Студенты ехали на митинг, но исчезли навсегда: самое громкое и загадочное похищение людей в Мексике

Студенты педагогического колледжа из мексиканского города Айоцинапа известны своей активной гражданской позицией и участием в политических акциях. Они регулярно выступают против бессмысленных образовательных реформ и дискриминации при приеме учителей на работу. Осенью 2014 года активисты колледжа в очередной раз поехали на митинг. И до сих пор не вернулись домой.
Похищение
26 сентября 2014 года в педагогическом колледже Айоцинапы был первый учебный день. Студенты, в том числе и первокурсники, договорились вместе поехать в Мехико на ежегодное шествие, посвященное «Ночи Тлателолько».
Этот митинг проводят в честь 2 октября 1968 года — дня, когда вооруженные силы расстреляли мирных демонстрантов. С тех пор люди каждый год выходят на площадь, чтобы почтить память погибших и потребовать справедливого расследования.
Проблема была в том, что на всех желающих поехать в Мехико не хватало автобусов. Так что студенты решили просто угнать их. То, что кажется сейчас невероятным, для них было обычным делом — они угоняли автобусы аккуратно и всегда возвращали их владельцам в целости. Вот типичная инструкция по угону:
- Предупредить менеджера транспортной компании, что автобус похищен вместе с водителем;
- Ни в коем случае не бить водителя и не угрожать ему;
- Вернуть автобус в том же состоянии и без повреждений.
Студенты (их было 43 человека) отправились в соседний город — Игуалу, где угнали пять автобусов. Дальнейшие события кажутся запутанными и странными, но вот что удалось восстановить по рассказам выживших.
По дороге на юг автобусам преградила путь патрульная машина. Студенты пытались вытолкать ее с дороги, но полиция вызвала подкрепление. Послышались выстрелы, один из студентов упал на землю. К нему долго не подпускали машины скорой помощи. Активисты кричали, что они не гангстеры, не наркоторговцы, у них нет никакого оружия. Тем не менее полицейские уложили 25 человек лицом в землю, жестоко избили и увезли в неизвестном направлении.
Остальным сказали: «Мы знаем, кто вы. Убирайтесь, или мы вас убьем»
Тем же вечером из Игуалы выехала юношеская футбольная сборная — ребята возвращались домой после матча. Внезапно по ним открыли огонь. Несколько человек ранили, водителю пробили голову, так что автобус потерял управление. Кто-то услышал, как член вооруженной группы сказал: «Мы облажались, командир, это просто футболисты».
Студенты, которым удалось спастись и избежать ареста, сразу позвонили журналистам: они боялись, что утром полиция скроет следы преступления. Но как только собралась группа репортеров, откуда-то приехали вооруженные люди в черных капюшонах и стали всех хладнокровно расстреливать. Некоторые студенты, пережившие первую перестрелку, в этой, увы, не спаслись.
Раненых отвезли в частный госпиталь, но вместо врачей к пострадавшим вышли солдаты и продолжили избивать студентов прикладами, угрожая им тем, что «они исчезнут навсегда», а потом отпустили. Какое-то время активисты ходили по городу, пытаясь найти пропавших товарищей. Тех не было ни в полицейском участке, ни в тюрьме. Солдаты не врали. Они и правда исчезли.

Расследование
Новость о пропавших студентах быстро разлетелась по Мексике. Появилось несколько версий случившегося. Вот основные.
Официальная версия
По мнению властей, студенты ехали не на ежегодное мирное шествие, а хотели сорвать политическое мероприятие, организованное Марией де лос Анхелес Пинедой — женой мэра города Игуалы. Власти пришли к выводу, что мэр — Хосе Луис Абарку Веласкес — приказал полиции и гангстерам остановить студентов. А сам взял 30-дневный отпуск и исчез вместе с женой и главой городской полиции (позже их всех задержали).
Критики этой теории отмечают, что мэр города не мог давать указания армии или федеральной полиции — а по словам очевидцев, и те и другие участвовали в задержании и похищении. Значит, в деле замешан не только мэр, но и вышестоящие лица?
Сомневаться в официальной версии можно еще и потому, что следствию не разрешили допрашивать местный армейский батальон — не пустили в штаб, не позволили осмотреть оружие.
Через какое-то время под Игуалой и соседней Кокулой нашли ямы с человеческими останками
Правительство ухватилось за эту новость, заявив, что в ямах — пропавшие студенты, с которыми жестоко разобрались гангстеры мэра. Доказательств было недостаточно, но их быстро «нашли» — задержали лидера криминальной группировки «Объединенные воины», допросили предположительных убийц — все они признались, что студентов сожгли и закопали в окрестностях Игуалы и Кокулы.
Свою версию власти назвали «исторической правдой». Разъяренные жители Мексики будут ещё долго припоминать им эту фразу.

