13 книг в жанре научпоп, которые точно понравятся детям

Родители часто жалуются, что детям ничего не интересно: историю учить не хотят, книги не читают, по физике и химии сплошные двойки. Но, возможно, детям просто скучно? Писатель Екатерина Степаненко для блога издательства «Пешком в историю» рассказывает о книгах, которые вызовут интерес к любой теме: от истории до бактерий.
С чего начинается любое познание: у взрослого ли, ребёнка ли? Оно начинается с интереса и им же только двигается вперёд. Поэтому и любое обучение стоит начинать с пробуждения интереса. Тем более что средств для этого в современном мире предостаточно: книги, игры, аудиоролики, подкасты, кружки и лаборатории.
Казалось бы, в такой компании книга как познавательный формат неизбежно проигрывает. На самом деле она довольно легко приспособилась к быстроменяющемуся миру и приняла разные формы для разного типа читателей. Например, книга может быть интерактивной: это и дудлы (раскраски), и виммельбухи (находилки), и пособия с задачками и головоломками, встроенными в сюжет. Иногда, произведение балансирует на грани жанров: в художественный сюжет может быть вплетён познавательный компонент (и наоборот!). «Побег с триумфа Цезаря» — это не просто история о спасении друзьями мальчика-раба, но и яркое и точное описание эпохи борьбы Цезаря и Помпея. А «Элементарно» — научно-детективная история с опытами. Даже самая обычная энциклопедия меняется со временем и визуально (в неё внедряются интерактивные элементы или, скажем, элементы комикса), и содержательно. В книге про бактерии расскажут и про теорию эволюции, и про устройство человеческого тела, и про работу в научной лаборатории, да ещё и опытов подкинут. А в исторической энциклопедии — не только про правителей Древнего Китая или про революции 1917 года, но и про жизнь обычных людей в то время: что они ели, где учились, во что играли и как лечились.
Познавательная литература давно вышла за пределы привычных нам наук. Это уже книги не просто про природу или животных. Они рассказывают, как природа или конкретное свойство животного вдохновило учёных и инженеров. Вот этот аспект науки раскрывается, например, в книгах «Биомиметика» и «Звероботы». «Анатомия» перестаёт быть просто анатомией, если мы посмотрим на тело человека через призму урбанизма, а урбанизм перестаёт быть просто наукой о городском устройстве, если мы добавим в него психологии.
Или когда мы говорим, например, «книга по истории» — это уже больше не история в классическом понимании, а история чего угодно: от географических открытий до еды или одежды. Вот, например, «История ароматов» рассказывает про то, как в Европу были привезены новые (а сейчас прекрасно известные) запахи и какими приключениями это всё сопровождалось. То есть это такой микс истории, географии, биологии, да ещё сдобренный опасностями и даже детективами!
Или «Горы мира. История восхождений и открытий» — там внутри далеко не только про историю покорения вершин, но и про географию, и про геологию, и про технические инновации. Такая междисциплинарность — самое мощное, на мой взгляд, познавательное оружие. Она позволяет привлечь к книге читателей с самыми разными интересами. И очень радостно, что таких книг на рынке становится всё больше и больше.
Этот подход я беру за основу и в своих книгах, даже в каком-то смысле возвожу его в абсолют. В «Книге холода, льда и снега» я взяла «зиму» как явление и рассмотрела её со всех сторон через призму совсем разных наук: физики и истории, палеонтологии и философии, и так далее. И оказалось, что им всем есть, что рассказать о зиме! Такая получилась мозаика фактов, которые мы с художницей Полей Плавинской сложили в алфавитном порядке, создав таким образом словарь всего-всего зимнего, холодного, снежного. И в этом ледяном словаре каждый без исключения найдёт для себя что-то интересное, а потом захочет прочитать что-нибудь ещё. Разве не любопытно, как связаны с зимой криолофозавр или кратер Чиксулуб в Мексике?
Этот же подход я использовала в нашей второй книге «Фантастические животные со всего света». Казалось бы, ну верили люди в разные времена оборотней и единорогов, в драконов и фениксов, изучали и выслеживали их, находили их следы. А что по этому поводу думает современная наука и не одна, а разные? Откуда взялись эти верование, на чём они основаны? С таким подходом книга из обычного бестиария — описания фантастических существ (в нашем случае — животных) превращается в книгу о том, как работают науки, как они взаимодействуют.
