«Родители думают, что главное — ходить в школу. Но в наше время это совсем не так»: подростки — о том, как их надо воспитывать

Как завоевать доверие ребенка? Из-за чего больше всего переживают старшеклассники? И почему питание в семье должно быть по расписанию? Об этом и не только рассказывает 16-летний Артур (имя изменено), герой очередных подростковых «Правил воспитания» на «Меле».

1. Если родитель уверен, что у него достаточно сил и энергии, чтобы объяснить ребенку задания, он может помочь с домашкой. Но, если есть вероятность, что он устал на работе и будет просто злиться, лучше вообще не пытаться. Обычно я любил сам всё делать — так легче. Особенно русский язык. Но если хоть одно слово перечеркивал, мне говорили: «Это уже грязь! Учитель отругает!»

А домашку по окружающему миру вообще противопоказано делать всей семьей. Там очень странные задания, их никто не понимает. Помню, часами мы с родителями сидели раздраженные, злые, недовольные, а толку было ноль.

Но проконтролировать, выполнил ли ребенок все задания, собрал ли портфель, — можно. Как-то в началке я забыл сделать игрушку из шишек. Ну родителям пришлось прям в ночи ходить со мной по лесу, чтобы найти эти шишки, — поделку нужно было принести уже утром. Потом пришли домой — сидели вместе все клеили. В какой-то момент я просто вырубился, а как проснулся — на столе лежали уже готовые игрушки. Это было так приятно.

2. Родители должны водить ребенка на спорт, но пусть он сам выбирает на какой. Честно, я не любил спорт в детстве. Родители заставляли меня ходить на плавание и борьбу, говоря, что потом я буду им благодарен. Меня это жутко раздражало — я был бунтующим ребенком и в упор с ними не соглашался. А потом, когда я готовился к экзаменам в 9-м классе, я забросил спорт, подсел на кофеин, и у меня начались проблемы со здоровьем: сгорбленность, анемия. Вот тогда я впервые осознал, как важен спорт и вообще здоровый образ жизни. Мама четко объяснила на своем же примере, какой дискомфорт я буду ощущать каждый день, если продолжу в том же духе. Теперь, даже если нет времени пойти в зал, я занимаюсь физкультурой дома, могу побегать вечером.

Если бы мой ребенок так же противился спорту, как я в детстве, я бы нашел компромисс. Со мной проблема была в том, что я именно на кудо (японское единоборство) не хотел. Я был не против играть в волейбол с ребятами — там всё строится на общении. Но мне говорили, что это не настоящий спорт, а просто игрулька.

3. Я очень благодарен родителям за то, что на меня особо не давили в плане выбора профессии. Мне всегда говорили, чтобы я изучал то направление, которое мне правда будет интересно и даст плоды в будущем. Но как-то в 8-м классе они сказали, чтобы я подтянул предметы, по которым у меня упала успеваемость. Я решил, что буду уделять по месяцу на один предмет и потихонечку его учить, чтобы хорошенько всё запомнить. И сам не заметил, как меня зацепили биология и химия: так я понял, что хочу поступать в медицинский. Родители помогли материально — наняли репетитора, и мой уровень сильно вырос за короткий промежуток времени.

4. Родители должны четко знать, что такое ЕГЭ, олимпиады, чтобы понимать своих детей. Сейчас я учусь в престижной московской школе и часто пропускаю пары. Родители боятся, что меня могут отчислить, постоянно ругаются. Я не знаю, как объяснить им, что некоторые предметы просто не нужны. Остаться дома, чтобы подготовиться к ЕГЭ, в десять раз полезнее. Но у них есть жесткий стереотип: якобы главное — ходить в школу. В наше время это совсем не так.

5. Меня очень раздражает фраза «можно было бы, конечно, и лучше». Недостатки подчеркивать все любят, а за мелкие успехи не хвалят, хотя я бы очень хотел, чтобы их тоже замечали. В 10-м классе я пишу пробники по биологии на 90+ баллов, выигрываю олимпиады. Но, если у меня всплывает тройка по обычной контрольной, меня сразу спрашивают: «Как так вообще?»

