«Тебя все игнорируют, а бюрократия хуже нашей». Студентка из Москвы — о магистратуре в Амстердаме

«Тебя все игнорируют, а бюрократия хуже нашей». Студентка из Москвы — о магистратуре в Амстердаме

Анастасия Никушина

26

07.12.2021

Изображение на обложке: предоставлено Екатериной Паршиной

Российские студенты часто недовольны и качеством образования, и организацией учебы в вузах. Но, оказывается, такие проблемы есть и в европейских университетах. Что делать, если тебе не отвечают из учебного офиса, и как однокурсники могут стать спасением, рассказывает Катя Паршина, студентка Университета Амстердама.

Амстердам — столица логики

Летом 2021 года я окончила философский факультет Высшей школы экономики и сразу решила, что получу магистерский диплом в другом месте. Я хотела и дальше заниматься философской и формальной логикой, а изучать их сегодня лучше всего именно в Нидерландах. Здесь есть несколько подобных программ в разных вузах: хороший курс есть не только в Амстердаме, но и, например, в Утрехте. Мне было все равно, в какой именно город поступать, главное — не оставаться в Вышке: там особых перспектив для исследований в моей сфере пока нет.

Я подала заявку в Амстердамский университет. Здесь на двухгодичной программе по логике учатся люди с разным бэкграундом: кто-то, как я, занимался философией, а кто-то, например, программированием. Я понимала, что осваиваться в Европе будет сложно, но ехала с позитивными ожиданиями: страна развитая, значит, административные структуры там наверняка удобные и понятные.

Первым сюрпризом стало то, что на учебу я опоздала: сотрудники посольства Нидерландов не выдавали мне визу и задержали ее так, что я вылетела из России только во второй половине сентября, когда занятия уже начались.

Заселилась с божьей помощью

Мы заранее договорились в WhatsApp с администратором университетского общежития в Амстердаме, что она даст мне адрес, по которому можно забрать ключи от комнаты. Я напомнила ей о себе, но она не отвечала. Тогда я с тяжёлыми чемоданами решила наугад поехать в офис администратора общежития. Прождала час под дверью: офис был закрыт, хотя 16:00 (время, когда в Европе все учреждения закрываются) еще не было. В итоге какой-то мужчина молча отдал мне ключи.

Потом мне сказали, что такое поведение — норма для голландцев. Конечно, я не ждала радушного приема и праздника в мою честь, но ведь это работа сотрудников — сказать, где я должна забрать свой ключ. Мне повезло, что в итоге он был именно там, куда я поехала, а не в другом офисе на противоположном конце города. Передо мной никто не извинился, а женщина-администратор в WhatsApp так и не ответила. Хотя к условиям проживания у меня никаких претензий нет.

Я плачу 550 евро (чуть больше 45 000 рублей) в месяц за небольшую комнату-студию

Это довольно много: в городе почти такое же жильё можно снять за 300–400 евро. Зато общежитие стоит прямо напротив моего учебного корпуса, это очень удобно. Общаги университета рассыпаны по городу. Так что можно сказать, что я плачу за доступность и трачу на комнату деньги, сэкономленные на общественном транспорте.

В общежитии сделан хороший ремонт, комната обставлена удобной мебелью, есть общая прачечная. Я даже могу регулировать температуру воздуха.

Минус только один: если возникает какой-то вопрос, до администрации общежития невозможно достучаться. Даже в момент, когда я пишу этот текст, в чате общаги кто-то на это жалуется.

Три месяца ушло на административные вопросы

Из-за проблем с отъездом я пропустила две недели занятий, одна из которых была ознакомительной, а другая — учебной. Официально я не успела зарегистрироваться ни на один курс, в том числе на обязательные занятия.

Записаться на курс в Амстердамском университете гораздо сложнее, чем в Высшей школе экономики, где это делают через единую, пусть и зависающую, систему, в которой нужно просто поставить галочку. В Амстердамском университете надо зайти на страницу нужного курса, разобраться, какой факультет его организует, написать администратору этого факультета с просьбой о регистрации.

