Оптимизация бюджета или право на образование? Московскую школу № 518 могут объединить с коррекционным колледжем

В начале декабря в инклюзивной московской школе № 518 разгорелся скандал. Новый директор школы Мария Прочухаева выступила с инициативой о слиянии с коррекционным Колледжем малого бизнеса № 4. Некоторым родителям эта новость не понравилась, и они начали сбор подписей против объединения.

Сейчас в школе № 518 учатся вместе как нормотипичные дети, так и с ограниченными возможностями здоровья. Среди них есть ученики с нарушениями опорно-двигательного аппарата и центральной нервной системы и небольшое количество детей с расстройствами аутистического спектра. В образовательное учреждение, с которым планируется объединить школу, входят два специализированных детских сада, две коррекционных школы и три профучилища. В Колледже малого бизнеса № 4 обучают в том числе детей с глубокой умственной отсталостью.

Авторы петиции описывают ситуацию как «рейдерский захват». Родители пишут, что Прочухаева распустила управляющий совет школы, а за время её работы школа опустилась в рейтинге, из неё уволились многие педагоги. Родители начали переводить детей в другие школы. Петицию подписали более 3700 человек. Другая инициативная группа родителей написала ответную петицию, в которой призывает «дать детям право на образование». Эта петиция собрала больше 4200 подписей.

У Марии Прочухаевой есть большой опыт в области инклюзивного образования. Она работала в комбинированном детском саду № 1465, руководила детским садом № 288. Журналист Дмитрий Ткачёв, у которого сын ходит в школу № 518, рассказал у себя в фейсбуке, что его ребёнку очень нравится там учиться. А инклюзивный сад, которым руководила Прочухаева, постоянно показывали иностранным делегациям.

Как написал Ткачёв, противники объединения пишут в городские инстанции жалобы на директора и пытаются согласовать митинг с требованием её увольнения. «Мы привыкли к историям, в которых душителем всего живого выступает государство, но нет, в нашем случае на сцену выходит само гражданское общество — чудеса горизонтальной самоорганизации проявляют родители, глубоко оскорбленные допущением, что их ненаглядные вундеркинды могут дышать одним воздухом с инвалидами, даунами, неполноценными, дебилами, умственно отсталыми, дураками», — написал он.

UPD. Вечером 15 декабря Дмитрий Ткачёв удалил свой пост. Он написал, что родители встретились и наконец обсудили ситуацию.

Среди противников слияния — Полина Либенсон. Её сын учится в девятом классе школы № 518. «Мальчик у меня колясочник с сохранным интеллектом, в инклюзивный процесс был включен с первого класса. Это единый коллектив: все дружат, социализируются, помогают друг другу», — сказала она в интервью «Открытой России».

При этом Либенсон говорит, что вместе со своими единомышленниками выступает против слияния, а не детей. Никто не объяснил родителям плюсы и минусы объединения, как это повлияет на уровень обучения и не получится ли так, что специалисты, которые сейчас работают в школе, не будут справляться с детьми: «Я не против директора Марии Михайловны, я за то, чтобы в школе дети получали образование, а не уход и присмотр».

Либенсон считает, что объединение с колледжем может помешать её сыну поступить на факультет психологии: «Ребёнок не пишет, у нас проблемы с моторикой, он передвигается на коляске и плохо говорит, при этом он очень много трудится и нашёл себя. Но я понимаю, что если он придет поступать с надписью „Колледж малого бизнеса № 4“, ему придется доказывать, что он не из 80% умственно отсталых детей, когда он и без того всю жизнь доказывает свои способности».

Как рассказала оргсекретарь межрегионального профсоюза работников образования «Учитель» Ольга Мирясова, московские школы объединяют с 2011 года. Так департамент образования города собирает образовательные учреждения в комплексы для упрощения управляемости и оптимизации городского бюджета по бизнес-моделям.

По закону все школы обязаны принимать детей с ограниченными возможностями, но не везде есть необходимые ресурсы и уровень подготовки учителей. «Новые трудовые стандарты для учителей предполагают умение работать с любыми детьми и в том числе с ОВЗ. Это утопия и преступление по отношению и к детям, и к учителям, не все из которых имеют дефектологическое образование», — считает Мирясова.

Если раньше в Москве было несколько сотен школ, то сейчас уже около ста. Остальные стали учебными центрами, и отстоять независимость смогли всего несколько школ.