Когда обращаться к нейропсихологу: эмоции, речь и не только

Сейчас, если ребёнок плохо говорит, можно найти тысячу специалистов, которые готовы помочь. Наш блогер Наталия Романова-Африкантова рассказывает о развитии речи у детей с точки зрения нейропсихологии и о случаях, когда стоит обращаться за помощью именно к нейропсихологу.
Нейропсихология — это научная область на стыке психологии и физиологии, которая изучает, какие зоны и процессы в головном мозге обеспечивают когнитивные (иногда их называют познавательными) функции: восприятие (или гнозис), мышление, память, внимание, праксис, речь, а также эмоции.
На самом деле эти сложные процессы, подобно тому как дом сложен из кирпичей, состоят из более простых функций. Нейропсихологи диагностируют состояние каждого из таких кирпичиков и предлагают варианты нейрокоррекции, которая позволяет улучшить дефицитарные (это почти то же самое, что дефицитные, но звучит умнее) функции и укрепить «слабые» места, чтобы дом не шатался, а ребёнок разговаривал и успешно учился.
Разберём речь и её функциональные кирпичики:
1. Слуховое внимание — способность в принципе сосредоточиться на звуке и переключиться на нужный прямо сейчас звуковой поток. Функция отключаться от ненужного звукового потока развивается ближе к подростковому возрасту и достигает своего пика после свадьбы — почти шутка.
2. Фонематическое восприятие — способность дифференцировать (то же самое, что различать, но снова выбрала слово понаучнее) отдельные фонемы языка, чтобы иметь возможность отличить слова «мама» — «папа» — «баба» друг от друга. Взрослый человек различает только фонемы родного ему языка — те, которые имеют в нём значения. Именно поэтому, например, мы не слышим разницу между знаменитыми «носовыми» звуками французского языка, а японцы не отличают «с» от «ш».
3. Мышление. Думаю, без лишних комментариев понятно, что это один из важнейших кирпичиков в обсуждаемом доме.
4. Слухоречевую/слуховую память, пожалуй, вместе с мышлением можно считать даже не кирпичом, а фундаментом.
5. Моторное планирование. Чтобы что-то сказать, мы создаём сложную последовательность моторных актов. Мозг отдаёт команду речевому аппарату, чтобы тот знал, в каком положении в каждую следующую секунду будут находиться губы, язык, что будет делать дыхание и так далее.
6. Межполушарные связи. Названия предметов находятся у нас чаще всего в одном полушарии, а зона, которая отвечает непосредственно за говорение, — в другом. Если связь между полушариями нарушена, будут проблемы.
Повреждение любого из таких кирпичиков может приводить к задержкам речевого развития и тяжёлым нарушениям речи. Аналогичным образом из кирпичиков состоят разные школьные навыки: чтение, письмо, способность овладеть арифметикой и так далее.
К нейропсихологу можно и нужно обращаться, если ребёнок:
- не может сосредоточиться;
- не умеет справляться с эмоциями;
- имеет речевые нарушения;
- быстро утомляется;
- гиперактивный или слишком медлительный (всё родителям не так!);
- невнимательный;
- испытывает сложности с освоением школьной программы, с обучением чтению и письму.
Нейропсихолог диагностирует состояние всех кирпичей и предлагает решение существующих проблем, как правило, в двух направлениях:
- как скорректировать дефицитные функции;
- как сделать так, чтобы хорошо развитые функции помогали отстающим выполнять их обязанности. Например, ребёнку с дефицитом слухоречевой памяти, но развитой зрительной могут помочь опорные картинки.
Коррекционная работа может быть очень длительной, а может и весьма короткой, но практически всегда показывает высокую эффективность у детей, у которых при диагностике выявлены нарушения, потому что нейропсихолог чинит кирпичики, и дом почти сразу становится крепче и теплее.
Вы находитесь в разделе «Блоги». Мнение автора может не совпадать с позицией редакции.
