«Заклятия, чтобы изгнать демона». Почему обезболивать роды начали только в середине XX века и что было до этого
«Заклятия, чтобы изгнать демона». Почему обезболивать роды начали только в середине XX века и что было до этого
«Заклятия, чтобы изгнать демона». Почему обезболивать роды начали только в середине XX века и что было до этого

«Заклятия, чтобы изгнать демона». Почему обезболивать роды начали только в середине XX века и что было до этого

Людмила Чиркова

2

04.04.2023

Ряд женщин сейчас отказываются от обезболивания в родах, предпочитая не вмешиваться в естественные процессы. Но это потому, что у них есть такой выбор. А ведь еще совсем недавно его не было: массово применять знакомую всем эпидуралку начали чуть более 50 лет назад. Мы решили погрузиться в историю и узнать, кому мы обязаны тем, что теперь каждая женщина имеет право не рожать в муках.

Люди испокон веков задумывались о том, как облегчить процесс родов. Они привлекали шаманов, окуривавших женщин травами и читающих заклинания, в Древнем Египте и Китае в дело пускали гипноз, а в ряде культур роженицам прокалывали нос и уши, вдевая в них серьги и другие талисманы, и выкрикивали заклятия, призванные изгнать демона боли. В целом все это, конечно, не имело доказанной эффективности, но действовало как отвлекающий фактор — и отчасти цель была достигнута. А потом наука сделала большой шаг… назад.

«В муках будешь рожать детей своих»

С приходом христианства все поиски лекарства от боли, которые вели древние доктора, были забыты. Боль стала восприниматься как нечто очищающее, а уж родовая боль тем более. В качестве аргумента в какой-то момент стала приводиться известная цитата из Библии, стих 16-й, «Проклятие Евы»: «В муках рожать будешь детей своих».

Но не так давно выяснилось: речь в первоисточнике на самом деле шла вовсе не о боли. Английский перевод текста делался по заказу короля Якова I, взошедшего на престол в 1603 году. В первую очередь королю нужен был перевод, который бы не подвергал сомнению священное право монархов на трон. Переводы Писания, которые были до этого, нещадно сжигались вместе с их авторами, объявленными еретиками, как это произошло, например, с создателем «Народной Библии» Уильямом Тиндейлом.

Франсиско де Сурбаран. Рождество Богородицы. 1627 год

Над переводом для Якова I трудились 54 специалиста по Слову Божьему, и к 1611 году Библия была готова. Вот только переводчики допустили ряд оплошностей, в том числе в части, которая касалась родов. Выяснилось это не так давно, когда исследовали первоисточники — еврейские и греческие манускрипты.

Оказалось, что тот самый стих, когда Господь говорит Еве: «Умножая, умножу скорбь твою в беременности твоей, в болезни будешь ты рожать детей своих», в еврейском первоисточнике звучит иначе. Еврейское слово etzev не переводилось как «боль» или «болезнь». Это скорее «труд», «работа», «усилие». Но английское слово labour, которое означает и «труд», и «роды», в трактовке специалистов по Слову Божьему в XVII веке стало внезапно нести тот же смысл, что «муки».

Как бы то ни было, в Средние века медицина скатилась обратно к уровню легенд и суеверий, а попытки лечить боль в родах сурово карались церковью. Более того, все труды античных лекарей, включая Сорануса из Эфеса, автора первого трактата по акушерству и женским болезням, были либо сожжены, либо надежно спрятаны в монастырях. Так что наука в этом направлении не двигалась.

Максимум, что делали средневековые лекари, — это опаивали рожениц настойками трав и экстрактов из мандрагоры, опийного мака и конопли, рискуя при этом не только жизнью женщин, но и своей собственной карьерой.

Девочка по имени Анестезия

Первые исследования в области обезболивания родов начались лишь в XIX веке. Причем по обе стороны Атлантического океана примерно в одно и то же время. Так, 19 января 1847 года знаменитый шотландский хирург и акушер из Эдинбурга сэр Джеймс Янг Симпсон впервые задокументировал проведение родов под эфирным наркозом, а тремя месяцами ранее то же самое в американском Массачусетсе сделал Уильям Томас Грин Мортон.

Уильям Томас Грин Мортон проводит первый наркоз. 1846 год. Фото: Southworth & Hawes / Wikimedia Commons / Public domain

Меньше чем через год, в ноябре 1847 года, Симпсон впервые использовал для обезболивания родов хлороформ. В своих записях он подробно рассказывал, как женщина мучилась в родах трое суток, а затем «она родила через 25 минут после начала ингаляции». Особенно примечательным был тот факт, что роженица уснула, а когда проснулась, «было трудно убедить мать, что она сама родила живого ребенка».

