«Из-за экзаменов я потеряла 10 килограмм». Выпускники — о стресс-факторах на ЕГЭ-2020

Кажется, перед каждым материалом о ЕГЭ в этом году мы писали о том, что нынешним выпускникам приходится непросто — из-за коронавируса, разумеется. А чтобы вы лучше понимали, с какими препятствиями столкнулись сдающие, мы поговорили с ними лично — и из первых уст узнали, как дети пережили ЕГЭ-2020.
«Одноклассники жаловались, что жарковато»
Из-за пандемии коронавируса ЕГЭ в этом году сдвинулся на целый месяц: первый экзамен — по литературе, географии и информатике — прошёл 3 июля, то есть в самое теплое время года. Многим выпускникам летняя погода сильно усложнила задачу. Например, в Центр мониторинга и оценки качества образования в Липецке поступило много жалоб на жару в пунктах проведения экзаменов.
Организаторы экзамена пытались справиться с трудными условиями: проветривали классы, ставили вентиляторы в кабинеты, следили за тем, чтобы у выпускников была питьевая вода. Впрочем, Липецк оказался не единственным регионом, пострадавшим из-за жары во время ЕГЭ.
В Самарской области родители возмутились условиями проведения ЕГЭ в школах и даже обращались к местному губернатору, призывая обеспечить комфорт учеников во время экзамена. По их словам, в классах не было ни кондиционеров, ни вентиляторов, окна тоже не открывались, а если выпускнику доставалось место на солнце и он просил его пересадить –отказывали в просьбе. На это обращение Минобрнауки региона ответило, что для создания комфортных условий принимаются дополнительные меры: окна, выходящие на солнечную сторону, заклеивают солнцезащитной плёнкой или бумагой, а перед экзаменом проводится влажная уборка и организуется сквозное проветривание.
Позже жалобы дошли и до Рособрнадзора. 10 июля врио руководителя ведомства Анзор Музаев заявил: «Мы не запрещаем открывать окна, порядок проведения экзаменов позволяет приносить с собой воду и лёгкий перекус».
От жары страдали и самые дальние регионы России — например, Забайкалье. Местная организация общероссийского профсоюза образования попросила власти установить дополнительные выплаты тем, кто работал во время ЕГЭ. По мнению организации, педагогам приходилось по многу часов на жаре трудиться в масках и перчатках.
При этом учителя лишились значительной части положенного ежегодного отпуска
Проект по допвыплатам за работу во время коронавирусного ЕГЭ уже также разрабатывается в Башкирии: преподаватели смогут получить от двух до четырёх тысяч рублей единоразово.
На жару во время ЕГЭ жаловались и представители РПЦ. Например, волгоградский священник написал письмо Путину, в котором критически отозвался о температурных условиях проведения ЕГЭ. Он сослался на требования СанПиНа: температура в классах не должна превышать 25 градусов по Цельсию. Но когда экзамен сдавал его сын, в Волгограде температура воздуха в тени достигала 40, а на солнце — 61 градуса по Цельсию. Обеспечить требуемые 25 градусов в классах в таких условиях волгоградские власти не смогли.
В Пензенской области во время ЕГЭ по физике из-за жары стало плохо пяти выпускникам одновременно. Губернатор региона заключил, что местное министерство образования сработало плохо. «Вы должны были обратиться ко мне с требованием закупить кондиционеры», — возмутился он. Министр образования региона, в свою очередь, объяснил происшествие тем, что раньше им никогда не приходилось проводить экзамены в июле.
Юрист «Правозащиты Открытки» Ирина Ручко объяснила «Мелу»: согласно санитарным правилам, температура в аудитории во время ЕГЭ, действительно, не должна превышать 25 градусов по Цельсию, а за нарушение температурных норм в день экзамена выпускник имел право подать апелляцию, не выходя из здания, где проходил ЕГЭ.