Фото: Shutterstock (Ekaterina Karpacheva)
Популярные комментарии
Виктория ИльинаА из-за чего, собственно, сыр-бор? Чем так возмущена родительница? Может, она желает, чтобы её чадо писало в общей тетради на 96 листов, с колечками и Телепузиками на обложке? Вообще-то школьная тетрадь — не модный аксессуар и не предмет для удовлетворения родительских эстетических вкусов. Это учебный инструмент, конструкция которого давно продумана и проверена практикой. Особенно в начальной школе, где имеют значение и разлиновка, и формат, и вес тетради. Разумеется, цвет обложки сам по себе знаний не прибавляет. Но требование единообразия — вовсе не обязательно учительская прихоть. Поражает другое: с какой поразительной лёгкостью некоторые родители превращают любой пустяк в повод для скандала! Это уже какое-то откровенное кверулянтство — непременно оспорить, потребовать, пожаловаться, вмешаться туда, где собственных педагогических познаний явно недостаёт. Невольно вспоминается старинное выражение: «Мясо твоё, мастер, а кости наши». Разумеется, не в буквальном смысле, а как отражение принципа доверия к наставнику. Родители поручали мастеру обучение ребёнка, признавая его профессиональную компетентность. Может, и современным родителям пора вспомнить, что учитель — не обслуживающий персонал, обязанный потакать каждой прихоти, а профессионал, которому следует позволить спокойно делать свою работу? Защищать ребёнка от реальных нарушений необходимо. Но превращать цвет тетради в поле битвы за родительские права — уже откровенный абсурд.
Учитель требует покупать простые зеленые тетради, остальные отказывается проверять. Что это за самоуправство?
Виктория ИльинаРазговор о достойной оплате учительского труда сложнее простой формулы «надо повысить зарплаты». С главным тезисом героя статьи трудно спорить: педагог не должен думать, чем прокормить семью, и быть вынужденным добирать доход репетиторством. Но базовый уровень оплаты должен быть достойным не только в сильном столичном лицее. Хороший учитель одинаково нужен и в Москве, и в районной школе, и в селе. Право ребёнка на качественное образование не должно зависеть от места жительства. А дальше логичны дополнительные стимулы: надбавки за квалификацию, подготовку стобалльников, победителей олимпиад, серьёзные результаты учеников. Тем более статья показывает, какой труд стоит за работой с сильными и мотивированными детьми. Но есть и неудобный вопрос: насколько востребована значительная часть знаний, которые школа по единой программе обязана давать всем? Учитель здесь во многом связан требованиями системы. Однако если обучение почти не учитывает склонности и будущую траекторию ребёнка, возникает разрыв между объёмом обязательных знаний и их последующей практической ценностью. Можно сколько угодно говорить о «гармонично развитой личности», но общество в конечном счёте выше ценит то, что даёт ощутимый результат. И этот вопрос тоже нельзя исключать из разговора о зарплате учителя.
«Мы придумали делить детей на два сорта»: директор тамбовского лицея и заслуженный учитель — о культе олимпиад
Евгения СамотохинаТо что отрицательные оценки нужны — я согласна, но здесь должен быть ряд факторов: 1) как по мне текущая система оценки (пятибалльная, а по факту четырехбальная) — не то чтобы объективная. Особенно чувствуется на объемных заданиях в старших классах, когда в тексте на 2 страницы допустил 2-3 ошибки и пооучаешь тройку. Как по мне система должна иметь разбивку хотя бы в 10 баллов. 2) Часто каждый учитель сам определяет как оценивать ученика. Если с точными науками и каким-нибудь диктантом ещё более-менее понятно, то с более творческими заданиями, пересказами вообще непонятно — у одного учителя ты получаешь 5 у другого за пересказ того же качества — 3.
«Двойка должна жить». Учитель — о том, почему плохие оценки нужны детям