Сперва я даже не понимала, какие курсы от какого факультета: этой информации нигде нет. Знала только, что нужно зарегистрироваться на четыре обязательных курса. У меня получилось сразу записаться на три, а когда я попыталась зарегистрироваться на четвертый, мне ответили, что мест больше нет. И поставили в очередь.

Я спросила, как это вообще возможно — курс же точно должен быть в моем учебном плане, — но из учебного офиса перестали отвечать на мои письма. До сих пор не знаю, почему это произошло. Возможно, мои сообщения попадали в спам.

Потом оказалось, что я аж дважды попала в списки регистрации на курс: видимо, система позволяет это сделать

Получается, зря переживала, но выяснилось это только через месяц. Самостоятельно узнать о том, что я уже записана на курс, я не могла. В моем вузе есть система DataNose, но там можно записаться только на треть всех доступных курсов. Остальную информацию нужно искать самостоятельно.

DataNose показывает мое расписание, сформированное на основе данных о курсах, на которые я сумела зарегистрироваться. На часть курсов я решила зарегистрироваться ближе к дедлайну, но оказалось, что информация подгружается в DataNose в течение пяти дней. Поэтому, когда первые занятия уже должны были начаться, я вообще не знала, когда это произойдет и где мне брать материалы для учебы.

Офис к тому моменту окончательно самоустранился, и я сама разбиралась и с регистрацией, и с видом на жительство, хотя помогать студентам — это, вообще-то, их работа. Там даже есть специальный отдел для студентов из других стран, International Students Office, но и его сотрудники игнорировали мои письма.

Все административные вопросы я решила к ноябрю и сейчас сосредоточилась на успеваемости: она сильно пострадала оттого, что я не успевала заниматься учебой. Но теперь это мои личные проблемы, пусть и возникли они из-за некомпетентных сотрудников.

Как добиться диалога с учебной частью

В учебном офисе мне до сих пор не объяснили, почему меня игнорировали полтора месяца. Я написала гневное письмо академическому руководителю программы: «Здравствуйте, мне не отвечает учебная часть, все меня игнорируют». Удивительно, но на мой крик о помощи внезапно ответила глава учебного офиса — хотя я писала не на ее почту. Она предложила лично подойти к ней и все обсудить.

Правда, адрес учебного офиса она не указала, а на следующие письма уже не отвечала

В это же время один из моих курсов вел академический руководитель нашей программы. Он мимоходом спросил у меня, как идут дела с переездом и визой. Вместо ответа я просто расплакалась. Он был в шоке, предложил созвониться после пары с главой учебного офиса по Zoom. Мы снова договорились встретиться лично.

Учебный офис мне в итоге показал ассистент преподавателя: пересек со мной практически весь город и подвел к заветной двери. Когда я оказалась перед этой девушкой, мне практически нечего было ей сказать: все вопросы, с которыми она могла помочь, я уже решила. А спрашивать в лицо, почему они меня игнорировали, было как-то неловко.

Недавно я сама оказалась в роли проводника: одной девочке с моей программы учебный офис тоже не отвечал неделю. Я помогла ей найти здание, как в свое время помогли мне. Наверное, это какая-то массовая проблема.

Учиться гораздо сложнее

Еще до начала учебы, в августе, учебный офис прислал нам письмо с примерно таким содержанием: «Вы, наверное, привыкли быть лучшими в своих университетах, но сейчас все будет иначе. Вам будет тяжело и сложно». Не соврали.

В бакалавриате в Москве, чтобы получить положительную отметку за семинар, нужно было обязательно говорить. Неважно, насколько ценно высказанное соображение. Главное — произнести его вслух. Две реплики — и можно расслабиться. Мне такая практика совсем не нравилась: семинар в итоге превращался в поток разных мнений. Из таких занятий сложно было вынести что-то полезное.

