Выделите орфограмму! Для чего школьники постоянно разбирают слова по частям

Выделить орфограмму в слове, подчеркнуть ее зеленой ручкой одной черточкой, а объяснение — двумя, потом — в следующем слове… Иногда начинает казаться, что педагоги на уроках русского языка акцентируют внимание на выделении орфограмм просто из любви к графике. Почему так происходит, объясняет Андрей Кирилин, учитель русского языка и литературы московской школы № 1955.
Общий контекст
Повышенное внимание к вопросам орфографии, к орфограмме как к явлению письменной речи часто объясняется возросшей безграмотностью детей. Но я бы посмотрел на эту проблему шире. Не очень грамотны сегодня, собственно говоря, и взрослые. Несоблюдение орфографических норм порой демонстрируют даже люди, имеющие выход на большую аудиторию: журналисты, блогеры, публичные люди, которые много пишут в соцсетях.
Зачастую допускаются такие ошибки, которые не должен делать и выпускник начальной школы. Следствие ли это желания сэкономить на редакторско-корректорской работе или расчет на то, что в современном обществе, в котором мы видим не слишком большое уважение к языку, просто ничего не заметят, я, честно говоря, не знаю.

Недавно, например, в письме от учреждения, которое одним из приоритетов своей деятельности называет повышение квалификации людей, работающих в сфере образования, я увидел фразу «Режим цены!» Я прочитал эти два слова как два существительных и некоторое время не мог понять, что же значит это бессмысленное словосочетание. Из контекста стало ясно, что первое слово — глагол, а речь идет о необходимости снижать цены: режем цены, чтобы сделать деловое предложение привлекательным. Ошибка была допущена в безударном личном окончании глагола — это основы изучения орфографии. Досадно, что неправильное написание здесь не просто мешает восприятию смысла, но и бросает тень на репутацию организации.
Для чего подчеркиваем
Практика подчеркивания орфограмм в слове (одной черточкой — орфограмму, двумя черточками — ту букву, которая позволяет проверить написание) — часть традиций советской школы. Мы ни от чего не отказываемся и чего-то существенно нового не вносим.
А дальше — вопрос индивидуальной работы учителя. Мне, например, нравится аналитический путь, когда дети работают над орфограммой, используя запись, похожую на математическую дробь.
Разбирая конкретный случай, мы задаемся вопросом: а где именно, в какой части слова представлена орфограмма, к какой части речи относится слово, — и только потом уже либо подбираем проверочное слово, либо вспоминаем, как слово пишется, если его проверить нельзя. Или же вспоминаем орфографическое правило.
Графическое выделение помогает видеть орфограммы, дает возможность учителю донести до учеников идею, что нужно быть внимательным при записи каждого слога, каждой буквы в составе слова. Особенно если это связано с какими-то отдельно взятыми частями слова — морфемами.
Например, взяв существительное «режим», мы будем говорить о том, что орфограмму в корне слова проверить нельзя. Плюс здесь есть еще одна орфограмма — «Неизменяемые буквосочетания жи-ши».
Правописание одной или двух букв «н» в словах различных частей речи в школьной практике обычно связано с изучением орфограмм конкретного тематического блока
То есть мы выясняем, что для существительных есть одно правило, для прилагательных — другое, а в случае с наречиями и причастиями действует свой закон. Когда материал по этому вопросу уже каким-то образом накоплен, удобно пользоваться как раз такого рода алгоритмами, когда мы пошагово выбираем правильное написание.
То есть мы останавливаемся на каждом слове, в котором нужно писать «н» или «нн», задаем себе вопросы и в случае утвердительного или отрицательного ответа либо двигаемся дальше в поисках объяснения, либо останавливаемся на выбранном написании.
Еще более наглядный пример — с правописанием «не» с различными частями речи. Остановившись в предложении «Небольшая река протекала поблизости» на слове «небольшая», спрашиваем себя, употребляется ли это слово без «не». Отвечаем, что, да, употребляется, и это не глагол, не глагольное слово, поэтому двигаемся дальше, смотрим, есть ли противопоставление слова, усиливающего отрицание, пытаемся подобрать синоним без «не»: небольшая — то есть маленькая, значит, «не» — приставка, которая в составе слова пишется слитно.
Важно уметь видеть орфограмму в слове, и этому как раз способствует запись, о которой я сказал выше. Она приучает к мысли о том, что орфограмма — фрагмент слова, в котором имеются варианты написания, и только один из них верный. Основа правописания в орфографической его части — выбор с опорой на использование знакомого алгоритма.
Такой подход вырабатывает умение видеть орфограмму, классифицировать, опознавать ее. Естественно, что любая методика должна быть сбалансированной: важно, чтобы школа не отбила у ребенка желание анализировать, совершенствоваться во всем, в том числе в правописании.
Зачем орфограммы старшеклассникам
Особенно востребовано выделение орфограмм в начальной школе и в ранних классах средней школы, когда у детей формируется навык грамотного письма. Но хорошо бы периодически возвращать их к этому вне зависимости от того, на какой ступени школьного обучения ученики находятся.

