Политинформация, расхламление и онлайн-уроки для младенца. Правила жизни в изоляции биолога Ильи Колмановского

Биолог, кандидат наук, автор научно-популярных проектов (новейший из них — подкаст «Голый землекоп») Илья Колмановский в изоляции много работает, но при этом находит время на детей. Их у него шестеро — от полутора до семнадцати лет. Мы поговорили с Ильёй о том, какие зум-активности есть у младенца, чем, кроме гаджетов, занимаются старшие и с кем из детей общение перешло в онлайн.

1. После недель изоляции в квартире мы приехали на дачу и изумились небу, птицам, лесу. Это было чувство свободы, простора. В обычной жизни воспринимаешь подобные вещи как нечто само собой разумеющееся, а в нынешних условиях начинаешь ценить… Вообще, мы сидим дома примерно с середины марта: всё это время провели в квартире. В каком составе — сложный вопрос, потому что у нас такая семья, наборы детей от разных браков. Но между всеми есть мостик: эта цепочечная система состоит в общем из трех семей, между которыми дети туда-сюда циркулируют. В максимальном составе у нас с женой шестеро детей: 1,5 года, 7, 10, 12, 13 и 17 лет. Но из-за изоляции двое средних (10 и 12 лет) сейчас в основном живут со своей мамой.

2. Наш ритм жизни в изоляции крутится вокруг зумов, у детей их очень много. Так много, что времени для каких-то домашних активностей остаётся намного меньше, чем мы с женой предполагали. А вообще с рутинными, режимными вещами всё стало даже проще: вечером спокойнее происходит укладка детей спать, а утром они как-то естественнее встают, потому что высыпаются. Ещё есть такой нюанс: раньше детей было очень трудно покормить завтраком сразу после подъёма в 7 утра. А теперь они сами встают в полдевятого и где-то через час-полтора уже настроены плотно позавтракать. Так жить оказалось гораздо проще и удобнее: детей приходится намного меньше напрягать, торопить, куда-то подгонять.

3. У самых младших членов семьи почти нет онлайн-активностей, но много других продуманных занятий. У полуторогодовалой девочки, например, один зум в неделю — это уроки музыки, на которые она раньше ходила. У семилетнего человека тоже есть пара онлайн-занятий, но больше просто домашних дел. Последние в какой-то момент придумала для детей жена. Например, есть уроки NCHID (No Clue How It's Done), на которых дети учатся делать вещи, которые они раньше делать не умели. Гладить, стирать, мыть посуду, определять время по циферблату, плести косички — всё что угодно. Есть еще урок AMA (Activity Mom Approves) — это когда дети выбирают себе какое-нибудь интересное, не связанное с гаджетами дело и посвящают ему полчаса. Есть LGROIT (Let's Get Rid of It) — выкидывать все лишнее. А ещё у нас есть утренняя политинформация, во время которой я рассказываю детям интересные новости со всего мира, чаще о науке, мы все вместе это обсуждаем. Конечно, мне поручено вести еще и научные занятия: несколько раз в неделю мы проводим какие-нибудь интересные эксперименты, на которые раньше не было времени.

4. Обычно мы не разрешаем детям говорить дома по-английски, но сейчас дали послабление — нет сил бороться. Дело в том, что дети моей жены (их трое) — билингвы, английский их родной язык. Мои старшие тоже к ним подтягиваются, по крайней мере запрет на английский распространяется в обычное время и на Дину (ей почти 12). Дома мы все говорим на русском языке, следим, чтобы дети не теряли этот навык. Правда, если мне нужно объяснить старшим что-то про науку, я всё же перехожу на английский, особенно если не слышит жена.

5. Единственное неудобство сейчас в том, что я оказался отрезанным от моих двух детей от прошлого брака. Раньше я каждое утро завтракал с ними в машине, мог заехать и отвезти в школу, они по несколько раз в неделю оставались у нас ночевать. Сейчас всё это сильно сократилось — хотя осталась ночевка в конце недели. Но и тут спасает зум: мы там постоянно общаемся, я регулярно читаю детям вслух, — в общем, продолжаем быть на связи.