6. Угнетает не страх не поступить, а страх разочаровать родителей. Я знаю: даже если с медициной не получится, я мог бы уйти в другую сферу, которая мне интересна, ничего страшного. Например, мне очень нравилось рисовать, я мечтал быть дизайнером или реставратором, мог бы поступить в художественный вуз. Но мама сказала: «Ты, конечно, рисуй, но особо не распространяйся об этом. Люди могут сказать, что это несерьезно». Теперь я почти не рисую — интерес угас, кажется, что я занимаюсь фигней. Хотя иногда накапливается столько эмоций, что я их могу выплеснуть только на бумаге.

Обидно, что родителям мнение общества важнее, чем мое. Но мне всё равно на других людей, главное — чтобы родные меня не стыдились. Сейчас, когда я много стрессую из-за ЕГЭ, поступления, хочется услышать, что они меня любят, ценят. Сам человек важен, и его выбор тоже важен, даже если родители не могут его понять.

7. Родители должны контролировать, чтобы ребенок не только учился, но и отдыхал. После 9-го класса я одновременно прошел на бюджет и в Сеченовский Предуниверсарий, причем вторым в списках, и в Школу ЦПМ. Но почему-то у меня всё равно был огромный внутренний страх, что я делаю недостаточно. Я постоянно учился, слушал лекции, записывался на другие вступительные испытания, чтобы в случае чего перейти в другую школу. В какой-то момент родители остановили меня, сказав, что такими темпами я выгорю и моя учеба, наоборот, западет.

Сейчас у меня часто бывают периоды, когда я не нахожу в себе сил ни на что. И я очень благодарен родителям за то, что они помогают мне с бытом — например, моют полы, даже если в этот день моя очередь убираться.

8. В семье должно быть четкое расписание приемов пищи. Когда мне было 5 лет, мы переехали в Москву из Еревана. Я стрессовал из-за школы, нового окружения и начал переедать. Дома мне часто говорили, что надо худеть. А лучше бы родители просто рассказали, как важно для метаболизма питаться регулярно. Да и если ты хочешь, чтобы кто-то изменился, ты должен вместе с этим человеком к изменениям идти, поддерживать его, а не говорить, что всё плохо.

9. Мне кажется, что обедать, ужинать всей семьей — очень важно. В этом есть что-то особенное: вы едите одно и то же, можете поговорить о чем-то. Но мне приходилось есть одному в своей комнате, поскольку за общим столом сразу всплывали неприятные комментарии по поводу моего веса.

Долгое время я устраивал себе голодовки, сидел на БАДах. Если родители замечали, они ругались, поскольку это вредило моему здоровью — появились анемия, проблемы с прочностью костей. Но я только об одном думал: надо худеть. Зато, когда я жил у тети, всё было отлично: на меня не ругались, жестко не ограничивали — просто убрали из холодильника всё вредное, и мы вместе нормально питались.

10. С самого раннего детства с ребенком надо обсуждать банальные вещи: как дела на работе, что было днем. Тогда выстроятся доверительные отношения. Из-за веса меня начали буллить в школе. Меня не трогали, не били — ничего страшного не было. Но я часто слышал неприятные комментарии в свою сторону. Я не мог ходить в школьную спортивную секцию — одноклассники и одноклассницы говорили: «Тебя родители заставили сюда прийти, потому что ты толстый». Моя компания тоже это подхватила, высмеивала меня. Я перестал с ней общаться, и меня стали дразнить «обиженкой», а потом просто сказали, что со мной дружить не будут, потому что я неинтересный.

Мне было тяжело в тот период. Не с кем было поделиться проблемами, потому что уже и друзей нет вроде, и с родителями особо не поговоришь — приходя домой, я слышал вопросы только об оценках. Иногда, если я что-то начинал рассказывать, они меня даже не слушали — игнорировали, будто им вообще неинтересно. Только к началу девятого класса я все-таки сделал первый шаг — стал больше с ними делиться чем-то. И сейчас у нас достаточно доверительные отношения. А с друзьями мне до сих пор трудно — похихикать могу, а прям сблизиться — нет. Кажется, что мои дела никого не волнуют.