Версия независимых экспертов
Происшествие в Игуале потрясло Мексику — по всей стране гремели протесты. Доверие к президенту Энрике Пенья Ньето было подорвано. Так что, когда родители пропавших студентов потребовали организовать независимое расследование, президент согласился. Правительство подписало договор с Межамериканской комиссией по правам человека, и 26 экспертов из разных стран выехали в Мехико.
Первым делом они обратились к судмедэксперту, который специализировался на пожарах. Выяснилось — чтобы сжечь 43 тела на открытом пространстве, потребуется 60 часов (а не 15, как указано в официальных бумагах). К тому же в день предполагаемого сожжения в Игуале шел дождь.
Вторая проверка касалась заключенных под стражу — тех, что признались в убийстве студентов.
Специалисты выяснили, что их показания противоречили друг другу и были даны под пытками
Наконец, эксперты, как и расследователи из Герреро, хотели понять, какую роль в случившимся играла армия. Журналистка Анабель Эрнандес обнаружила, что генеральная прокуратура допрашивала членов армейского батальона, но скрыла информацию от родителей потерпевших. В официальном отчете, составленном после допроса, указано, что штаб действительно отправил на улицы Игуалы нескольких солдат в ту ночь. А власти Игуалы получали анонимные звонки, которые сообщали, что студенты находятся в 27-м пехотном батальоне. Более того, локация мобильных телефонов пропавших совпадала со штабом армии. В том же месте был, к слову, расположен крематорий.

Анабель Эрнандес уверена, что в операции похищения участвовала армия, федеральная полиция, полиция штата, муниципальная полиция, а также Центр расследований и национальной безопасности Мексики. Но какую угрозу для них представляли протестующие студенты?
Изучив десятки документов, журналистка заметила, что в отчетах почти не говорится о том, сколько студентов было в автобусах, кто они, как их зовут, но из раза в раз повторяются номерные знаки и модели автобусов — как будто именно они были пострадавшими. Она подумала: что, если армия и полиция охотилась не за студентами, а за автобусами? Но студенты угоняли их и раньше, это никогда не привлекало столь пристального внимания.
Источник из криминального мира сказал Анабель, что в двух из пяти автобусов была партия героина на два миллиона долларов
Студенты этого, конечно же, не могли знать.
Так появилась версия, что местный наркобарон приказал армии и полиции остановить автобусы любой ценой. А участники операции могли не знать, что их жертвы не гангстеры-похитители, а студенты-первокурсники. Возможно, на месте они растерялись, решили замести следы.

Такая масштабная операция похищения была возможна потому, что оборот наркотиков в штате Герреро имеет экономическое, политическое и военное значение. А наркобароны тесно связаны с властями. И эти связи покрываются на самом высоком уровне. Ну а родителям студентов так и не удалось добиться правды. Соглашение с Межамериканской комиссией по правам человека было расторгнуто, эксперты уехали по домам, студентов, ни живых ни мертвых, не нашли. Протесты продолжаются до сих пор.
Популярные комментарии
Евгения СамотохинаТо что отрицательные оценки нужны — я согласна, но здесь должен быть ряд факторов: 1) как по мне текущая система оценки (пятибалльная, а по факту четырехбальная) — не то чтобы объективная. Особенно чувствуется на объемных заданиях в старших классах, когда в тексте на 2 страницы допустил 2-3 ошибки и пооучаешь тройку. Как по мне система должна иметь разбивку хотя бы в 10 баллов. 2) Часто каждый учитель сам определяет как оценивать ученика. Если с точными науками и каким-нибудь диктантом ещё более-менее понятно, то с более творческими заданиями, пересказами вообще непонятно — у одного учителя ты получаешь 5 у другого за пересказ того же качества — 3.
«Двойка должна жить». Учитель — о том, почему плохие оценки нужны детям
АнастасияДа уж… Уважительное общение не включено в общеобразовательные стандарты и экзаменационные вопросы. Можно иметь аттестат и даже не один диплом, но при этом оставаться полнейшим хамом. Системный кризис.
«Короче, училка, варежку свою закрой». Топ-20 цитат из переписок родителей с учителями, от которых волосы встают дыбом
Виктория ИльинаА может, пора честно посмотреть на проблему не только глазами учителя? Учитель жалуется: слишком много часов, слишком много отчётности, слишком много требований сверху. И с этим трудно спорить. Но есть один неудобный вопрос: а не является ли сама школа частью проблемы, которую она годами создаёт? Попробуйте хотя бы на минуту посмотреть на ситуацию глазами ученика. Этот ребёнок, которого сегодня заставляют заучивать километры информации «для галочки», завтра станет взрослым человеком. Возможно, чиновником, руководителем, тем самым человеком, который будет писать новые стандарты, программы и инструкции для школ. Не удивительно ли, что система воспроизводит сама себя? Главная ошибка многих педагогов — не в любви к знаниям. Знания нужны. Ошибка в другом: в убеждении, что ребёнку обязательно нужно загрузить весь огромный школьный багаж, не задумываясь, что из этого действительно пригодится именно ему. И когда обществу годами пытаются доказать ценность каждого килограмма ненужной информации, неудивительно, что эта работа перестаёт восприниматься как источник реальной пользы. Может быть, выход проще? Не превращать каждый предмет в борьбу за выживание. Не ломать детей и не выгорать самим. Если ребёнку ваш предмет объективно мешает сосредоточиться на тех знаниях, которые нужны ему для будущего, — поставьте законную тройку и дайте ему возможность развиваться дальше. Иногда настоящая педагогика — это не заставить выучить всё. А понять, что именно действительно стоит учить.
«Мы согласились со своим бесправием». Учительница – о том, почему ее коллеги терпят унижения