6. Несмотря на то что мы сидим дома, деление на рабочие дни и выходные у нас осталось. В основном это связано со школьными занятиями с детьми: в будни у нас много онлайн-активностей, а в выходные их нет, это другая какая-то жизнь. Плюс в выходные мы всё же иногда выходим на улицу, у нас есть огороженный двор прямо внутри дома, там можно постучать мячиком об асфальт, подышать воздухом. Приёмы пищи в выходные у нас тоже более основательные. Это обычно какие-то длинные и сложносоставные завтраки, для которых мы много и с удовольствием готовим, а потом, никуда не торопясь, долго едим и общаемся.

7. Не гулять с детьми чертовски вредно с самых разных сторон. Начиная с гигиены зрения: многие исследования показывают, что для правильного формирования соединительных тканей глаза детям крайне важно проводить время на открытом воздухе. Это важный предиктор близорукости, дальнозоркости. Если же дети не гуляют, то совершенно необходимо хотя бы много двигаться. Это проблема, и у неё пока нет хорошего решения. По крайней мере, у нас.

8. Вести онлайн-уроки как учителю мне ужасно нравится. В них, конечно, есть все плюсы и минусы заочности. Например, когда на очных лекциях я взаимодействую с залом, то все время отслеживаю реакции, общаюсь и контактирую. А в зуме я вообще не вижу реакции. В этом есть некоторый плюс — он в том, что я меньше по этому поводу беспокоюсь, более уравновешен. Это не такая живая работа, не такое живое взаимодействие, в чём-то это даже спокойнее. Плюс, понимая, что это интернет, я пользуюсь его преимуществами, то есть по максимуму использую всякую интерактивность. В первую очередь в реальном времени отвечаю на вопросы, которые поступают в чат. Это моя самая любимая часть: я начинаю быстро шерить экран, мы что-нибудь гуглим, что-нибудь ищем, между участниками урока завязываются очень интересные дискуссии.

9. На онлайн-уроках я пытаюсь по максимуму сохранить ту драматургию, которая есть на живых лекциях. Обычно ведь шоу или лекция устроены по неким законам, в них сменяются сегменты, есть теоретическая и практическая части, интерактив с залом. Во время онлайн-уроков я стараюсь не отступать от этих правил. Например, я стал читать отрывки из каких-то трогательных, смешных, весёлых книг про науку, чтобы побудить ребят потом изучить их самостоятельно. Читаю, скажем, отрывок из книги Даррелла «Путь кенгурёнка», потом — какую-нибудь мини-лекцию на эту же тему, далее рассказываю научную новость о том, как рождаются кенгуру, провожу эксперимент про рождение пузырьков колы на поверхности «Ментоса» и так далее.

10. Такое приключение, как изоляция, ставит тебя лицом к лицу с трудностями и заставляет найти решение прямо сейчас. В обычной жизни ты можешь всё время нажимать одну и ту же педаль, у тебя всё время будет перегорать одна и та же система, но ты будешь худо-бедно двигаться дальше. Но когда ты оказываешься в условной подводной лодке, с одними и теми же людьми, ты уже не можешь постоянно ошибаться. Ты должен будешь найти решение. С другой стороны, я думаю, что какие-то вещи в этих новых обстоятельствах утрясаются сами собой, многое ты понимаешь на ходу. Я сам не могу сказать, что сильно устал от самой ситуации. Вообще-то это очень счастливые дни и недели, мы с семьей всё время вместе и очень этим дорожим. А с женой даже успеваем друг по другу соскучиться, потому что оба сильно заняты в течение дня и вдвоём проводим мало времени. В чем-то вся эта история — возможность пожить какой-то тихой семейной жизнью без сильного вмешательства темпа большого города.