«Вилка» о трёх зубцах: как дети остаются без знания и образования

«Вилка» о трёх зубцах: как дети остаются без знания и образования

60 346
22

«Вилка» о трёх зубцах: как дети остаются без знания и образования

60 346
22

Современная школа — это не только учитель у доски, но ещё и родители, репетиторы, онлайн-школы и всевозможные курсы. Все они стремятся научить чему-то ребёнка. А самим детям (по словам родителей и учителей) ничего не интересно. Почему в России так непопулярно самообразование, рассказывает наш блогер Елена Кулешова.

С детства, с советского детства (и даже позже), нас учили по такому пути: детский сад, школа (одинаковая для всех, если ты только не математик) — 10 классов, институт, аспирантура/завод, кандидатская/руководство завода. Вторая, не столь красивая, но более сытная линия выглядела так: детский сад, школа — 8 классов, ПТУ, предприятие.

Система стройная, логически выверенная и дающая возможность из линии Б перейти на линию А при некотором упорстве, вечерней школе и заочной форме обучения. Хотя это было несколько зазорно — вот так, не окончив школу, пойти в путягу, а то и сразу на работу.

В противовес этому упорные товарищи, которые совмещали работу с учёбой, а иногда ещё и с семьёй, были на хорошем счету, всячески выдвигались и, порой, занимали должности много выше, чем люди с изначально высшим образованием. Потому просто, что потёрлись среди рабочего класса, всегда могли найти к нему подход, а то и козырнуть своим непростым трудовым путем. Не всегда эти люди оставались честными работягами: порой слесарь, дослужившийся, скажем, до губернатора, терял связь с реальностью и с «простыми» людьми, одним из которых он однажды был и сам.

«Если ты такой умный, то почему такой бедный?»

Постсоветское образование, впитав новые ценностные установки общества, изменилось. Именно тогда резко упал престиж профессии учителя и цинично и повсеместно стал использоваться аргумент: «Если ты такой умный, то почему такой бедный?»

Появились школы для богатых и бедных, учебные заведения стали конкурировать за обеспеченных учеников, появился имущественный/сословный ценз при приёме — даже в регионах.

Гимназии и лицеи не столько давали возможность учиться талантливым детям, сколько изолировали детей элиты от всяких «неподходящих» знакомств

Оплата в частных и экспериментальных школах была много выше, программы закупались интересные, клубы по переписке переросли в поездки за рубеж — учителя потянулись за заработком. Процесс естественный, но приведший к тому, что в обычных школах, по большей части, уровень образования упал, а в элитных — поднялся высоко. Дети в стране стали делиться на касты ещё в школьном возрасте.

Родители из бедных слоёв общества, но питавшие какие-то надежды на будущее детей — врачи, преподаватели, ИТРы, библиотечные работники, журналисты — все они, не имея возможности отправить ребёнка в элитную школу, начали нанимать репетиторов. Если в советское время приглашение репетитора к ребенку было вызвано либо длительной болезнью школьника, много пропустившего, либо его тотальной неспособностью усваивать материал, то в постсоветское стало массовым явлением.

В СССР родители не хвастались тем, что ребёнок вынужден заниматься за деньги дополнительно, в постсоветском пространстве наличие репетитора стало неким знаком статусности — у семьи есть деньги на допобразование. Богатые семьи нанимали репетиторов ещё чаще, чем бедные: в элитных школах и программы были сверхнасыщенные — обучение в них должно было подготовить детей к поступлению в элитные же московские и питерские вузы, дать солидную фору.

Однако масса семей просто не могла (и не может) позволить себе репетитора. Я уже писала, что в среднем педагог тратит на ребёнка за урок чуть больше минуты. Следовательно, с тем, что непонятно, что не было объяснено, потому что время урока заняла очередная из бесчисленных контрольных, что было пропущено во имя соблюдения графика — в общем, со всем тем материалом, который никак не уложился в голове, школьнику надо было справляться самостоятельно.

«Вы учитель, вы и учите»

Многие считают, что школьнику должна помогать мать. Про отца даже никто не вспоминает, он в России автоматически и естественно самоустраняется из процесса дообучения ребёнка (это тема отдельной статьи, одновременно гневной и печальной). Но вернёмся к матери-репетитору. Вспомним на минуту, что мать, если она не домохозяйка, в обычном укладе российской семьи несёт двойную нагрузку: работает наравне с мужем и, вернувшись домой, ведёт хозяйство, как правило, в одиночку. Но даже если предположить, что уставшая женщина находит в себе силы, чтобы ежедневно погружаться в 5-6 школьных предметов и помогать своему ребёнку, достаточно ли у неё компетенции.