Второй опыт обезболивания хлороформом Симпсон провел у жены своего коллеги: девочку окрестили Anaesthesia, а потом ее имя получил и сам метод.

Открытие Симпсона вызвало шквал критики. Церковь называла его посланцем дьявола, а он отнекивался, апеллируя к Библии и произнося: «Только Господь без греха». Он даже называл Бога первым анестезиологом: в конце концов, Господь же усыпил Адама, когда создавал Еву из ребра его.

Сэр Джеймс Янг Симпсон. Фото: John Moffat / Wikimedia Commons / Public domain

Но и медицинское сообщество было настроено скептически. Врачи и акушеры требовали больше данных, их интересовало, как влияют летучие вещества на состояние организма матери и новорожденного, как меняется процесс родов. У Симпсона не было ответов. Он не рассчитывал дозу анестетика, не оценивал сократительную деятельность матки и состояние новорожденного. Открытие осталось недооцененным.

«Королева осталась очень довольна процедурой»

В истории анестезии есть миф, что популяризацией обезболивания родов все обязаны королеве Виктории, которая рожала своего восьмого ребенка — принца Леопольда — под наркозом хлороформом. В английском медицинском журнале Lancet даже вышла научная статья с упоминанием того, что «королева осталась очень довольна процедурой».

Однако дело, конечно же, не в королеве. Роды у нее принимал первый профессиональный анестезиолог Джон Сноу, который к 1853 году, когда рожала Виктория, уже накопил достаточный опыт по анестезии в акушерстве.

Анестезиолог Джон Сноу. Фото: Wikimedia Commons / Public domain

Он успешно провел 28 эпизодов обезболивания в родах, экспериментировал с дозой анестетика таким образом, чтобы роженица оставалась в сознании, создал специальный испаритель, а не использовал носовой платок с анестетиком, как некогда Симпсон. Более того, он рассчитал оптимальную дозу хлороформа и знал, какая дозировка может привести к летальному исходу.

Сноу активно публиковал все собранные им данные, неоднократно выступал с трибуны Вестминстерского медицинского общества. И в 1855 году стал его президентом.

Ингалятор хлороформа. Изобретение Джона Сноу. Фото: The Granger Collection / ТАСС

Медицинская общественность была удовлетворена, дело оставалось за обществом. А женщины по-прежнему были готовы терпеть боль ради благочестия и считали вмешательство в роды неприличным.

Суфражистки против боли

Огромную роль в пропаганде обезболивания родов сыграли суфражистки. Они были уверены, что достичь своих политических целей без хорошего здоровья попросту невозможно. А многократные беременности и болезненные роды здоровья так уж точно не добавляют. Так что и американские, и английские феминистки обязательным пунктом своей программы включили обезболивание в родах и акушерскую помощь. И прогрессивные акушеры-гинекологи им в этом помогали.

Так, Джозеф Боливар настаивал на том, чтобы отказаться от многовековой традиции выжидать в родах, и предлагал стимулировать родовую деятельность, использовать щипцы и эпизиотомию — хирургическое рассечение промежности. О рисках, которые несут эти процедуры, врачи узнают намного позже, но по тем временам эти тактики ведения родов были более сохранными для женщин и детей, нежели выжидательная позиция.

Как бы то ни было, под влиянием врачей-акушеров и суфражисток начали практиковаться роды в госпиталях под присмотром врачей и на дому в присутствии акушерки.

«Сумеречный сон»

Свою веху в историю обезболивания в родах внес и российский врач Станислав Кликович. Еще в 1880 году он провел обезболивание родов закисью азота в акушерской клинике профессора К. Ф. Славянского, но, к сожалению, этот метод не получил должного распространения. В России попросту не было аппаратуры для газового наркоза, да и закись азота не вырабатывалась.

Но практически сразу после появились две альтернативы этому методу. Первая — «сумеречный сон», предшественник лечебного акушерского сна, который и по сей день нередко используется в нашей практике. Вторая — спинномозговая анальгезия.

В 1900 году 8 июня швейцарский акушер-гинеколог Оскар Крайс провел первое обезболивание родов с помощью интратекального (люмбальная пункция) введения кокаина, а спустя месяц сообщил уже о шести успешных случаях проведения спинномозговой анальгезии. Но он отмечал, что роженицы плохо тужились во втором периоде родов, а потому медицинская общественность была против такого метода. Считалось, что при подавлении боли угнетаются нервные центры, контролирующие процесс родов. То, что механизм тут совершенно иной, выяснят лишь несколько десятилетий спустя, когда откроют гормоны и узнают, что именно они влияют на родоразрешение.

