Она стала национальным достоянием Бразилии: история советского педагога Елены Антиповой

В России имя Елены Антиповой мало кому известно, зато в Бразилии есть ее мемориальный музей и кафедры в университетах, которые носят ее имя. Рассказываем историю русской эмигрантки, которая стояла у истоков коррекционной педагогики.

Советской ученой и педагогу Елене Антиповой было 37, когда она сошла на берег с корабля в бразильском порту. Она планировала провести в Южной Америке два года — в городе Белу-Оризонти открывался «институт для учительниц», и Антиповой предложили прочесть там курс лекций по экспериментальной и детской психологии. Также она должна была организовать в городе педологический музей и отредактировать педагогический бюллетень — сборник приказов, инструкций и методических рекомендаций для учителей.

Ее контракт продлевали несколько раз, а потом Елена и сама не захотела уезжать из Бразилии — и осталась в стране до конца своей жизни.

За 45 лет работы Елена Владимировна опубликовала 5 томов научных работ на португальском языке и основала множество образовательных институтов — от кафедр психологии в университетах до сети сельских школ для детей с особенностями развития.

За вклад в развитие педагогики и психологии Елену Антипову наградили орденом Южного Креста и медалью «За заслуги в области образования». Сейчас имя Елены Владимировны носят психологические кафедры Федеральных университетов в Рио-де-Жанейро и в Минас-Жерайсе, научно-исследовательский институт и образовательный фонд, а в разных городах Бразилии до сих пор работают коррекционные школы, которые она основала. Кроме того, Елена Антипова стала единственной женщиной-ученым, которой установлен памятник в Латинской Америке.

***

Елена Владимировна Антипова родилась в 1892 году в Минской губернии. Первые 15 лет ее жизни прошли в городе Гродно, а в 1907 году семья переехала в столицу Российской империи: отца, военного в звании полковника, назначили начальником петербургского юнкерского училища.

Елена поступила в женскую гимназию Любови Таганцевой — самую дорогую и престижную школу для девочек в Санкт-Петербурге. В этом заведении она проучилась всего два года, но это время оказало большое влияние на ее отношение к педагогике.

Директор школы Любовь Степановна Таганцева была строгой и требовательной, но активно участвовала в судьбе своих воспитанниц: она нанимала на работу лучших педагогов, находила меценатов для одаренных девушек из малоимущих семей, беседовала с воспитанницами об их планах на будущее, а в конце каждого учебного года лично встречалась с родителями, чтобы дать подробную характеристику каждой ученице.

Первые шаги Антиповой в педагогике тоже начались во время обучения в гимназии: в старших классах 17-летняя Елена вместе с подругами организовала кружок по изучению запрещенной марксистской литературы. Участницы кружка после уроков ездили к рабочим Путиловского завода преподавать арифметику, географию и иностранные языки. Согласно архивным документам, из-за этой деятельности за квартирой Антиповых даже велось негласное полицейское наблюдение, а на саму Елену было заведено надзорное дело.

В 1909 году родители Елены расстались, и в 18 лет она вместе с матерью уехала во Францию, в 1911 году стала вольнослушателем в Коллеже Сорбонны, где заинтересовалась психологией. Через год Антипова покинула Францию и переехала в Женеву, где поступила в школу педагогических наук Клапареда. До 1916 года параллельно с учебой она помогала профессору проводить психологические исследования детей в местных школах, пока одно письмо не заставило ее экстренно вернуться на родину.

Дочь белого генерала и жена контрреволюционера

В 1916 году Елена Антипова узнала, что ее отец тяжело ранен. Будучи старшей из троих дочерей, она посчитала своим долгом навестить его и отправилась в Петроград. На поиски отца ушел почти год — его, генерала императорской армии, тайно укрыла у себя одна из санитарок. Затем при помощи друзей Елене удалось переправить больного отца к родственникам в Крым — там Владимир Антипов проживет все последующие годы, работая сапожником и не распространяясь о своем прошлом.

К моменту, когда отец Антиповой оказался в безопасности, по всей стране уже гремела революция. Елена осталась в Петрограде и в 1918 году устроилась психологом в Центральный карантинно-распределительный детский пункт, иными словами — приют для сирот, беспризорников и детей из малообеспеченных семей. Среди малолетних подопечных Е. В. Антиповой был будущий директор Эрмитажа — академик Борис Борисович Пиотровский, а ее коллегой в то время был воспитатель Александр Брянцев, который впоследствии создал Ленинградский ТЮЗ.

Тогда же Елена вышла замуж за журналиста и писателя Виктора Гликмана. В 1919 году у пары родился сын Даниил. Чтобы спастись от начавшегося в городе голода, молодые родители переехали на три года в Вятку (современный Киров), где Елена Антипова работала в детском коллекторе и занималась исследованием физического и интеллектуального развития детей.

В 1921 году петроградские власти предложили Елене Владимировне возглавить Реформаторий — новую исправительную школу для малолетних преступников. Исследовательница приняла предложение и провела первое самостоятельное широкомасштабное обследование группы дошкольников Петрограда на предмет «установления их умственного уровня» по методу Бине — Симона — психологов, с которыми она познакомилась в Сорбонне. В тот же период Елена опубликовала две свои первые научные работы: «План и техника психологического обследования подростков» и «Умственный уровень детей дошкольного возраста», а также приняла участие в крупных психоневрологических съездах, где встречалась с молодым Львом Выготским.

