«Врачи начали переговариваться, понизив голос»: как живут дети с диагнозом ихтиоз

Появление ребенка с генетиеческим заболеванием — это всегда неожиданно и тяжело. Одна из главных проблем, с которыми сталкиваются родители таких детей, — отсутствие информации и помощи. В блоге благотворительного фонда «Дети-бабочки» рассказывают историю Ромы — мальчика-рыбки — и его мамы Насти.
Рома родился в марте 2020 года, в самом начале пандемии. После первого же крика сына его мама, Анастасия Лештаева, поняла: что-то не так. Врачи начали встревоженно переговариваться, понизив голос. Потом мальчика ненадолго положили маме на грудь и сразу унесли в реанимацию. Настя увидела сына через четыре часа: новорожденный лежал в кювезе, на всем теле отсутствовал верхний слой эпидермиса. Только на лице не было ничего странного.
«Сначала прозвучал диагноз „буллезный эпидермолиз“, от которого я пришла в ужас. Позже генетики фонда „Дети-бабочки“ установили, что у Ромы одна из форм ихтиоза: ихтиозиформная эритродермия Брока. Это спонтанная мутация — ни у меня, ни у мужа в роду не было подобных заболеваний», — рассказывает Анастасия.
Ихтиоз — это общее название для целой группы заболеваний кожи, которые сопровождаются шелушением и образованием чешуек. Эпидермис у людей с таким заболеванием нуждается в постоянном увлажнении.
Рома провел в больницах больше месяца — три недели мама не могла увидеть его из-за карантина. Первые два месяца дома он нуждался в постоянных перевязках — Настя делала их сама, её научили работники фонда «Дети-бабочки». Сейчас к перевязкам тоже приходится прибегать: два-три часа без увлажнения и у ребенка на коже появляются глубокие трещины, сухость, стянутость и пузыри. Кожа сухая и покрыта чешуйками, на ладонях и стопах — нарост кожи (гиперкератоз).

«Знаете, я до сих пор плачу, когда вспоминаю время, когда Рома был маленький. Конечно, меня поддерживали мама, муж, свекровь, психолог из фонда, но все равно было так тяжело! Так тяжело! Столько вопросов: почему? за что это?» — вспоминает Настя. В фонде семье предоставили и юристов, без которых было бы очень тяжело получить государственную поддержку.
Сейчас Роме нужны занятия с логопедом. Он пока отстает в развитии от сверстников — задерживаются моторное развитие и речь, он до сих пор не научился бегать. Зато мальчик любит рассматривать книги и топать по лужам. Сверстников он опасается, предпочитает играть один, хотя очень тянется к ребятам постарше. Но стоит на горизонте появится такому же малышу, Рома делает ручкой «пока-пока!» и убегает.

Фонд «Дети-бабочки» помогает Роме уходовыми средствами, специальными бинтами и питанием — без них такие дети просто не смогут выжить.
«Со временем я поняла, что тут некого винить, — говорит мама Ромы, — а всем родителям, у которых родились дети с такими диагнозами, я хочу сказать: не сдавайтесь! И пожелать терпения и здоровья».
Вы находитесь в разделе «Блоги». Мнение автора может не совпадать с позицией редакции.
Популярные комментарии
АндрейАбсолютно согласен! Надо ещё и математику убрать, а то учат детей думать и раскладывать по полочкам! И читать и грамотно общаться сейчас не в моде. Есть же нейросеть! И комментарии поможет написать! Отправлять в школу только на физкультуру, труды и ОБЗиР. А все остальные предметы платно и по желанию! Хотя и эти три предмета требуют особой подготовки, поэтому их надо тоже по желанию, а лучше вообще платно!
«Врачей жалко. А вас, тварей, нет». Честный монолог учительницы о том, что стоит за особым статусом педагогов
Виктория Ильина«Короткий ответ: никак» — пожалуй, самая спорная рекомендация статьи. Да, признание родителей не изменит прошлого, а разговор не гарантирует извинений. Но это не значит, что о пережитом нужно молчать. Между «устроить суд истории» и «закрыть тему» есть третья возможность: спокойно рассказать, что помнишь, что чувствовал и как это на тебя повлияло. Не ради мести или покаяния, а чтобы назвать пережитое своими словами и обозначить границы. Родители могут искренне не помнить — но статья лишь предполагает это, не зная обстоятельств конкретной семьи. Избирательность памяти сама по себе не доказывает ни забывчивости, ни правоты одной из сторон. Почему же защитная версия взрослых считается вероятной, а желание выросшего ребёнка высказаться объявляется попыткой «переписать детство»? Забыть старые обиды по приказу невозможно. Молчание не означает, что проблема решена. Исследования также показывают: пережитое в детстве насилие связано с повышенным риском повторения жестокого или пренебрежительного обращения со своими детьми. Поэтому очень важно не «оставить родителей в покое», а осмыслить свой опыт и не передать его дальше. Разумеется, разговор стоит подготовить и вести без оскорблений. А вот объявлять молчание универсальным способом исцеления — безответственно, важно не просто прекратить разговоры о прошлом, а именно разобраться, как не воспроизвести пережитую несправедливость уже в отношениях со своими детьми.
Родители били меня в детстве, а теперь говорят, что ничего не было. Почему они так делают?
Юрий НикольскийПолвека сохраняю вес. Утром встаю на весы. Если вес выше той отметки, что установил полвека тому назад, то в этот день пищи на четверть меньше предыдущего дня. Ем по 6 раз в день, йогурт за час до сна. Не редко толстеют в годы, когда перестают расти — здесь уменьшаются затраты, а привычка есть столько же сохраняется. Второй период после окончания учёбы — начинается спокойная жизнь. Третий период — организм стареет, то новые клетки образуются всё реже. Сейчас потребляю пищи в 3 раза меньше чем полвека тому назад. Для женщин ещё есть периоды, связанные с беременностью.
Дело не в гормонах: 10 ошибок, из-за которых вы не можете похудеть