Врачи искали и другие способы обезболивания и только в первой половине XX века придумали целый ряд методов местной анестезии: пудендальная, цервикальная, каудальная и эпидуральная блокада.

Военный врач и эпидуралка

Первое научное сообщение об эпидуральной анестезии опубликовал в 1921 году испанский военный хирург Фидель Пажес. Он назвал этот вид обезболивания «метамерическая анестезия», но, к сожалению, в 1923 году погиб в автокатастрофе. Статья не была переведена на другие языки, и об эпидуральной анестезии забыли на десяток лет.

В 1931 году Юджин Аборель сообщал о случае обезболивания родов методом эпидуральной анальгезии с применением шелкового мочеточникового катетера, но и его изобретение, позволявшее осуществлять длительную эпидуральную блокаду, было забыто.

И лишь в 1933 году итальянский хирург Дольотти вернулся к этой идее и детально описал анатомию и физиологию эпидурального пространства. Но широкого распространения этот метод не получил. Использование анестетиков мешало женщинам тужиться, это в свою очередь мешало наложению щипцов, а именно такая активная тактика ведения родов была тогда в ходу.

Инъекция эпидуральной анестезии в современном родильном отделении. Фото: Iryna Inshyna / Shutterstock / Fotodom

Плюс к этому в 30–40-е годы XX столетия акушерство снова стало возвращаться к методу «естественных родов». Врачи переживали, что обезболивание вредит матери и ребенку, а физиологи рассуждали о том, что боль в родах важна для возникновения связи между ними. Антропологи это поддерживали, а историки, социологи и философы вторили им, настаивая, что боль, по аналогии с опасностью, укрепляет связь.

Вирджиния Апгар и папа римский

Поворотным моментом в истории обезболивания в родах можно считать разработку доктором Вирджинией Апгар системы оценки состояния новорожденного в первые минуты жизни. Это пять показателей (цвет кожи, пульс, рефлексы, мышечный тонус, характер дыхания), десятибалльная шкала и разработка протоколов ведения детей в зависимости от их статуса по этой шкале. В 1952 году Вирджиния Апгар представила свою шкалу на ежегодном конгрессе анестезиологов, и с этого момента врачи получили карт-бланш. У них был инструмент, позволявший оценивать влияние той или иной анестезии на состояние ребенка.

Новорожденного ребенка обследуют в родильном зале. Фото: Vivid Pixels / Shutterstock / Fotodom

И, наконец, сам папа римский Пий XII разрешил католичкам обезболивание в родах. В 1956 и 1957 году он высказался о том, что женщины вовсе не обязаны терпеть родовую боль, а на известный всем аргумент «в муках рожать будешь ты» ответил: «Человек имеет право воздействовать на силы природы и использовать все преимущества, которые он знает, для того, чтобы избежать физической боли или подавить ее. Врач действует в соответствии с волей Создателя, который поручил земные дела человеку».

С того момента отказ от анестезии в родах уступил место сотрудничеству роженицы и врача

С 60-х годов эпидуральная анестезия стала набирать обороты. Она постепенно эволюционировала, появлялись ее различные модификации, комбинированная спинально-эпидуральная и спинальная анестезия. Прорывом стало появление анестезии, позволившей достичь «подвижности» в родах, когда роженица может передвигаться после пункции. Новые препараты для анестезии и новые виды принадлежностей для пункции продолжают разрабатываться до сих пор.

Мама с новорожденным ребенком. Фото: Natalia Deriabina / Shutterstock / Fotodom

А в обществе по-прежнему, как и во времена открытия хлороформа, продолжают спорить те, кто ратует исключительно за естественные роды без анестезии, и те, кто считает, что каждая женщина имеет право на отказ от боли.

Фото на обложке: Abraham Bosse, Jean Leblond / Wikimedia Commons / CC0 1.0

Комментарии(2)
о, как же мне запудрили мозг все эти мамские форумы, блоги и прочая дичь, где кричалось о том, что обезболивание в родах — кошмар и не считается, что ты рожала сама. а я была молода+беременный кретинизм.
отказалась от эпидуралки, но когда через час у меня пошла рвота во время схвток и отрубон в промежутках (плюс всё это в ночь) я таки поменяла своё решение, к счастю было ещё время.
поэтому если ещё раз войду в эту реку, то первое, что буду требовать — эпидуралку))
Кто ратует за отказ от анестезии — пусть сами и рожают без неё.
Больше статей