К сожалению, таких книг, которые бы рассматривали одно явление с разных научных сторон немного. А ведь рассмотреть таким образом можно всё, что угодно, хоть камень! Так что метод весьма перспективный. Будем работать над ним и дальше!
Вы находитесь в разделе «Блоги». Мнение автора может не совпадать с позицией редакции.
Фото: Shutterstock (AstroStar)
Популярные комментарии
Виктория ИльинаА из-за чего, собственно, сыр-бор? Чем так возмущена родительница? Может, она желает, чтобы её чадо писало в общей тетради на 96 листов, с колечками и Телепузиками на обложке? Вообще-то школьная тетрадь — не модный аксессуар и не предмет для удовлетворения родительских эстетических вкусов. Это учебный инструмент, конструкция которого давно продумана и проверена практикой. Особенно в начальной школе, где имеют значение и разлиновка, и формат, и вес тетради. Разумеется, цвет обложки сам по себе знаний не прибавляет. Но требование единообразия — вовсе не обязательно учительская прихоть. Поражает другое: с какой поразительной лёгкостью некоторые родители превращают любой пустяк в повод для скандала! Это уже какое-то откровенное кверулянтство — непременно оспорить, потребовать, пожаловаться, вмешаться туда, где собственных педагогических познаний явно недостаёт. Невольно вспоминается старинное выражение: «Мясо твоё, мастер, а кости наши». Разумеется, не в буквальном смысле, а как отражение принципа доверия к наставнику. Родители поручали мастеру обучение ребёнка, признавая его профессиональную компетентность. Может, и современным родителям пора вспомнить, что учитель — не обслуживающий персонал, обязанный потакать каждой прихоти, а профессионал, которому следует позволить спокойно делать свою работу? Защищать ребёнка от реальных нарушений необходимо. Но превращать цвет тетради в поле битвы за родительские права — уже откровенный абсурд.
Учитель требует покупать простые зеленые тетради, остальные отказывается проверять. Что это за самоуправство?
Виктория ИльинаРазговор о достойной оплате учительского труда сложнее простой формулы «надо повысить зарплаты». С главным тезисом героя статьи трудно спорить: педагог не должен думать, чем прокормить семью, и быть вынужденным добирать доход репетиторством. Но базовый уровень оплаты должен быть достойным не только в сильном столичном лицее. Хороший учитель одинаково нужен и в Москве, и в районной школе, и в селе. Право ребёнка на качественное образование не должно зависеть от места жительства. А дальше логичны дополнительные стимулы: надбавки за квалификацию, подготовку стобалльников, победителей олимпиад, серьёзные результаты учеников. Тем более статья показывает, какой труд стоит за работой с сильными и мотивированными детьми. Но есть и неудобный вопрос: насколько востребована значительная часть знаний, которые школа по единой программе обязана давать всем? Учитель здесь во многом связан требованиями системы. Однако если обучение почти не учитывает склонности и будущую траекторию ребёнка, возникает разрыв между объёмом обязательных знаний и их последующей практической ценностью. Можно сколько угодно говорить о «гармонично развитой личности», но общество в конечном счёте выше ценит то, что даёт ощутимый результат. И этот вопрос тоже нельзя исключать из разговора о зарплате учителя.
«Мы придумали делить детей на два сорта»: директор тамбовского лицея и заслуженный учитель — о культе олимпиад
Евгения СамотохинаТо что отрицательные оценки нужны — я согласна, но здесь должен быть ряд факторов: 1) как по мне текущая система оценки (пятибалльная, а по факту четырехбальная) — не то чтобы объективная. Особенно чувствуется на объемных заданиях в старших классах, когда в тексте на 2 страницы допустил 2-3 ошибки и пооучаешь тройку. Как по мне система должна иметь разбивку хотя бы в 10 баллов. 2) Часто каждый учитель сам определяет как оценивать ученика. Если с точными науками и каким-нибудь диктантом ещё более-менее понятно, то с более творческими заданиями, пересказами вообще непонятно — у одного учителя ты получаешь 5 у другого за пересказ того же качества — 3.
«Двойка должна жить». Учитель — о том, почему плохие оценки нужны детям





