Как школа обучает детей неуспешности

Как школа обучает детей неуспешности

16 256
19

Как школа обучает детей неуспешности

16 256
19

Абстрактные правила русского языка и непонятные задания проверочных работ дезориентируют школьников и лишают многих из них творческого подхода к сочинениям и изложениям. Наш блогер Мария Межиева рассуждает, почему в современной школе не осталось места для творчества, можно ли его вернуть и почему дети даже в 9-м или 11-м классах испытывают трудности с написанием текстов.

«Мы все учились понемногу чему-нибудь и как-нибудь» — эти слова Пушкина очень подходят к нашей ситуации в образовании. Для того чтобы активно формировать в детях творчество (которое считается довольно непродуктивным без богатого опыта), нужно выстроить фундамент из определенных умений и навыков. На это в начальной школе просто не хватает времени, так как ученики должны очень быстро научиться осмысленно читать и писать. Естественно, они этого не успевают, и поэтому все 9–11 лет мучаются с пониманием текстов или их написанием.

Современные учебники для любого уровня обучения, начиная с начальной школы, «помогают» школьникам утвердиться в собственной неуспешности. Действительно, зачем излагать для ребёнка простым и живым языком? Ведь его нужно приобщать к миру обобщений и абстракции, который начинает формироваться у большинства детей только к 10 годам. Не всякий родитель в состоянии понять содержание некоторых правил русского языка.

Скоро грядёт пора ВПР (Всероссийских проверочных работ), и я вынуждена периодически читать тексты пробных заданий. Скажу честно: в умении завуалировать вопрос нашим составителям нет равных. Когда я работала с учениками 5–7-х классов, я поняла, что там ситуация ещё грустнее.

Плохо читающий ребёнок (а под этим подразумевается не беглость, а осмысленность речи) вообще не в состоянии понять мысль автора. Приходится обращаться за помощью к родителям, чтобы поддерживать знания ребёнка на плаву. Как следствие — опять детская беспомощность.

Для наших детей автоматически закрываются двери многих наук, с которыми им придётся столкнуться: философии, психологии, права и так далее

Мы пытаемся чему-то обучать, делаем красивые надстройки в виде разного рода олимпиад, конкурсов и внеурочек, но всё это лишь мишура без хорошего фундамента.

Я вспоминаю свою первую учительницу Галину Викторовну, которой не лень было рисовать перед уроком очень красивые волшебные «города» разноцветными мелками, в которых жила та или иная буква, сочинять про них обучающие истории. Это было творчеством учителя, который показывал, как надо в будущем жить и творить. Каждый может вспомнить историю про то, как его одноклассники любого года рождения кидались хлебом. У нас это было во втором или третьем классе. Что сделала Галина Викторовна? Она посвятила следующий урок природоведения изучению минералов в игровой форме, а главными действующими лицами были те, кто кидался хлебом в столовой. Эти пятеро мальчишек изображали геологов, которые находили и изучали минералы. Когда урок близился к завершению, учительница сказала, что наши «геологи» очень устали и сели у костра, достали свои вещмешки, а там пусто: хлеба не было, потому что сегодня они позволили себе отнестись к нему неуважительно. Все молчали и всё понимали, но в дневниках не было ни слова.

К сожалению, образовательная функция в школе стала превалирующей, окончательно подавив функцию воспитательную, отсюда и такая агрессия со стороны многих учителей, если ребёнок не вписывается в жёсткий образовательный стандарт.

В 1992 году, когда я была на стажировке в Америке, мы ещё с одной студенткой-психологом попросили показать нам самую типичную школу в штате. Там была классно-урочная система, но какая!

Дети второго класса изучали клей: сначала они сделали с клеем всё, что могли, потом они обсудили, на что же клей всё-таки способен, то есть вывели его функции. Через действия — к пониманию и знанию.

У нас часто наоборот: дают знания, потом ты понял или не понял и в зависимости от этого действуешь. Что после этого говорить о творчестве, которое во многом определяется опытом? Многие якобы исследовательские работы занимают на школьных и других конференциях определённые места только благодаря высокому уровню презентации, но ведь настоящему исследователю эти презентации как раз и неинтересны: он делом занят.

Вы находитесь в разделе «Блоги». Мнение автора может не совпадать с позицией редакции.

Фото: Shutterstock (Oksana Shufrych)

Чтобы сообщить об ошибке, выделите текст и нажмите Ctrl+Enter
К комментариям(19)
Подписаться
Комментарии(19)
Для меня в центре любого учебного процесса находится воспитание. Иначе не будет современных навыков. Школа дает лишь те навыки, которые начинают заменять роботы. И дело не только в техническом оснащении, которое сохранилось от прошлого века. Отсутствуют методики для объединения процессов обучения и воспитания (https://mel.fm/blog/menedzhment-rynochny). Об этом надо уже не говорить, а кричать. Но из уст министерских чиновников слышны лишь слова про сохранение традиций.
А что вы называете воспитанием? Речь, наверное, о формировании и развитии определенных навыков? Но это не воспитание. А от воспитания как определенной социализации, наверное, школе все же стоит отказаться.
Когда учился, то часто школа давала воспитания, чем образования. Знания можно получить из книг, рассказов более опытных или просто наблюдая, но умение их использовать получаешь только практическим опытом. Но сейчас всё отдано на откуп стастике, отчётности и прочей бухгалтерии, но никак не ученикам. Даже там, где ученики оттачивают чисто практические навыки, например на уроках технологии, то в одних школах эти занятия проходили прекрасно — мы с ребятами могли спокойно осваивать станки и заниматься творческим и полезным трудом, так как работали когда был в классе преподаватель, а на случай производственных травм, которых слава небесам у нас ни разу не произошло, всегда была аптечка, огнетушитель (работали с деревом), в кабинете был электрощиток, к тому же перед занятиями — минут 10, не более — преподаватель показывал пример работы, не говоря уже о том, что у нас были работы на школьной территории. В другой школе к этому банально не подпускали, даже старшеклассников, школа долбилась за «технику безопасности». А когда перешёл в лицей, то там уроков технологии вообще не было.
И так постоянно со всеми дисциплиннами — где-то мы не можем позволить опыт в угоду недоступности инвентаря или реактивов (химия), где-то вместо лабораторных работ решают задачки, да простые расчёты (физика), где-то приходится действовать инициативой (информатика, литература), а где-то можно ограничится только чтение учебников и составление простых рефератов (география, история, биология) и только в математике и на уроках русского языка приходится оттачивать приёмы и правила. Особенно большим разочарованием для меня была химия и физика (особенно курс старших классов) — всё было отдано исключительно на самотёк. И мне приходилось забавлять себя чтением энциклопедий, старых содержательных расширенных школьных учебников по химии 9-го класса и физике 11-го класса, а так же книгой «Химия для любознательных» 1979-го года, которая подарила мне весь широкий запас технического опыта и основательно расширила мой кругозор. На ранних курсах университета сюда добавилась книга «Эврика, 86» 1986-го, научно-популярная книга от издательства «Молодая гвардия» об самых ярких и необычных технических достижениях и фундаментальных событиях того времени. От космологии до невероятного полёта мысли тогдашних деятелей конструкторской мысли. Потрясающая книга, значительно расширяющая кругозор на многие вещи в нашем мире.
Показать все комментарии
Больше статей