Например, от своих 11-классников я иногда требую, чтобы они показывали орфограммы и выделяли их графически — при помощи разного рода условных обозначений. Ведь навык грамотного письма важно закреплять в любом возрасте, а это один из способов такого закрепления.
Старшеклассники с пониманием относятся к тому, что мы вновь и вновь обращаемся к выделению орфограмм
Это не кажется им «детскостью», возвращением к их славному начальному прошлому, топтанием на месте.
На тех уроках, которые связаны именно с орфографией, мы этим занимаемся постоянно, это часть нашей учебной практики. Если же мы переходим к синтаксису, разбор можно сделать, когда мы встречаем, например, какое-то интересное слово и когда есть необходимость освежить то или иное орфографическое направление. В этом плане для нас как раз удобнее именно алгоритмы, потому что они позволяют более точно охарактеризовать явление, о котором мы говорим в данный момент. То есть мы не вспоминаем материал в полном объеме, а говорим именно о том явлении, которое встретили в конкретном тексте.
Я не склонен думать, что сейчас идет глобальное перераспределение ресурсов изучения русского языка, сильное смещение акцентов. Орфографии как уделялось, так и уделяется большое внимание. Хотя общий процент безграмотности тоже приходится учитывать.
Возможно, в прошлом орфографическая разметка слова, разного рода приёмы графического выделения орфограмм не использовались так активно
Но с усилением стремления полагаться на визуальное восприятие информации в современной жизни их роль существенно возросла. Кроме того, отмечу, что мои собственные предпочтения в вопросах такого рода формировались за счёт сравнения моей ученической и учительской деятельности, вырабатывались из желания сделать не совсем простой и, будем откровенными, не самый любимый в изучении материал более доступным для учеников, из потребности посмотреть на предлагаемые обстоятельства их глазами.
Естественно, с течением времени могут меняться способы подачи материала, но это просто значит, что с каждым педагогом мы можем говорить об индивидуальных решениях, разработках, методах, которые себя хорошо зарекомендовали.
Фото: Shutterstock / Коллаж: Вика Шибаева для «Мела»
Популярные комментарии
Виктория ИльинаЧто, на мой вгляд, произошло с современными детьми? Сегодня мы гораздо лучше умеем выявлять особенности развития детей. То, что раньше оставалось незамеченным или объяснялось словами «ленится», «невоспитанный», «не хочет учиться», сейчас может получить профессиональную оценку и поддержку. Поэтому создаётся ощущение, что таких детей стало резко больше. Необходимо также признать, что современная информационная среда серьёзно изменилась. Ребёнок сегодня живёт в потоке информации, который невозможно сравнить с тем, что было 20–30 лет назад. Одновременно выросли требования к скорости освоения знаний, объёму информации и самостоятельности школьника. При этом школа далеко не всегда успевает адаптироваться к новым условиямю Однако, на мой взгляд, главная причина проблемы лежит глубже. Изменилось отношение общества к школе и образованию. Для многих детей и родителей знания перестали быть безусловной ценностью, а школьные требования стали восприниматься скорее как формальность или препятствие. Одновременно снизился уровень дисциплины, родительского контроля и готовности ребёнка выполнять сложную, не всегда интересную работу. Нельзя сбрасывать со счетов и цифровую среду: компьютерные игры, гаджеты, социальные сети дают ребёнку быстрые эмоции и мгновенную обратную связь, тогда как учеба требует терпения, концентрации и усилий. В результате школе приходится конкурировать не только с внешними развлечениями, но и с изменившейся культурой детства.
Почему раньше дети спокойно сидели на уроках, а сейчас у половины класса либо СДВГ, либо РАС — и они всем мешают?
Александр КомнатныйЯ ни разу не комментировал статьи, но эту прокоментирую. Я ученик, учусь в 9 классе сельской школы. Наш класс, нельзя посчитать порядочным. Но, я скажу на основе личного опыта — дисциплина в классе будет, только когда дети будут боятся. ЛИБО, вы будете прям очень интересно вести предмет. А это редкость. Короче, если вы действительно хотите дисциплины — вам нужен обычный страх. Вы не должны говорить: «Всё, остаётесь у меня ещё на один урок», а потом не оставлять ещё на один урок. Ведь тогда, дети поймут — ничего вы им не сделаете. А вы должны делать. О вас должны ходить страшные легенды, и половина из них должна быть правдой. Тогда, у вас на уроках будет дисциплина. НО, важно — вы не должны ругать за неправильные ответы. Это точно. Ведь, есл вы будете орать из-за неправильного ответа, дети на ваших уроках вообще слова не скажут, а это тоже плохо. Нет, ругать вы должны только за дисциплину. А ещё — не бойтесь заваливать учеников двойками, а может даже колами.
Ученики срывают уроки и не слушают учителя. Как вернуть дисциплину за 4 шага
ОльгаЧто значит стукачество? Я считаю так: если тебя никак это не касается, то об этом рассказать должны участники. Макисмум, что должен сделать ребенок — рассказать об этом родителям, чтобы взрослые люди уже решали надо ли доводить ситуацию до сведения школьной администрации. А если ребенка избили, унизили или регулярно оскорбляют, то он имеет полное право и даже должен рассказать об этом взрослым: учителю и родителям. Потому что дети сами не разберутся — это все миф, что они могут и должны разобраться сами. Может именно это учительница и имела в виду, когда говорила, что дети должны ей все рассказывать? А родители сделали из мухи слона?
Учительница поощряет стукачество в классе. Стоит ли запрещать ребенку доносить на других?