Впрочем, жара не стала препятствием для всех сдающих. «Мои одноклассники жаловались, что жарковато, но в целом на них жара не сказалась. И мне погода никак не помешала — у нас было где-то +25», — рассказывает Полина Коваленко из Кемерова. А выпускница из Москвы Оксана Мирошникова говорит, что в столице во всех аудиториях даже были сквозняки: «У некоторых слетали бланки со столов».
«У тебя было пять минут, в которые ты можешь зайти в здание»
Традиционные действия перед экзаменом раньше выглядели так: выпускники собирались у своей школы и следовали к пункту проведения экзамена — в другое учебное заведение района или города. Там каждый сдающий должен был предъявить паспорт и пройти сквозь металлодетектор. После этого выпускники около сорока минут находились рядом с кабинетом, в котором им предстояло писать ЕГЭ. У них была возможность пообщаться с другими сдающими.
В 2020 году к процедуре добавилось ещё несколько деталей. Уже перед пунктом проведения экзамена выпускники должны были держать друг от друга дистанцию — в полтора метра. «Пока мы шли до самой школы, где проходит экзамен, не было никаких мер предосторожности — ни масок, ни дистанций. Но как только мы подошли к школе, нас встретил организатор и попросил разойтись на полтора метра», — рассказывает кемеровская выпускница Полина Коваленко.
Кроме того, раньше все экзамены должны были проводиться вне стен родной школы выпускников, однако в этом году в некоторых регионах были послабления, например на Камчатке. По данным ТАСС, выпускник Максим Круглов из села Тиличики Камчатского края, писал экзамен в своей школе. Правда, кроме него и его друга, во время ЕГЭ по информатике вообще больше не было сдающих. «Мы были в родных стенах, и это чуть снижало градус напряжения», — рассказал он агентству.
На входе каждому выпускнику мерили температуру тепловизором и записывали её показатель, руки обрабатывали антисептиком
Затем дети должны были распределиться по аудиториям и уже там ждать начала экзамена. Посадочные места в аудиториях были устроены так, чтобы между ними тоже была дистанция. А вход должен был происходить по определённому расписанию, но в действительности это правило не всегда соблюдалось.
«В 09:20 мы уже должны были сидеть в кабинетах, при условии, что начало экзамена — в 10. Но в реальности это было тяжело: в аудиториях нужно соблюдать тишину, а 40 минут ни с кем не разговаривать — нереально, — рассказывает выпускница кемеровской школы Полина Коваленко. — Поэтому нам разрешили выйти в коридоры, где мы провели около 30 минут. Но организаторы очень нас просили соблюдать дистанцию в полтора метра. Окончательно в кабинеты мы сели за 10 минут до начала экзамена».
В других школах в том же Кемерове таких послаблений не было. «Я думаю, вся ситуация сильно сказалась на результатах экзамена. В аудиторию ты входишь в 09:00 и просто час сидишь. Мне это прибавило волнения и стресса, — рассказывает выпускница Софья Цыпкина (фамилия изменена). — По русскому у меня 66 баллов, я считаю, это очень мало».
«Мера, которая вызвала наибольшее неудобство — то, как мы приезжали к месту проведения экзамена. Каждому сдающему называлось определённое время, к которому он должен был подъехать — буквально до минуты. У тебя было пять минут, в которые ты можешь зайти в здание с определённого входа», — рассказывает Оксана Мирошникова из Москвы.
Маски и перчатки были обязательным условием для сдачи экзамена лишь в некоторых регионах
Выпускники считают, что это сильно облегчило им жизнь: если бы маски и перчатки были необходимы, в такую жару было бы гораздо сложнее сдавать экзамен.
Термометрия перед экзаменом — вовсе не формальная процедура, как могло бы показаться на первый взгляд. Если показатель превышал 37 градусов по Цельсию, выпускника не допускали до ЕГЭ. Но у него была возможность пересдать экзамен либо в резервный день (24 или 25 июля), либо в дополнительный этап, который пройдёт в августе.
