвека сохраняю вес. Утром встаю на весы. Если вес выше той отметки, что установил полвека тому назад, то в этот день пищи на четверть меньше предыдущего дня. Ем по 6 раз в день, йогурт за час до сна. Не редко толстеют в годы, когда перестают расти — здесь уменьшаются затраты, а привычка есть столько же сохраняется. Второй период после окончания учёбы — начинается спокойная жизнь. Третий период — организм стареет, то новые клетки образуются всё реже. Сейчас потребляю пищи в 3 раза меньше чем полвека тому назад. Для женщин ещё есть периоды, связанные с беременностью.
Дело не в гормонах: 10 ошибок, из-за которых вы не можете похудеть






