Как Екатерина II заботилась о народном просвещении
235 лет назад в Российской империи появляются первые публичные школы

27 февраля 1781 года, ровно 235 лет назад, Екатерина II дала старт реформе образования: в Санкт-Петербурге открылись «городские школы». В последующие годы их пример использовали для создания сети народных училищ — первой по-настоящему масштабной и единой сети образовательных учреждений в истории России. Также эти реформы завершили собой почти столетний период экспериментов со средним образованием в России.
Век XVIII традиционно называется Эпохой Просвещения — временем признания свободного человеческого разума главной преобразующей силой природы. В русском языке значение слова «просвещение» очень близко к образованию. В России так оно и было: XVIII столетие можно в равной степени назвать Эпохой Просвещения и эпохой образования.
Петр Первый в начале века заложил основания светской системы образования, но она была хаотичная и тяжеловесная. Фактически каждое государственное ведомство имело свои учебные заведения, программы которых не пересекались между собой. В 1750-е годы, во времена правления дочери Петра Елизаветы, Иван Шувалов и Михаил Ломоносов предприняли масштабную попытку реформы образования, которая заключалась в создании единой многоступенчатой сети образовательных учреждений: уездные школы, губернские гимназии и университеты в больших городах.
Смерть Елизаветы Петровны остановила реформу в самом начале, и больше чем на десять лет она была отложена.
В 1760-е годы учебные заведения, подвергшиеся централизации в предшествующее десятилетие, снова были «растащены» ведомствами. Сама же императрица действовала очень осторожно, подчас нерешительно. Крупнейшим достижением здесь можно назвать появление светского женского образования в России: в 1764 году были открыты Воспитательное общество благородных девиц и Смольный институт благородных девиц в Санкт-Петербурге.

К середине 1770-х становится очевидно, что существующая система образования не соответствует требованиям времени. Российская империя, как одна из доминирующих европейских держав, нуждалась в широком образованном слое населения. А статус просвещенного монарха, который нравился Екатерине II, требовал от нее заботы о народном просвещении. Так императрица вернулась к решению задач, стоявших перед российским образованием с 1750-х годов. После различных проб и опытов Екатерина делает решительный шаг на пути реформы образования.

27 февраля 1781 года она подписывает указ о создании «городских школ» в Санкт-Петербурге. Ключевая разница с проектом Шувалова-Ломоносова здесь была в том, что эти школы в отличие от университетских гимназий 1750-х годов ставили своей целью не столько подготовку гимназистов к университету, сколько становились инструментом по превращению образования в массовое и доступное. Если в 1750-е годы планировалось формировать систему образования по модели «один город-один университет-одна гимназия», то Екатерина настояла на создании «городской школы» в каждом районе Санкт-Петербурга. Интересной находкой в области экономики образования было требованием, чтобы сами жители района содержали эти школы.
Но, как часто бывало, начатая реформа могла так и застрять на уровне столицы, если бы на авансцене русской истории не появился человек, способный довести эту реформу до конца. Еще в 1780-м году Екатерина встречалась в Могилеве с австрийским императором Иосифом II, который хвастался перед ней успехами образовательной реформы в своей державе. Одним из ее руководителей был серб Федор Янкович де Мириево. Екатерина поспешила нанять его на работу. По приглашению императрицы в 1782 году он переехал в Россию.

У реформы появился главный менеджер, а затем и ответственный орган — Комиссия народных училищ. Янкович был не только главным экспертом по реформированию образования в России, но и практикующим педагогом-организатором. Он руководил учебными заведениям Санкт-Петербургской губернии.
Янкович предложил разделить все открывавшиеся по стране народные школы на три типа: малые (два класса), средние (три класса) и главные (четыре класса). В малых школах учили чтению, письму, арифметики, начальным знаниям по Закону Божьему и истории. В средней школьники к указанному списку получали изучение Евангелия, православного катехизиса, всеобщую историю, географию России и глубже изучали грамоту. В главной школе добавлялись всеобщая география, подробная всеобщая и русская история, геометрия, механика, физика, естествознание, основы архитектуры и рисование.
В 1786 году был опубликован «Устав народных училищ в Российской империи». Он предписывал в каждом губернском городе открыть главное народное училище. Также в больших городах открывались средние училища, а уезды были обязаны обеспечить работы у себя малых училищ. В них могли обучатся представители всех сословий, кроме детей крепостных крестьян.

Кроме того, частные пансионы и школы были уравнены с народными школами. Далее Янкович предлагал пойти на более радикальный шаг: ввести совместное обучение мальчиков и девочек. Но на столь радикальный шаг власти империи пойти уже не могли.
В 1800-х годах внук Екатерины император Александр II фактически «поженит» реформы Шувалова-Ломоносова и Янковича. После полувекового перерыва в России начнут открываться университеты, а главные училища будут переименованы в гимназии. Эта система образования в общих чертах просуществует вплоть до 1917 года.
Популярные комментарии
Сергей ГлушковО-о-о-ха-ха-ха-ха… Тщеславие, гордыня и глупость, — вот итог 11-летнего обучения в Российской школе! Разницы в науках МГУ и периферийного вуза нет, бла-бла-бла журналистика одинакова и в Москве, и в Папуа Новой Гвинеи. И дальнейшая судьба зависит от корочки диплома на 0,1℅.
«Проходной балл — 303 из 300»: итоги приемной кампании в вузах и прогноз для абитуриентов-2027
ОльгаС Чеховым согласна. Еще Бунин и Куприн для изучения отлично подойдут. Пушкин — вполне неплохо. Гоголь — но не то, что изучают. Салтыков-Щедрин тяжеловат, но необходим и очень современен, к сожалению. Достоевского, Толстого и Тургенева оставила бы для изучения во взрослом возрасте, после школы. Кто захочет — прочитает. В школьной же программе оставила бы для изучения Булгакова, Зощенко и обязательно кого-то из современной литературы. Это все можно изучать, начиная с 7 класса. А до этого надо просто прививать детям любовь к чтению. Не вызвать стойкую неприязнь, когда они в 5 классе читают Му-му или Слово о полку Игореве, а в 6-м — Дубровского. Есть прекрасная литература для детей. Которая также учит хорошему и доброму. Но это именно литература для детей. А наши классики, уж простите, но писали ДЛЯ ВЗРОСЛЫХ читателей. У Толстого были рассказики именно для детей. У Чехова тоже есть подходящая литература, у Куприна. Их — пожалуйста. Но не Бежин луг и не Му-му
«Дети читают классику как записки о жизни инопланетян»: писатель Дмитрий Данилов — о любимых книгах и школьной программе
Юлия ЛанговаяНекоторые общественные деятели абсолютно не разбираются в уровне сложности олимпиад, которые засчитываются за БВИ, если предлагают их комбинировать с ЕГЭ (ЕГЭ + Олимпиада). Более того они даже не представляют, как организована подготовка Олимпиадников к таким Олимпиадам. Вот поинтересовались бы, посетили сборы, в которых участвуют эти одаренные дети.
Что может измениться в правилах поступления в вузы к 2027 году и при чем здесь скандалы приемной кампании – 2026




