«Тесты по профориентации — это терапия для родителей, бесполезная для ребёнка»
Сегодня многие профориентационные тесты — это всего лишь монетизация страхов родителей, считает руководитель некоммерческого проекта «Атлас новых профессий» Дмитрий Судаков. «Мел» приводит отрывок из его выступления на национальном чемпионате профессионального мастерства WorldSkills Hi-Tech в Екатеринбурге.
Сегодня профориентация выглядит как игра в жмурки. Человеку завязывают глаза, раскручивают его, хлопают в ладоши — и он начинает куда-то идти. Для меня профориентация сегодня примерно такая же штука. Это комплекс мероприятий, которые проводятся один-два раза в год с ребёнком несчастным. Его прогоняют по каким-то тестам (хорошо, если эти тесты нормальные — такие, в принципе, бывают). Они что-то понимают про ребёнка и говорят: «Тебе, милый друг, надо идти в инженеры, тебе в программисты, а тебе в армию пойти — там лучше жизни научат».
На самом деле, это всё какие-то разрозненные практики, которые, на мой взгляд, очень низкоэффективны. В результате на этой поляне начинают цвести абсолютно шарлатанские практики. Например, когда происходит профориентация по отпечатку пальцев. В Питере к моему хорошему другу, который тоже занимается профориентацией, зашла женщина (будущий клиент) и спросила: «Кровь вы брать будете?». Она думала, что есть профориентация по крови. В общем, какой-то мрак.

Потому что сегодня мы живём в очень непонятном мире, и профориентация для очень многих людей — это монетизация страхов родителей. Родители очень боятся за будущее детей, сами ничего посоветовать не могут. И очень хорошо свалить это на кого-нибудь. Вот есть человек, у которого висит красивый диплом в рамке на стенке, — пусть и отвечает за будущее моего ребёнка. А я заплачу ему три тысячи рублей. Это терапия для родителей, абсолютно бесполезная для ребёнка.
А самое важное вот что: даже хорошая диагностика даёт срез в моменте. Она неплохо могла бы работать, если бы у нас был стабильный понятный мир Советского Союза с госпланом и расписанной матрицей, кто где и когда нужен, и системой распределения после учёбы. Тогда это неплохо работало, но сейчас мы живём совершенно в другой реальности. И эти тесты ничего не показывают про ребёнка, которому в будущем предстоит работать. Особенно если ему сегодня десять лет.
Что делать? Ответ простой. Надо не выносить эту задачу наружу, к каким-то психологам, а обустраивать самого человека навыками этого проектирования собственной карьеры и собственной жизни. В этом смысле профориентация XXI века похожа на спортивное ориентирование, когда берут человека, выкидывают в лесу, а дальше он по мху, с помощью компаса, карты и азимута выходит туда, куда хочет выйти. К дороге, к теплу, к жилью, к финишу — неважно. Он сам строит себе эту самую дорогу, и она может быть разной у разных людей. Человек должен сам учиться карьерному и профессиональному ориентированию. А не позволять кому-то за него решать (потому что всё, что за него решили, скорее всего, будет ошибкой).
Тексты о рабочих специальностях, профориентации, иновационных изобретениях и среднем профессиональном образовании читайте в специальном разделе «Профессии будущего».
Популярные комментарии
Вероника РассказоваЯ очень сочувствую пострадавшим девочкам! Думаю, возможно были и мальчики. Но! Некоторых эпизодов, возможно, можно было избежать. В частности, если бы девушка Ульяна не поехала на дачу! Хотя, она возможно и не знала, что будет там наедине с ним. Танцоры-тренеры, конечно, уроды конченных! И тень падает на всё сообщество.
Сразу нескольких известных танцоров обвиняют в растлении девочек-подростков: что известно о ситуации
АнастасияОчень хорошо понимаю автора. Тоже отпустила сына во взрослую жизнь. Получил образование. Но есть бытовые особенности, особенности самочувствия и здоровья, сопутствующие основному диагнозу трудности, от которых «не отмахнешься». И это все объективно влияет на качество жизни, самостоятельность, принятие решений. И я как мама также оглядываюсь вокруг себя и понимаю, что в прошлом все что могла сделала, и соломку где могла стелила, но будущее открыто. Задумалась, сейчас мне хорошо, когда сын проявляет радость, состояние счастья, говорит о своей любви.
«Наверное, я планирую жить вечно»: мама 26-летней девушки с ОВЗ — о будущем, которое пугает
ОльгаС Чеховым согласна. Еще Бунин и Куприн для изучения отлично подойдут. Пушкин — вполне неплохо. Гоголь — но не то, что изучают. Салтыков-Щедрин тяжеловат, но необходим и очень современен, к сожалению. Достоевского, Толстого и Тургенева оставила бы для изучения во взрослом возрасте, после школы. Кто захочет — прочитает. В школьной же программе оставила бы для изучения Булгакова, Зощенко и обязательно кого-то из современной литературы. Это все можно изучать, начиная с 7 класса. А до этого надо просто прививать детям любовь к чтению. Не вызвать стойкую неприязнь, когда они в 5 классе читают Му-му или Слово о полку Игореве, а в 6-м — Дубровского. Есть прекрасная литература для детей. Которая также учит хорошему и доброму. Но это именно литература для детей. А наши классики, уж простите, но писали ДЛЯ ВЗРОСЛЫХ читателей. У Толстого были рассказики именно для детей. У Чехова тоже есть подходящая литература, у Куприна. Их — пожалуйста. Но не Бежин луг и не Му-му
«Дети читают классику как записки о жизни инопланетян»: писатель Дмитрий Данилов — о любимых книгах и школьной программе