11. Я не люблю, когда родители агрессируют из-за вещей, которые можно в моменте исправить. Например, если папа потерял свои наушники, он ходит по дому и кричит: «Это вы с ними играли! Куда вы их дели?» Или родители могут долго ругаться из-за беспорядка в комнате: «А вдруг гости придут?» Это всё мелочи, которые легче было бы сразу решить. Но еще хуже, когда родители обижаются, что-то замалчивают, и только спустя долгое время ты узнаешь, что в чем-то виноват.

12. Если подросток не может чем-то поделиться с родителями, лучше отвести его к психологу. У меня был период, когда я не мог доверять родителям, но мне очень нужно было лицо, которое бы меня выслушало. Отвести меня к психологу не получилось из-за материального состояния. Но родители сказали мне: «Ты должен научиться сам справляться со своими проблемами. Попытайся как-то их переварить, понять, как всё можно исправить». Мне кажется, это правда — психолог или кто-то другой может что-то посоветовать, подсказать, но бороться со своими сложностями и полностью осознать их можешь только ты сам.

13. Разговоры о половой жизни правда важны. Детей нужно просвещать еще лет с десяти, чтобы они знали, как что работает, где заканчиваются их личные границы, почему неадекватно, если взрослый человек проявляет к ним активное внимание. Со мной пару раз поднимали эту тему, хотя я многое уже знал из интернета.

В детстве я был очень, скажем так, любвеобильный, часто проявлял симпатию к разным девочкам. Родители еще тогда начали говорить: «Это нормально, что некоторые люди могут тебе нравиться больше, чем друзья. Ничего такого в этом нет. Ты можешь подойти к девочке и обнять ее, если она разрешит». А с возрастом обмена опытом насчет отношений мне не хватало. Я часто сталкивался с тем, что девочка была не заинтересована в общении со мной — меня это достаточно сильно ранило, а спросить совета было не у кого.

14. Я бы ни за что не читал личные переписки детей вне зависимости от возраста. Мне кажется, есть много других способов узнать у ребенка то, что тебя интересует. Нельзя вот так лезть в его жизнь, нарушая личные границы. Родители забирали у меня телефон с 11 до 14 лет. Тогда был очень популярен Pokémon GO, я его скачал, и меня добавили в чат, где были ребята абсолютно разных возрастов. Я понимаю, почему родители волновались, но всё равно было очень неприятно. Еще больнее было, когда они читали все мои переписки с интернет-друзьями. Я очень бурно реагировал, бесился, крал свой телефон обратно, когда была возможность. После этого мне вообще ничем не хотелось делиться, у меня появилась большая проблема с доверием.

15. Я очень рад, что у меня есть младшая сестра. Родители спрашивали меня, не буду ли я ревновать, если придется уделять больше внимания сестре. Но я всю жизнь был не особо разговорчивым, поэтому очень долгое время сам хотел сестру или братика. Мне казалось, что это такой человек, который всегда с тобой. Даже если вы поссоритесь, пройдет день-два, вы помиритесь и будете веселиться, дурачиться.

Я очень люблю погоняться за своей сестрой, побесить ее. Иногда она очень серьезно воспринимает это в силу своего возраста (ей 6 лет) и потом не дает себя обнять. Блин, она меня вообще бьет ежедневно — мы как Том и Джерри. Она у меня такая — вспыльчивая. Но если она виновата и ее ругают, я пытаюсь ее защитить, чтобы она потом не дулась.

Иногда сестра спрашивает у мамы, кого она любит больше — ее или меня. Мама, конечно, отвечает, что сестру, но у меня обиды не было никогда. Понятно, что она еще малюсенькая, будет злиться, если сказать иначе, а я уже в осознанном возрасте. И знаю, что родители не выделяют кого-то из нас, они относятся к нам одинаково.

16. Хорошие родители — это родители, которые любят своего ребенка, выражают свою заинтересованность по отношению к нему. Они делятся своими эмоциями, много про себя рассказывают, всегда стараются помочь, вне зависимости от того, какая у тебя проблема.

Я очень благодарен своим родителям за то, что они старались меня материально обеспечить, даже если было сложно, дать мне хороший старт. Я ценю, что они правда волнуются о моем будущем, поддерживают. И мне нравится, что сейчас у нас всё хорошо: я могу рассказать им о чем-то важном, и они спокойно отреагируют.

Иллюстрации: Natalia Sidorova, 5 second Studio / Shutterstock / Fotodom; Мел