Тут все устроено по-другому. К каждому занятию студент готовит небольшую, на пару страниц, выдержку из прочитанных к семинару текстов. Главное — уместить все прочитанное в небольшие абзацы, при этом выделив главное. Эту работу оценивают по простой шкале: pass или fail (зачет и незачет. — Прим. ред.).

Можно подумать, что люди, которые уже получили отметку, на семинаре говорить не будут, но это не так

Обсуждение идет, и очень интенсивно, а преподаватель направляет его в нужное русло. Большинство курсов, которые я уже прошла, были выстроены понятно и логично. Профессора и их ассистенты стараются отвечать на все вопросы, не дают идиотских заданий и странных текстов. А так как студенты самостоятельно создают учебные планы, каждый занимается только тем, чем действительно хочет.

Но учиться все равно тяжело, и не я одна это чувствую. Приходится очень много работать по сравнению с тем, что было в российском бакалавриате. Один экзамен из-за всех этих бюрократических проволочек я, кстати, завалила, но собираюсь пересдать его. Надо сказать, что в голландском вузе в подобных случаях нет никаких жестких санкций. Тут не говорят: «Теперь ты платишь за учебу в три раза больше». Я просто пересдам экзамен — если не в этом модуле, то в следующем. А если не смогу, то заново пройду курс. Отсутствие давления — один из самых больших плюсов местной магистратуры.

Главный плюс — мои сокурсники

Все студенты моего курса в основном тоже приехали из других стран: на потоке учатся только трое голландцев. Первые несколько недель в Амстердаме я вообще ни с кем не общалась: мне было страшно с кем-то заговорить. На нашем потоке учится 50 человек, и вряд ли кто-то заметил, что появилась новая девочка. К тому же я приехала позже всех. За это время студенты уже перезнакомились и сформировали компании.

Когда я еще решала бюрократические вопросы и совсем отчаялась, написала грустное и злое сообщение в общую беседу нашего курса. Я спросила, пробовал ли кто-нибудь ходить к университетскому психологу. В итоге несколько человек — даже те, с которыми я никогда не говорила — написали мне в личку: «Эй, ты чего там? Давай сходим кофе попить, погуляем». Так я познакомилась с парой-тройкой людей. Мы общаемся и сейчас.

Я думаю, что мои однокурсники — лучшее, что случилось со мной за время учебы. Они внимательные, чуткие. С ними приятно учиться не только потому, что у нас общие интересы в науке, но и потому, что это просто добрые и симпатичные люди, которые готовы помогать.

Думаю, что именно общение и обсуждение проблем с другими людьми помогло мне справиться со всем, что навалилось в первые месяцы

Кроме того, я дружу со своей соседкой по общежитию Дженни, которая живет двумя этажами ниже; она работает на позиции постдока по физике (исследовательская должность, которую ученый занимает после получения степени PhD. — Прим. ред.). Я много разговаривала с ней, с российскими друзьями. Меня подбадривал папа, которому всегда хотелось, чтобы я училась в европейском университете. Еще меня поддерживал мой партнер, который сейчас тоже поехал учиться в другую страну и хорошо понимает мои чувства.

Ничего особенного для того, чтобы справиться с ситуацией, я в итоге не делала: не медитировала, не ходила к психологу. У меня на это просто не было сил. Вместо специальных практик я просто делала то, что мне нравится: пересматривала любимый сериал, готовила себе вкусную еду, покупала всякие свечки и периодически гуляла по городу. Приятно было выйти на улицу и подумать: «Ого, Амстердам! Я здесь живу!»

Жизнь потихоньку налаживается, я наконец могу больше времени уделять занятиям. Иногда разбираться с домашними заданиями мне помогают однокурсники. Это очень помогает: я не только подтягиваю знания, но и тревожусь меньше. Общаясь с ребятами, я понимаю, что не одна сталкиваюсь с проблемами, и перестаю думать, что я тупая, что не способна нормально учиться.