Приведу такой, знаете, собирательный пример — он, поверьте, реальный. Разговор с матерью: «Ваш ребёнок не успевает по математике, ему надо помочь». «А я сама в ней ничего не понимаю, у меня калькулятор есть. Я в косинусах не понимаю»/«Мы сейчас проходим разложение на множители.«Вы учитель, вы и учите, я уже скоро с ума сойду или прибью его, он тупой!»

Таких разговоров — сотни и тысячи по всей стране. Проблема вскрылась как волдырь и показала своё неприглядное нутро во всей красе при введении дистанционного обучения. Тогда родители вынуждены были объяснять детям в разы больше материала, большую часть которого они не помнят и сами: физика, химия, математика, «что хотел сказать автор» — при разборе нудной для современного ребёнка литературы 19 века.

Второй раз проходить школьную программу, работая и ведя хозяйство, — это не для слабых духом, конечно. С репетитором должны сидеть уже двое — ребёнок и мама

Но если дитя свободно для впитывания знаний целый день, то что делать родителям? Листать учебник по алгебре на рабочем месте? Объяснять, что Перельман важнее презентации партнёрам? А откуда деньги, ведь самый дешевый репетитор берёт за пару (2 ак. часа, 1,5 — астр. часа) от 500 рублей? Полноценное обучение обойдется тысяч в 30-50 в месяц, по самым скромным расценкам.

Конечно, это никуда не годится. И хуже — не работает. Да, есть самоотверженные родители, опять же — мамы, в основном, которые ставят на своей жизни крест и живут жизнью ребёнка. Это порочная и даже какая-то неприличная практика. С психологической точки зрения она близка к расстройству психики и чему-то вроде созависимости. Впрочем, у каждого из нас, нисколько в том не сомневаюсь, есть пример такого бессмысленного в своей жестокости, мазохистского, неоцененного самопожертвования.

Получается образовательная «вилка» о трёх зубцах: ребёнок не схватывает материал, родители не имеют квалификации и/или времени материал объяснить, на репетитора не хватает денег, да и хорошие репетиторы нарасхват. Что делать?

Может, дети должны учиться сами?

Вспоминаю свою школу: мы рылись в библиотеках как бобры — в осиннике. Грызли всё, что попадётся, записывались на книги в очередь, передавали из рук в руки, делали за дикие деньги копии и переписывали десятки страниц от руки, читали ночами книгу, которую утром надо было отдать (с ужасом вспоминаю прочитанного за сутки Августина Блаженного «О граде божием» и законспектированный в галопе двухтомник Монтеня — да, в нашей гимназии и такое читали). Дети 21 века даже представить себе не могут, почему мы были такими медленными в поиске и обработке информации: к их услугам мировое хранилище данных на любых языках с автопереводом (мы переводили сами, со словарём).

И тут должны прозвучать фанфары, потому что есть решение для этого гордиевого узла: самообразование. Образовательные платформы просто дерутся за людей, готовых получать образование, пусть и бесплатно. Работодатели готовы платить за тех, кто проходит курсы — за будущих специалистов. Вузы готовы размещать курсы — потом эти люди придут к ним на платное обучение. Преподаватели создают личные бренды и набирают академический вес (и финансовую весомость). При этом можно выстроить свою индивидуальную образовательную траекторию так, чтобы не заплатить и копейки, но получить солидные дипломы, сертификаты, а главное — знания.

Есть, конечно, и проблема — не все дети понимают, зачем им учиться. Здесь должна выстраиваться система профориентации, государство и бизнес (а особенно кентавры госкорпораций) должны вливать деньги в рассказы о себе и своих потребностях, о том, как здорово работать в госкорпорации, например, инженером по ракетостроению. Педалировать тезис, что ребёнок должен сам проявлять инициативу, понимать пользу в образовании и иметь высокую мотивацию — это как разводить синих сферических лошадей в вакууме. Глупо. Невозможно. Преступно даже.

