Школьное самоуправление: как защитить детей

Вам кажется, что в школе всё делают не так, вы опасаетесь за здоровье своего ребёнка в школьной столовой, считаете парты в классе неудобными и портящими осанку и не знаете, что со всем этим делать? Наш блогер Сергей Тихонов рассказывает, с чего начать.
Отравление детей в школах Москвы — одна из самых ярких тем последних месяцев: про это пишут ведущие СМИ, об этом гудят социальные сети. Винят в основном поставщика школьного питания — компанию друга нашего президента.
Вместе с тем мы пока плохо понимаем исходные причины этой и других безобразных ситуаций в наших школах, а значит, скорее видим только последствия и боремся с ними. Как результат, разные нехорошие ситуации могут возникать снова и снова.
Можно долго и эмоционально ругать компании, которые сегодня зарабатывают на школах, или чиновников, которые во многом ради этого проводят централизацию системы управления школ, системы закупок и тому подобное.
Что произойдёт, если одно такое предприятие завтра объявит об уходе с рынка? Всё будет иначе? Вместо него на рынок придут десятки добросовестных поставщиков качественного питания для наших детей? Скорее всего, нет. Придёт просто другой игрок, также близкий к властной вертикали. Он с удовольствием заберёт себе этот рынок, и рано или поздно схожие проблемы вспыхнут с новой силой. Так не только с едой. Учебники, экраны и камеры, мебель — всё это элементы одной цепи.
Почему так происходит?
Система общего образования в Москве и большинстве других регионов России очень централизована. Большинство важных решений о том, чему и как будут учить детей, в каких условиях они будут находиться, как с ними будут общаться, к чему приучать и от чего отучать, чем кормить, принимается почти исключительно чиновниками от образования.
Они видят, чувствуют конкретных детей? Могут знать контекст конкретной школы? Её традиции, планы? Возможно ли это в принципе? Нет. Все эти решения принимаются в лучшем случае с расчётом на несуществующего среднего ученика. В худшем — с расчётом на свой карман. Да и много ли вы видели детей высшего руководства регионов в государственных школах?
Что делать? Два варианта
- Признать, что ничего поменять невозможно, и куда-то уйти: в другую школу, на семейное образование, в другой город, в другую страну.
- Взять ответственность за всё происходящее в школе и со школой в свои руки.
«Свои руки» — руки сообщества — сложного коллектива педагогов, родителей и самих детей. Именно эти люди и эти руки любят этих конкретных детей, переживают за них, действуют в их интересах, и никто другой.
Взять ответственность за принятие большинства решений в школе — единственный надежный способ защитить детей. Надо сотрудничать с администрацией, надо договариваться. Когда на кону стоит судьба и даже жизнь детей, нельзя отходить в сторону, надо самоорганизоваться и начинать принимать решения. Не давать советы, не просить, а решать.
Российское законодательство даёт нам такую возможность: Федеральный закон «Об образовании» много говорит об автономности образовательных организаций, о государственно-общественном и демократическом характере управления ими. Предлагает специальные формы — советы родителей, учеников, управляющие советы. Пользуемся ли мы полноценно этими возможностями? Нет. Можем? Да, если захотим и будем последовательны.
Как действовать?
Несколько идей о возможностях влиять на происходящее в школе через управляющие советы:
- внимательно отнестись к его формированию: избрать педагогов, родителей, учеников, действительно способных и настроенных удерживать текущие и долгосрочные интересы школьного сообщества, прежде всего самих детей;
- договориться о долгосрочных целях, приоритетах, концепции сообщества и школы;
- договориться о правилах взаимодействия в сообществе и механизме контроля за соблюдением этих правил;
- настоять на внесении соответствующих правок в устав школы;
- обеспечить максимальную прозрачность и понятность деятельности и управляющего совета, и сообщества в целом.
Важно будет настроиться на очень длинную, временами нудную, но очень важную совместную работу. Кто, если не мы?
Вы находитесь в разделе «Блоги». Мнение автора может не совпадать с позицией редакции.
Популярные комментарии
Сергей ГлушковО-о-о-ха-ха-ха-ха… Тщеславие, гордыня и глупость, — вот итог 11-летнего обучения в Российской школе! Разницы в науках МГУ и периферийного вуза нет, бла-бла-бла журналистика одинакова и в Москве, и в Папуа Новой Гвинеи. И дальнейшая судьба зависит от корочки диплома на 0,1℅.
«Проходной балл — 303 из 300»: итоги приемной кампании в вузах и прогноз для абитуриентов-2027
ОльгаС Чеховым согласна. Еще Бунин и Куприн для изучения отлично подойдут. Пушкин — вполне неплохо. Гоголь — но не то, что изучают. Салтыков-Щедрин тяжеловат, но необходим и очень современен, к сожалению. Достоевского, Толстого и Тургенева оставила бы для изучения во взрослом возрасте, после школы. Кто захочет — прочитает. В школьной же программе оставила бы для изучения Булгакова, Зощенко и обязательно кого-то из современной литературы. Это все можно изучать, начиная с 7 класса. А до этого надо просто прививать детям любовь к чтению. Не вызвать стойкую неприязнь, когда они в 5 классе читают Му-му или Слово о полку Игореве, а в 6-м — Дубровского. Есть прекрасная литература для детей. Которая также учит хорошему и доброму. Но это именно литература для детей. А наши классики, уж простите, но писали ДЛЯ ВЗРОСЛЫХ читателей. У Толстого были рассказики именно для детей. У Чехова тоже есть подходящая литература, у Куприна. Их — пожалуйста. Но не Бежин луг и не Му-му
«Дети читают классику как записки о жизни инопланетян»: писатель Дмитрий Данилов — о любимых книгах и школьной программе
Юлия ЛанговаяНекоторые общественные деятели абсолютно не разбираются в уровне сложности олимпиад, которые засчитываются за БВИ, если предлагают их комбинировать с ЕГЭ (ЕГЭ + Олимпиада). Более того они даже не представляют, как организована подготовка Олимпиадников к таким Олимпиадам. Вот поинтересовались бы, посетили сборы, в которых участвуют эти одаренные дети.
Что может измениться в правилах поступления в вузы к 2027 году и при чем здесь скандалы приемной кампании – 2026





