6 стихотворных размеров: что общего у поэзии и математики
Мини-шпаргалка для сдающих ЕГЭ по литературе

Новый год — не повод перестать готовиться к ЕГЭ, ведь до него всё меньше и меньше времени. Но на каникулах вместо тестов можно поискать что-то интересное, чего нет в скучных учебниках. Наш блогер Ани Петрс объяснила, чем отличается ямб от хорея, — будет полезно для сдающих ЕГЭ по литературе.
«Высокой страсти не имея
Для звуков жизни не щадить,
Не мог он ямба от хорея,
Как мы ни бились, отличить…»
— А. С. Пушкин «Евгений Онегин».
«Высокой страсти не имея» имеется в виду страсть к литературе, слово «звуки» употреблено в значении «поэзия».
Язык литературы — слово. Слово — это музыка. Потому что состоит из звуков, интонации и ритма. Музыка окружает нас повсюду, всю нашу историю. Шум дождя и шелест листьев, капель, тающий снег, хлопок в ладоши, топот, гром, град, вихрь — всё это музыка. Литература, как и музыка, развёртывается во времени. Чтобы подсчитывать, измерять и описывать те отношения, в которых находятся элементы музыкального, литературного языка, их структуру и порядок, нужна математика. Без подсчёта соотношения частей к целому, количества повторов, элементов внутри целого и прочего, невозможно определить форму, жанр произведения и, конечно же, стихотворный размер — это определенная организация литературного произведения во времени. Он является таким же средством изобразительности и выразительности, как и метафора, эпитет, гипербола и так далее, однако не всегда осознаётся так же явно. Когда мы говорим о стихотворных размерах, первое, что приходит на ум, это схемы, количество стоп, страшные названия, вычисления: много математики, никакой поэзии. Но это не так.
Литература эмоциональна не только потому, что изображает эмоции и чувства, но и потому, что формирует их; выражает через значение и звучание. Аллитерации и ассонансы — это средства выразительности, передающие особую интонацию, звучание произведения; размер стихотворения — это ритм и темп.
Ритм — это значимая часть искусства, мироощущения. Ударные инструменты — самые древние, и чувство ритма очень важно в восприятии нами окружающей действительности, связей и отношений. Теперь попробуем воссоздать эти самые ритмы — стихотворные размеры.
Математика — язык описания, формальный язык, следовательно, она понадобится только для создания схем, моделей, структур стихотворных размеров, описания их взаимосвязей, но ни в коем случае не для их воссоздания. Для воссоздания нам понадобятся музыка и слово.
Попробуем отстучать ритмический рисунок следующих стихотворений. Ударение — это падение, удар, хлопок; его отсутствие — подъём, взлёт; их сочетание равно одному шагу, который в одной строке может повторяться несколько раз.
В литературе существуюет пять основных стихотворных размеров: два из них являются двухсложными размерами, три — трехсложными.
Отличаются они количеством слогов в стопе. К двусложным относятся хорей и ямб. Для хорея характерно ударение на первом слоге, для ямба — на втором. К трехсложным относятся дактиль, амфибрахий, анапест. У дактиля ударения падают на первый слог, у амфибрахия — на второй, у анапеста — на третий. Чтобы определить размер стихотворения, сперва надо разобраться, что такое стопа.
Что такое стопа
«Я вас любил: любовь ещё, быть может,
В душе моей угасла не совсем;
Но пусть она вас больше не тревожит;
Я не хочу печалить вас ничем».
— А. С. Пушкин «Я Вас любил…»
Безударный — ударный, безударный — ударный. И так по пять раз в каждой строке. Одна строка — пять одинаковых шагов. Такой шаг в стиховедении называется «стопа». Стопа — это определённая комбинация ударных слогов и безударных слогов, структурная единица стиха.
«Волчица ты! Тебя я презираю!..» — И. Ильф и Е. Петров «Золотой телёнок»
Безударный — ударный, пять стоп
1. Ямб
»… Россия, нищая Россия,
Мне избы серые твои,
Твои мне песни ветровые, —
Как слёзы первыя любви!..»
— А. А. Блок «Россия»
Тут падение и взлёт чередуются друг с другом через раз, начиная с подъёма; шаг такого стиха подобен шагу хромающего человека, который, легко подняв одну ногу, тяжело обрушивается на другую. Отсюда ощущение неустойчивости, сбитого ритма, и даже некоторой плаксивости, своего рода мольбы, жалости, неуверенности с одной стороны, и трепета, восторженности, взволнованности, неуравновешенности — с другой. Этот хромой шаг и есть определение ямба (безударный — ударный).
Но важно понимать, что многие поэты случайно или намеренно «нарушают» стихотворный размер, например, Марина Цветаева:
»…Деревья! К вам иду! Спастись
От рева рыночного!