Поясню, почему преступно: большинство родителей не имеют знаний, квалификации и даже желания раскрывать перед ребенком прекрасный мир науки, народного хозяйства и самообучения. И, знаете, эти свойства ведь не появляются у взрослых людей с рождением ребёнка. Это все равно, что верить в то, что женщина должна варить борщ, потому что у неё это в генах заложено (подлинная цитата из разговора).

Не имея возможностей и желания, родители оставляют перед ребёнком узкую тропку собственного опыта — как в Средние века. Он по ней и идёт

Но для этой тропки не нужно знание продуктового дизайна или языка Котлин (штойта такое, ась?) — достаточно школьной программы на тройку. Таким образом происходит выбивание, вымывание миллионов потенциальных высококлассных специалистов из производственного оборота. Управленцев — тоже, но, поскольку у нас кастовая структура сложилась уже в социуме, я об этом даже не говорю: «сын отца» — это уже профессия в России, причём наследственная.

Лишившись специалистов, страна стремительно откатывается в демодернизацию. Почему стремительно? Думаете, это красивый оборот такой? Нет. Я утверждаю это определённо потому, что дети, ушедшие по средневековой тропке родителей вперед, лет так через 18-20 создадут новых детей, которым покажут что? Верно, ту же средневековую тропку. И чем глубже поколения россиян будут уходить по «путям отцов», тем сильнее будет кадровый голод.

Решение проблемы видится в структурах, наподобие Олимпиады НТИ, Кружкового движения, Кванториумов. Но всё это офлайновые паллиативы, а основная масса информации, шквал и цунами, должен изливаться отовсюду. Но основной проводник его — школа.

Вы находитесь в разделе «Блоги». Мнение автора может не совпадать с позицией редакции.

Иллюстрация: Shutterstock / Tithi Luadthong

Чтобы сообщить об ошибке, выделите текст и нажмите Ctrl+Enter
К комментариям(22)
Подписаться
Комментарии(22)
Шквал должен изливаться; решение проблемы видится; профориентация должна выстраиваться; страна стремительным домкратом откатывается…

Кто кому что должен? Что это было — доклад на XXV съезде КПСС?
Сударь, вы если претендуете на роль моего научного руководителя, так изложите прямым текстом. Я бы вам сразу сказала, что научрук у меня уже есть. Зачем вы так долго бежали, чтобы сказать, как я вам безразлична?

Мне уже просто хочется написать про вальдорфскую школу, чтобы вы там, в комментариях, уже предметно фырчали. Так оно, знаете ли, конструктивнее будет.
Причин много. Они не обязательно противоречат, хотя могут смещать акценты. В годы моего детства престиж профессии обеспечивался тем, что учитель был гораздо образованнее большинства родителей. После реализации программы всеобщего среднего образования не редко родитель был образованнее учителя. Авторитет учителя продолжал падать, когда молодежь стала обладать онлайн-навыками лучше учителя. Репетиторство стало массовым, когда прием в вузы превратили в соревнования. Соревнования требуют не широты знаний, а помощи тренера-репетитора (https://mel.fm/blog/yury-nikolsky/65901-kak-sistema-i-yege-razrushayut-tseli-obrazovaniya-neravenstvo-i-neprozrachnost). В годы моего детства в редкой семье были книги, но далеко не все дети рылись в библиотеках, а из двух седьмых классов в нашей школе остался один восьмой. Остальные ушли работать. Интернет — это новые возможности. Мои дети осваивали навыки онлайн-обучения с рождения (https://mel.fm/blog/menedzhment-rynochny/24693-vospitay-aytishnika). Самообразование им нравится. Учителей уважают. В первую очередь тех, кто имеет высокие навыки для обучения высокотехнологичных детей. В семьях, где родители не обладают онлайн-навыками, учеба проходит иначе. Но они будут ими обладать, а потом обучат своих детей навыкам онлайн-учебы для самообразования.
Всё верно, даже добавить нечего. Много чего нужно сделать, но в образовании сейчас больше за форму во всех смыслах радеют, содержание мало кого волнует, а вместе с ним в пролёте сам смысл образования.
Содержание волнует оно должно учитывать желание родителей и их детей. Поэтому обсуждается возможность снять те тормозы, которым грешит система образования (https://nashedelo.ru/a/raznoobraziye-variantov-metodik-obucheniya-kak-rezultat-initsiativy-snizu).
Показать все комментарии
Больше статей