Кто и зачем убивает детскую литературу

Ваши дети одолели Толкина и Евгению Пастернак и теперь заглядываются на Чехова, Сэлинджера и «что-там-ещё-в-шкафу»? Это прекрасно! Сердечный вам привет и огромное спасибо за ваших детей. Но в большинстве своём школьники книг не читают — считает Лев Пирогов, главный редактор журнала «Лучик».

Если бы читающих детей было много, первым бы на это отреагировал рынок. Однако вот статистическая сводка Книжной палаты — «20 наиболее издаваемых авторов детской литературы в 2018 году».

Из 20 авторов только Джоан Роулинг представляет литературу для школьников старше десяти лет. Всё остальное — для дошколят. Пушкин и Толстой — это тоже в основном сказки и поучительные рассказы, Киплинг — сказки. Носов, Драгунский, Волков — младшая школа. Обратите внимание, как мало в «топе» современных авторов, всего семеро. Отечественных — четверо, и все они без исключения пишут для малышей.

То, что люди покупают больше книг для дошкольников, неудивительно. Удивительно другое — как рынок отреагировал на такую «структуру спроса». Издатели в заботах об оптимизации прибыли всё менее охотно ищут и издают произведения для детей постарше, а писатели просто перестают их писать.

Будучи редактором журнала для предподростков, я постоянно сталкиваюсь с этой проблемой. Предложений много, но на 99% это сказки и стихи.

— Товарищи! — кричу, — Человеку десять лет, он хочет уважительного, взрослого к себе отношения! А вы ему: «Здравствуй, дружок!»

Не понимают, пожимают плечами. «Но вы же детский журнал?». Вот такое представление общества о детской литературе — как о ромашковом гетто, по которому порхают бабочки и скачут зайчики, — и отражено в таблице.

Картина складывается простая. Пока дети маленькие, родители покупают им книги — «чтобы развивались». Когда дети подрастают и отправляются в школу, большинство родителей умывают руки. А школа делает всё, чтобы не развить — а убить тягу ребёнка к чтению.

Во-первых, злополучная «программа». В неё как будто специально втиснуто всё, что способно засушить ребёнку мозги. Вместо событийной литературы — нравоучительная и сентиментальная «классика», вместо приключений — «любование природой», вместо глаголов — прилагательные, вместо современников, чей опыт был бы близок и понятен, — мальчики из городков в табакерке.

Кто сказал, что «Муму» — детский рассказ? Приходится полностью извращать его смысл, чтобы преподать детям якобы содержащиеся в нём «нравственные уроки». Зачем Герасим утопил Муму? Барыня велела? Так ведь не велела! И потом, он же всё равно ушёл — так уходил бы с собакой! Любой сообразительный ребёнок задаётся этими вопросами, а у методички ответов нет. Не будешь же объяснять детям, что барыня сама глубоко несчастна и распространяет несчастье вокруг себя (как это?), а Герасим погубил животинку, чтобы разорвать цепь зависимостей (что это?).

Книги, которые можно с пользой для ума и души прочесть в 30 лет, заручившись в детстве привычкой к чтению, мы «проходим» в 10-12 лет, чтобы на всю жизнь составить о них представление как о невразумительной скуке.

Во-вторых, современная методология образования вообще старается исключить чтение как навык. Что такое ОГЭ, ЕГЭ и все эти контрольные тесты? Это то, что делается пальцем на тачпаде. Выбери вариант ответа — тыц. Образование в «электронной школе» заточено под принцип «ткни — и получи результат». Умение размышлять, переживать, сомневаться, решать открытые задачи (то есть такие, у которых много решений и больше одного правильного ответа, — жизнь в основном состоит из них) в «электронной школе» не нужно.

Нужно оправдывать применение электронных средств обучения. Ещё бы — электронная доска стоит полмиллиона рублей (во всяком случае, на бумаге), это же какие открываются перспективы! Для освоения бюджетов.

Кстати, о деньгах. Его Величество Рынок при полном или почти полном невмешательстве государства постановил: книжка с картинками должна стоить от 250 рублей. Даже если в ней всего десяток страниц. Давайте посчитаем: десять страниц минус картинки — это примерно десять минут чтения.

Если читать ребёнку хотя бы по полчаса в день, получается 22 500 рублей в месяц. Дороговатое удовольствие! Для кого оно?

Впрочем, как-то выкручиваемся, есть библиотеки и букинисты, в конце концов. А вот «цифровой тоталитаризм», когда человек превращается в алгоритм, в прозрачный для учёта и контроля «аккаунт», для интеллектуальной культуры губителен. Зачем он навязывается? Чтобы заложить основу для социальной сегрегации. Экономика нуждается в людских ресурсах, которые можно эксплуатировать. Если колониальная эпоха закончилась, значит, нужно вырастить своих «дикарей».

Может быть, это и правильная политика, не мне судить. Может, нас всех и правда ожидает то, что футурологи называют «первичным упрощением» — тотальный дефицит ресурсов, цивилизационный кризис и «назад в пещеры». Вот социальные стратеги и поджигают траву навстречу пожару, заранее формируя те «социальные низы», за счёт безмыслия и бесправия которых будет выживать будущая «элита».

Всё может быть. Но как там в песне поётся: «Пусть впереди большие перемены, я это никогда не полюблю». Поэтому занимаюсь детской литературой. Поэтому мы делаем журнал «Лучик». Если вам сколько-нибудь созвучны мои мысли, обратите на него внимание. Вдруг нам по пути?