Я не боюсь возвращаться, но не хочу этого

Даже в самые паршивые времена я не думала об отчислении. Мысль о возвращении в Россию не вызывает у меня реакции вроде «о нет, только не это». Просто в российском обществе очень важно точно знать, на какой позиции ты находишься и что будешь делать дальше: после бакалавриата нужно поступить в магистратуру, потом — в аспирантуру. И страшно выходить из этой цепочки, двигаться по другому пути.

Мне по-настоящему нравится само обучение. Да, в хорошем вузе ужасно устроена административная часть. Допустим, я отчислюсь и поступлю куда-то еще, но вдруг история повторится? И что мне теперь — не заниматься логикой из-за бюрократических сложностей? Это как-то грустно.

Я учусь в Амстердаме всего полгода, но уже думаю, что буду делать, когда окончу магистратуру. Так что я потихоньку строю планы. Мне нравится заниматься наукой, так что планирую получать PhD в другом вузе (ученая степень, присуждаемая в некоторых странах Европы, Казахстане, Азербайджане — Прим. ред.). Я бы хотела поехать в США. Там проще, чем в Европе, получить степень в области философской логики. Финансирование выше, больше исследователей, больше исследовательской свободы.

Примерно треть выпускников амстердамской программы заканчивают обучение после магистратуры и начинают работать в сфере программирования, обработки данных, лингвистики — и хорошо зарабатывают. Но это все-таки не мой путь.

Изображение на обложке: предоставлено Екатериной Паршиной
Комментарии(26)
Я думаю, девушка просто столкнулась с классическим синдромом нового студента — другая страна, правила, вуз, навалилась учеба, это очень тяжело, я сама была в таком же положении. Поэтому через такие грустные очки и начинаешь смотреть на все вокруг. Плюс есть огромная разница в самой системе. Там практически все более самостоятельно. За ручку и правда никто не водит.
Бардак есть везде, но я, все же, думаю, что тут ещё и доля невезения. Голландские универы обычно четкие. Странно, что всего два местных студента на курсе — может, поэтому такое отношение? Что за универ? От этого много зависит. А вообще, она молодец — и все у неё получится. Стадия адаптации — она такая, сложная. Дальше будет весна в Амстердаме и полное счастье :)
Девушка в начале называет вуз — речь идёт о главном университете Амстердама Universiteit van Amsterdam, UvA.
Хорошее преподавание, коллектив, насыщенная интенсивная программа. Плохо организованное административное взаимодействие. Но даже пол насильно менять не заставляют.
Я проходила курс в университете Эразмуса в Нидерландах.
Училась в магистратуре в Эдинбургском университете.
Разница между европейским ВУЗом и российским — там никто не бегает за студентами и не вытирает им сопли. Хочешь учиться — учись. Найти на каком факультете твой курс и записаться, тоже навык. Кстати, а почему нельзя было узнать про то какие курсы и программы и записаться онлайн, пока сидела и ждала визу?
Ну и проблема в том, что опаздала к началу, а возиться с препозднившимися стьюдентами никому не хочется, ведь получение визы — твоя проблема, почему не сделать это заранее?
Елена, героиня объясняет, что разобраться в курсах и программах сложно из-за того, что на сайте нет актуальной информации. К тому же запись открыта только в определённое время и заранее записаться невозможно (даты ведь тоже не присылают). Вы говорите, что никто не бегает за студентами, но ведь не просто так для иностранных студентов открыли офис. Задачи сотрудников — помогать тем, кто не знаком с голландской учебной системой, тем, кто опоздал (не важно, по какой причине). В большинстве вузов есть проблемы с бюрократией, но там также есть кураторы, которые сильно облегчают жизнь. И в Амстердаме они тоже есть, но почему-то даже не могут в чате ответить, не то что помочь с заселением. При этом они получают жалование, что, конечно, вызывает праведный гнев.
Показать все комментарии