«Начинающие проекты лишаются апробационных площадок»: Кирилл Савицкий прокомментировал закон о просветительской деятельности
Член Правления Лиги образования Кирилл Савицкий обратил внимание на новый раздел, появившийся в резонансном законопроекте о просветительской деятельности, одобренном Госдумой во втором чтении. Об этом Савицкий написал у себя в фейсбуке и затем подробно рассказал «Мелу», что же это означает для школьного обучения и работы педагогов.
По мнению Савицкого, предложенная депутатами Вячеславом Никоновым и Любовью Духаниной поправка «очень серьезная и вполне конкретная штука» и несет в себе определенную опасность. При этом не имеет никакого отношения к просветительской деятельности. По мнению эксперта, инициатором поправки о совместной методической работе школ и сторонних проектов вероятнее всего выступило Минпросвещения.
Существующий договор по методической поддержке позволял коммерческим образовательным проектам приходить в школу с проектами в сфере неформального образования и не оглядываться на наличие образовательной лицензии. В случае если поправка будет принята и войдет в финальную редакцию будущего закона о просветительской деятельности, коммерческое сотрудничество альтернативных образовательных организаций и государственных школ окажется под угрозой. То есть «маленькие и начинающие проекты лишаются апробационных площадок», считает Савицкий.
«На самом деле, конечно же, инициатором этой поправки было Минпросвещения. Это продолжение истории про то, что в конце прошлого года были лишены статуса большинство федеральных инновационных площадок (именно они занимались методической и научно-методической деятельностью). Но, действительно, именно договор по методической поддержке позволял коммерческим образовательным проектам приходить в школу с проектами в сфере неформального образования (там, где образовательные лицензии не нужны).
Дело в том, что школы — бюджетные организации. Их активно проверяют на предмет эффективного расходования средств. Учебники и учебные материалы закупаются централизовано, образовательные программы должны вести сами учителя, электронные сервисы есть в РЭШ/МЭШ и школа замучается объяснять, почему были выбраны не средства из «бесплатной» МЭШ, а решение «за деньги». А, вот, появиться в школе и предложить методическую поддержку (особенно, если у проекта были проведены какие-то экспертизы, он поддержан АСИ, является экспериментальной площадкой ФИРО и т. п. — то есть, можно доказать то, что это не случайные в образовании люди) — это был вполне себе вариант коммерческого сотрудничества.
Теперь его прикрывают. В результате, фактически, можно говорить о том, что маленькие и начинающие проекты лишаются апробационных площадок (я ни секунды не сомневаюсь, что Скайенг или Фоксфорд новый статус получат; хотя и для них это дополнительные затраты).
В общем, это очередное укрепление вертикали. По большому счету, никакого отношения к заботе о качестве образования не имеющее».
Кирилл Савицкий, член Правления Лиги образования, куратор кластера профориентации в ММСО
Ранее сообщалось, что законопроект о просветительской деятельности прошел второе чтение в Госдуме. Против его принятия выступило педагогическое и научное сообщество.
Ещё больше интересного и полезного про образование и воспитание — в нашем телеграм-канале. Подписывайтесь, чтобы ничего не пропустить!
Читайте также
Популярные комментарии
АндрейАбсолютно согласен! Надо ещё и математику убрать, а то учат детей думать и раскладывать по полочкам! И читать и грамотно общаться сейчас не в моде. Есть же нейросеть! И комментарии поможет написать! Отправлять в школу только на физкультуру, труды и ОБЗиР. А все остальные предметы платно и по желанию! Хотя и эти три предмета требуют особой подготовки, поэтому их надо тоже по желанию, а лучше вообще платно!
«Врачей жалко. А вас, тварей, нет». Честный монолог учительницы о том, что стоит за особым статусом педагогов
Виктория Ильина«Короткий ответ: никак» — пожалуй, самая спорная рекомендация статьи. Да, признание родителей не изменит прошлого, а разговор не гарантирует извинений. Но это не значит, что о пережитом нужно молчать. Между «устроить суд истории» и «закрыть тему» есть третья возможность: спокойно рассказать, что помнишь, что чувствовал и как это на тебя повлияло. Не ради мести или покаяния, а чтобы назвать пережитое своими словами и обозначить границы. Родители могут искренне не помнить — но статья лишь предполагает это, не зная обстоятельств конкретной семьи. Избирательность памяти сама по себе не доказывает ни забывчивости, ни правоты одной из сторон. Почему же защитная версия взрослых считается вероятной, а желание выросшего ребёнка высказаться объявляется попыткой «переписать детство»? Забыть старые обиды по приказу невозможно. Молчание не означает, что проблема решена. Исследования также показывают: пережитое в детстве насилие связано с повышенным риском повторения жестокого или пренебрежительного обращения со своими детьми. Поэтому очень важно не «оставить родителей в покое», а осмыслить свой опыт и не передать его дальше. Разумеется, разговор стоит подготовить и вести без оскорблений. А вот объявлять молчание универсальным способом исцеления — безответственно, важно не просто прекратить разговоры о прошлом, а именно разобраться, как не воспроизвести пережитую несправедливость уже в отношениях со своими детьми.
Родители били меня в детстве, а теперь говорят, что ничего не было. Почему они так делают?
Юрий НикольскийПолвека сохраняю вес. Утром встаю на весы. Если вес выше той отметки, что установил полвека тому назад, то в этот день пищи на четверть меньше предыдущего дня. Ем по 6 раз в день, йогурт за час до сна. Не редко толстеют в годы, когда перестают расти — здесь уменьшаются затраты, а привычка есть столько же сохраняется. Второй период после окончания учёбы — начинается спокойная жизнь. Третий период — организм стареет, то новые клетки образуются всё реже. Сейчас потребляю пищи в 3 раза меньше чем полвека тому назад. Для женщин ещё есть периоды, связанные с беременностью.
Дело не в гормонах: 10 ошибок, из-за которых вы не можете похудеть