«Из-за экзаменов я потеряла 10 килограмм»
По словам выпускников, и дистанцию, и жару и даже невозможность пообщаться с одноклассниками перед экзаменом ещё можно было стерпеть. Главным стресс-фактором оказались бесконечные переносы экзамена. «Когда ты думаешь, что освободишься 8 июня, а в итоге освобождаешься спустя полтора месяца — 16 июля, — это тяжело и морально, и даже физически. Хорошо, что это уже позади», — считает Полина Коваленко.
«В связи с переносами, неизвестностью и стрессом за месяцы перед экзаменом я потеряла 10 килограмм. У меня сильно ухудшилось здоровье», — добавляет выпускница.
«Мы обсуждали с одноклассниками адекватность проведения экзаменов в этом году, — рассказывает Софья Цыпкина. — Все считают, что проведение ЕГЭ в период пандемии было лишним, так как долгое время мы находились на дистанционном обучении и это было большим риском. Ведь ещё и подготовка от учителей, репетиторов была почти неэффективной. В нашей школе большинство учителей в возрасте, поэтому им нелегко давалось подключаться к зуму, включать доску и так далее».
Некоторые считают, что проверяющие экзамен были более лояльны к выпускникам в этом году. «Так думают многие мои знакомые, — рассказывает Оксана Мирошникова. — Возможно, проверяющие решили, что у нас были слишком сложные условия подготовки. Хотя лично я не считаю, что коронавирус как-то сказался на моих результатах. У меня 100 баллов по литературе и 96 баллов по русскому, но я действительно весь год усердно готовилась».
Благодарим за помощь в подготовке материала стажера Анжелику Хмелевскую. Иллюстрация: Shutterstock / GoodStudio
Популярные комментарии
Виктория ИльинаРазговор о достойной оплате учительского труда сложнее простой формулы «надо повысить зарплаты». С главным тезисом героя статьи трудно спорить: педагог не должен думать, чем прокормить семью, и быть вынужденным добирать доход репетиторством. Но базовый уровень оплаты должен быть достойным не только в сильном столичном лицее. Хороший учитель одинаково нужен и в Москве, и в районной школе, и в селе. Право ребёнка на качественное образование не должно зависеть от места жительства. А дальше логичны дополнительные стимулы: надбавки за квалификацию, подготовку стобалльников, победителей олимпиад, серьёзные результаты учеников. Тем более статья показывает, какой труд стоит за работой с сильными и мотивированными детьми. Но есть и неудобный вопрос: насколько востребована значительная часть знаний, которые школа по единой программе обязана давать всем? Учитель здесь во многом связан требованиями системы. Однако если обучение почти не учитывает склонности и будущую траекторию ребёнка, возникает разрыв между объёмом обязательных знаний и их последующей практической ценностью. Можно сколько угодно говорить о «гармонично развитой личности», но общество в конечном счёте выше ценит то, что даёт ощутимый результат. И этот вопрос тоже нельзя исключать из разговора о зарплате учителя.
«Мы придумали делить детей на два сорта»: директор тамбовского лицея и заслуженный учитель — о культе олимпиад
Евгения СамотохинаТо что отрицательные оценки нужны — я согласна, но здесь должен быть ряд факторов: 1) как по мне текущая система оценки (пятибалльная, а по факту четырехбальная) — не то чтобы объективная. Особенно чувствуется на объемных заданиях в старших классах, когда в тексте на 2 страницы допустил 2-3 ошибки и пооучаешь тройку. Как по мне система должна иметь разбивку хотя бы в 10 баллов. 2) Часто каждый учитель сам определяет как оценивать ученика. Если с точными науками и каким-нибудь диктантом ещё более-менее понятно, то с более творческими заданиями, пересказами вообще непонятно — у одного учителя ты получаешь 5 у другого за пересказ того же качества — 3.
«Двойка должна жить». Учитель — о том, почему плохие оценки нужны детям
АнастасияДа уж… Уважительное общение не включено в общеобразовательные стандарты и экзаменационные вопросы. Можно иметь аттестат и даже не один диплом, но при этом оставаться полнейшим хамом. Системный кризис.
«Короче, училка, варежку свою закрой». Топ-20 цитат из переписок родителей с учителями, от которых волосы встают дыбом