Вашими вымахами ввысь
Как сердце выдышано!..»
Появлению слова «Ямб» мы обязаны (по одной из легенд) служанке богини Деметры — её звали Ямби, она любила петь веселые песни, построенные, как вы догадались ямбическом размером. В Древней Греции ямбом первое время слагали только сатиру.
2. Хорей
«Буря мглою небо кроет,
Вихри снежные крутя;
То, как зверь, она завоет,
То заплачет, как дитя…»
— А. С. Пушкин «Зимний вечер»
«В небе тают облака,
И, лучистая на зное,
В искрах катится река,
Словно зеркало стальное».
— Ф. И. Тютчев «В небе тают облака…»
Здесь по очереди идёт падения и взлета, чередование ударных и безударных, как в ямбе, происходит через раз, однако шаг начинается сразу с удара: тяжёлый спуск и затем подъём. Такое движение — устойчивое, потому как начинается с «сильной» доли и состоит из равно чередующихся отрезков: будь в таком ритмическом рисунке ещё одна «слабая» (неударная) доля, и ощущение устойчивости утратилось бы, потому как была бы разрушена равная соотнесённость элементов 1:1 (ударный — безударный соответственно). Это — хорей. Он волевой и решительный, похож на революционера, бунтаря:
«Мчатся тучи, вьются тучи,
На хорей они летят»
3. Дактиль
Раз-два-три, раз-два-три, раз-два-три — кружение. Первый полный уверенный шаг и вслед за ним — два легких, воздушных, на полупальцах. Раз-два-три, раз-два-три, раз-два-три — это танец, вальс:
«Тучки небесные, вечные странники!
Степью лазурною, цепью жемчужною
Мчитесь вы, будто как я же, изгнанники
С милого севера в сторону южную…»
— М. Ю. Лермонтов «Тучи»
«Славная осень! Здоровый, ядрёный
Воздух усталые силы бодрит;
Лёд неокрепший на речке студёной
Словно как тающий сахар лежит…»
— Н. А. Некрасов «Железная дорога»
Постоянно повторяющийся день сурка, танец, которому нет ни начала, ни конца. Кружащийся, зацикленный, кольцевой — это дактиль (ударный — безударный — безударный): «Вырыта дактилем яма глубокая».
Название слова «дактиль» произошло от греческого «dáktylos», что в переводе означает «палец». В дактилической стопе три слога, а в пальце — три фаланги (логично!). Говорят, дактилем любил разговаривать бог Дионис, но мы вряд ли об этом узнаем.
4. Амфибрахий
Амфибрахий — это синкопа, смещенный акцент; вальс со сломанной ногой — жалостливый и порывистый, пытающийся выбраться из капкана, он ноет и всё же пытается взлететь; в отличие от ямба, который заканчивает свой шаг падением, амфибрахий после грузного приземления находит в себе силы подняться.
«Не ветер бушует над бором,
Не с гор побежали ручьи —
Мороз-воевода дозором
Обходит владенья свои»
— Н. А. Некрасов «Мороз, Красный нос»
«В глубокой трясине Дарьяла,
Где жил Амфибрахий седой,
Открытая страшная яма
Пускать нас не хочет домой…»
Амфибрахий — слепой, неровно, неуверенно, но идущий вперед; амфибрахий — это морские волны (безударный — ударный — безударный):
«Дороже отчизны — не знал ничего
Боец, не любивший покоя…»
— Н. А. Некрасов «Русские женщины»
5. Анапест
Чтобы взлететь, нужен разгон, трамплин. Вот он:
«О, весна без конца и без краю —
Без конца и без краю мечта!
Узнаю тебя, жизнь! Принимаю!
И приветствую звоном щита!»
— А. А. Блок «О, весна без конца и без краю…»
«Есть в напевах твоих сокровенных
Роковая о гибели весть.
Есть проклятье заветов священных,
Поругание счастия есть»
— А. А. Блок «К Музе»
Два порывистых легких шага, бег взахлеб и — падение, земля.
Два порывистых шага, разгон и — падение, земля.
Два порывистых прыжка и — удар.
Это — анапест, волевой, порывистый, разгоняющийся и пытающийся взлететь, оторваться. Безударный — безударный — ударный.
«Не бродил с кистенём я в дремучем лесу —
Я анапест с собою носил».
6. Брахиколон
Брахиколон — это капли воды, методично капающие из-под крана или с крыши. Кап. Кап. Кап. Брахиколон — это гимн одиночества, статичности:
«Лоб — Мел.
Бел Гроб.
Спел Поп.
Сноп Стрел — День Свят!
Склеп Слеп. Тень — В ад!»
— В. Ходасевич «Лоб — Мел…»
«Свет, тень.
