Больше оптимизма, или Мы сами готовим себе нерадостное будущее. Директор Лицея НИУ ВШЭ — об итогах этого учебного года

В России прошли выпускные — по традиции именно после них подводят итоги этого учебного года. Этот год был странным и сложным для всех. Дмитрий Фишбейн, директор Лицея НИУ ВШЭ, рассуждает о том, чему мы научились, живя в условиях постоянной неопределенности.
Уважаемые учителя, рад, что представилась возможность обратиться к вам и порассуждать об итогах этого учебного года. В первую очередь, от лица руководителей школ (уверен, коллеги-директора меня поддержат) хочу сказать вам спасибо за этот год. В очень непростых условиях вы были спокойны и уверены в своих учениках, делали всё возможное и стремились к эффективному результату.
Про работу
По-моему, этот учебный год поставил перед нами сложную задачу в контексте конкуренции с нешкольными образовательными институтами. Стало окончательно ясно, что ребёнок перестал принадлежать школе: у семей появились многочисленные альтернативы традиционному школьному образованию. «Наши клиенты» поняли, что найти варианты удовлетворения образовательной потребности стало намного проще.
Что это значит для школы? Несомненно, некоторый напряг, но интересный, с моей точки зрения. Я бы эту ситуацию воспринимал как вызов. Одним из ключевых направлений изменений в школе должно стать предоставление возможности учащимся (родителям, если дети маленькие) влиять на траекторию образования в школе. Согласитесь, мы неохотно предоставляем им выбор, и это, как мне кажется, одна из основных причин напряжения от школы.
А ведь можно, например, подумать про такие ходы:
- выбор типа и объема домашнего задания;
- выбор формата контрольной работы;
- возможность иногда не приходить на урок;
- выбор типа деятельности на уроке (самостоятельная, в малой группе и т. п.).
Я в данном случае говорю именно про поле деятельности учителя. На уровне школы, уверен (и мы это делаем в Лицее НИУ «Высшая школа экономики»), можно предоставлять выбор индивидуального учебного плана, уровня изучения предмета, количества часов по предмету и т. д.
Про самочувствие
Этот год дал нам возможность понять, что академические результаты не всегда самое важное в обучении. Мировым трендом стало обсуждения так называемого well being — социального самочувствия, или «индекса счастья». То, как во время пандемии дети скучали друг по другу, по атмосфере, показало, что в школу они ходят не столько за знаниями, сколько за ощущением себя в сообществе.
По-моему, нам надо понять, что процесс зачастую важнее, чем результат
Вспоминается история о том, как на Олимпиаде в Рио-де-Жанейро российская женская сборная по гандболу впервые за много лет выиграла золотые олимпийские медали. Когда тренера сборной Евгения Васильевича Трефилова на пресс-конференции после исторической победы спросили, что он чувствует, ответ многим показался неожиданным. Евгений Васильевич сказал: «Вы знаете, такое ощущение, что ты 20 лет лез на большую гору, залез, а там даже одуванчиков нет».
Даже при достижении желаемого результата может появиться разочарование. Мы с вами знаем истории ребят-олимпиадников, которые, как они говорят, «затащили Всерос», но счастливыми от этого себя не чувствуют. Когда взрослые в школе обеспечивают детям интересную и разнообразную деятельность, увлекают их процессом, то с большой вероятностью результата вы тоже достигнете. Но он уже будет не так важен.
Про нас
Хочется пожелать нам всем большего оптимизма. Мне кажется, что, жалуясь на усталость, несовершенство мира, неопределённость, нехватку времени и т. п., мы сами готовим для себя такое нерадостное будущее. Поэт Константин Кузьминский очень точно подметил, что Франц Кафка и Ярослав Гашек жили в одно и то же время в одном и том же городе (Праге), но восприятие этого времени было у писателей очень разным, это можно заметить по их творчеству.
Уверен, наша жизнь во многом зависит от нашего восприятия. Давайте попробуем больше внимания обращать на замечательных людей рядом, благодарных учеников, прекрасную природу и радость в глазах.
Хорошего отпуска!
Фото: Высшая школа экономики / Михаил Дмитриев / CC BY-ND-NC 4.0
Популярные комментарии
Вероника РассказоваЯ очень сочувствую пострадавшим девочкам! Думаю, возможно были и мальчики. Но! Некоторых эпизодов, возможно, можно было избежать. В частности, если бы девушка Ульяна не поехала на дачу! Хотя, она возможно и не знала, что будет там наедине с ним. Танцоры-тренеры, конечно, уроды конченных! И тень падает на всё сообщество.
Сразу нескольких известных танцоров обвиняют в растлении девочек-подростков: что известно о ситуации
АнастасияОчень хорошо понимаю автора. Тоже отпустила сына во взрослую жизнь. Получил образование. Но есть бытовые особенности, особенности самочувствия и здоровья, сопутствующие основному диагнозу трудности, от которых «не отмахнешься». И это все объективно влияет на качество жизни, самостоятельность, принятие решений. И я как мама также оглядываюсь вокруг себя и понимаю, что в прошлом все что могла сделала, и соломку где могла стелила, но будущее открыто. Задумалась, сейчас мне хорошо, когда сын проявляет радость, состояние счастья, говорит о своей любви.
«Наверное, я планирую жить вечно»: мама 26-летней девушки с ОВЗ — о будущем, которое пугает
ОльгаС Чеховым согласна. Еще Бунин и Куприн для изучения отлично подойдут. Пушкин — вполне неплохо. Гоголь — но не то, что изучают. Салтыков-Щедрин тяжеловат, но необходим и очень современен, к сожалению. Достоевского, Толстого и Тургенева оставила бы для изучения во взрослом возрасте, после школы. Кто захочет — прочитает. В школьной же программе оставила бы для изучения Булгакова, Зощенко и обязательно кого-то из современной литературы. Это все можно изучать, начиная с 7 класса. А до этого надо просто прививать детям любовь к чтению. Не вызвать стойкую неприязнь, когда они в 5 классе читают Му-му или Слово о полку Игореве, а в 6-м — Дубровского. Есть прекрасная литература для детей. Которая также учит хорошему и доброму. Но это именно литература для детей. А наши классики, уж простите, но писали ДЛЯ ВЗРОСЛЫХ читателей. У Толстого были рассказики именно для детей. У Чехова тоже есть подходящая литература, у Куприна. Их — пожалуйста. Но не Бежин луг и не Му-му
«Дети читают классику как записки о жизни инопланетян»: писатель Дмитрий Данилов — о любимых книгах и школьной программе
