Одновременно с работой в Реформатории Елена Антипова работала в первой в России Лаборатории экспериментальной психологии под руководством известного психолога Александра Петровича Нечаева. Там она вместе с другими учеными исследовала особенности внимания учеников, скорость их работы в разных возрастах, проводила психологический анализ сочинений школьников. Отдельное направление было связано с анализом влияния Гражданской войны на психическое развитие детей.

Однако это время было омрачено постоянными болезнями сына и слежкой сотрудников ЧК за мужем-«контрреволюционером». Преследование закончилось тем, что в 1922 году Виктора Гликмана арестовало ГПУ, а затем выслало из страны, выдав билет на «философский пароход».

В отличие от других жен, Елена Владимировна не поехала за мужем — она обратилась в ГПУ с заявлением, в котором сообщила о невозможности эмиграции вследствие «отсутствия средств» и отметила, что она причастна к «новому, полезному для страны делу», имея в виду работу в Реформатории. Также она потребовала отпустить арестованного Гликмана на две недели домой для сборов и прощания. ГПУ удовлетворило все ее просьбы.

В Германию к мужу Елена Владимировна приехала только спустя два года. Супруги все это время обменивались письмами и ждали воссоединения, но оно не спасло их брак. Елена признавалась, что честно пыталась полюбить «холодный Берлин» и найти работу по специальности, но ничего не получилось, и в конце концов она в начале 1926 года уехала с 7-летним сыном в Женеву, чтобы вновь работать с Эдуардом Клапаредом. Там, в Швейцарии, в 1928 году ее и нашел профессор из Бразилии, который предложил работу в Южной Америке.

Коррекционная педагогика

Хотя в первые годы советской власти Елена Антипова оказалась на «передовой» педологии (науки о развитии ребенка) и экспериментальной психологии, ей повезло уехать за границу до того, как в 1936 году педологию ликвидировали, а педологов объявили лжеучеными. Подробнее об этом мы рассказывали в статье «Не только учить, но и развивать: как отец и сын Эльконины меняли школьное образование».

В Бразилии у Елены Владимировны было больше возможностей для экспериментов и внедрения новых практик. Исследования, которые она проводила, все больше убеждали ее в том, что важнейшую роль в развитии ребенка играет разнообразная среда. В своих научных трудах она постепенно отказалась от тестов на интеллект Бине — Симона и раскритиковала подход старших коллег — годы практики убедили ее в том, что интеллект — это гораздо больше, чем знания и эрудиция. В дальнейшем Елена Антипова даже выдвинула собственную концепцию приобретенного («цивилизованного») интеллекта, которая имела много общего с культурно-исторической теорией Льва Выготского.

Елена Владимировна открыла в Бразилии лагерь для одаренных детей, где занятия проводили ученые, писатели и художники; скаутскую организацию и приют для беспризорных детей; дом престарелых для писателей, художников и учителей.

Но самым большим ее достижением стало открытие сети школ для детей с особенностями развития, где их не только лечили, но и занимались с ними музыкой, ремеслами, театральным искусством.

Ученая выступала за социальную и образовательную интеграцию людей с повышенными потребностями в то время, когда по всему миру их стерилизовали, преследовали, заключали в тюрьмы и даже убивали. Она настаивала на том, чтобы людей с особенностями здоровья называли «исключительными», а не «ненормальными»: «Мы стремимся уменьшить значение ярлыков, которые использовались в наших первых публикациях, таких как ненормальные дети и идиоты. Они очень уничижительные. Вы так не думаете?» — говорила Антипова.

Елена Владимировна обучила первые поколения бразильских психологов и учителей и внесла большой вклад в развитие национальной модели специального образования и поддержки для людей с ограниченными возможностями во всей Южной Америке.

Ей удалось поменять систему, направив ее в сторону гуманизма

Елена Владимировна Антипова скончалась в 1974 году. В последний путь ее провожали тысячи людей во главе с губернатором штата Минас-Жерайс. Сын Елены Даниил до 19 лет оставался в Женеве — он учился там в интернате Клапареда и время от времени виделся с отцом, который приезжал из Германии. В 1938 году, незадолго до начала Второй мировой войны, Даниил присоединился к своей матери в Бразилии, откуда больше не уезжал. Он оставил о Елене Антиповой воспоминания «Ее жизнь, ее работа» (Helena Antipoff: sua vida, sua obra). К сожалению, книга написана на бразильском диалекте португальского языка, она ни разу не переводилась и не переиздавалась с 1975 года.

Даниил Антипов-Ирецкий выучился на агронома и какое-то время работал по специальности, но затем решил продолжить дело матери и поступил на кафедру психологии. В итоге Даниил Викторович стал профессором психологии и одним из основателей Службы профессиональной ориентации и отбора. Он много лет занимался разработкой тестов по подбору персонала, экспертизами для водителей, курсами для одаренных студентов. Даниил до конца своих дней управлял фондом имени матери, а в 1980 году создал Центр документации и исследований Елены Антиповой, чтобы сохранить философию и идеи ученой.

Фото на обложке: Fundação Helena Antipoff