Ночь, день.
Звук: шаг.
То — маг»
— Тацу Такамаро «Regeneration»
Брахиколон — само напряжение, что не удивительно, так как он не имеет ни одного безударного звука. Вообще.
Благодаря стихотворному размеру автор может выразить чувства, эмоции, смыслы, которые передаются в произведении через ритм. Он не может быть случайным, так как смысл, который передают слова, напрямую зависит также и от формы, в которую эти слова организованы, смысл связан с музыкой, которую слова создают своими звуком, интонацией и ритмом. Размер не подбирается искусственно под тему произведения, наоборот — сама тема, настроение в своей основе содержат определенную музыкальную организацию. В противном случае, это не искусство, не творчество, а чистой воды математика и больше ничего.
Приведенные выше стихотворные размеры — не все, что существуют в мировой поэтической практике, на русском языке — в том числе, но их достаточно для начала, чтобы разобраться с основами и понять, что и как работает. В стороне остались такие стихотворные размеры, как пиррихий (дибрахий), спондей, трибрахий, бакхий, антибакхий, кретик (амфимакр), молосс, а также дольники и акцентные стихи. В случае жизненной необходимости или страстного желания — как-нибудь расскажу и о них.
Алгоритм для определения размера:
- Определите количество слогов в строке, подчеркните все гласные буквы, это поможет.
- Произнесите строку нараспев и расставите ударения.
- Проверьте, через какое количество слогов повторяется ударение: если ударение повторяется каждые 2 слога, двусложный размер: хорей или ямб. Если каждые 3, то перед вами трехсложный размер: дактиль, амфибрахий или анапест.
- Объедините слоги в строке в стопы (по два или три слога) и определите размер стихотворения. (Например: четырехстопный хорей или пятистопный ямб и т. д.)
Вы находитесь в разделе «Блоги». Мнение автора может не совпадать с позицией редакции.
Фото: Shutterstock (Brian A Jackson)
Популярные комментарии
Евгения СамотохинаТо что отрицательные оценки нужны — я согласна, но здесь должен быть ряд факторов: 1) как по мне текущая система оценки (пятибалльная, а по факту четырехбальная) — не то чтобы объективная. Особенно чувствуется на объемных заданиях в старших классах, когда в тексте на 2 страницы допустил 2-3 ошибки и пооучаешь тройку. Как по мне система должна иметь разбивку хотя бы в 10 баллов. 2) Часто каждый учитель сам определяет как оценивать ученика. Если с точными науками и каким-нибудь диктантом ещё более-менее понятно, то с более творческими заданиями, пересказами вообще непонятно — у одного учителя ты получаешь 5 у другого за пересказ того же качества — 3.
«Двойка должна жить». Учитель — о том, почему плохие оценки нужны детям
АнастасияДа уж… Уважительное общение не включено в общеобразовательные стандарты и экзаменационные вопросы. Можно иметь аттестат и даже не один диплом, но при этом оставаться полнейшим хамом. Системный кризис.
«Короче, училка, варежку свою закрой». Топ-20 цитат из переписок родителей с учителями, от которых волосы встают дыбом
Виктория ИльинаА может, пора честно посмотреть на проблему не только глазами учителя? Учитель жалуется: слишком много часов, слишком много отчётности, слишком много требований сверху. И с этим трудно спорить. Но есть один неудобный вопрос: а не является ли сама школа частью проблемы, которую она годами создаёт? Попробуйте хотя бы на минуту посмотреть на ситуацию глазами ученика. Этот ребёнок, которого сегодня заставляют заучивать километры информации «для галочки», завтра станет взрослым человеком. Возможно, чиновником, руководителем, тем самым человеком, который будет писать новые стандарты, программы и инструкции для школ. Не удивительно ли, что система воспроизводит сама себя? Главная ошибка многих педагогов — не в любви к знаниям. Знания нужны. Ошибка в другом: в убеждении, что ребёнку обязательно нужно загрузить весь огромный школьный багаж, не задумываясь, что из этого действительно пригодится именно ему. И когда обществу годами пытаются доказать ценность каждого килограмма ненужной информации, неудивительно, что эта работа перестаёт восприниматься как источник реальной пользы. Может быть, выход проще? Не превращать каждый предмет в борьбу за выживание. Не ломать детей и не выгорать самим. Если ребёнку ваш предмет объективно мешает сосредоточиться на тех знаниях, которые нужны ему для будущего, — поставьте законную тройку и дайте ему возможность развиваться дальше. Иногда настоящая педагогика — это не заставить выучить всё. А понять, что именно действительно стоит учить.
«Мы согласились со своим бесправием». Учительница – о том, почему ее коллеги терпят унижения







