«Мама, я хочу быть балериной!». Не так страшен балет, представьте

Наверно, если вы артист балета, то для вас нет ничего удивительного в том, что ваш ребёнок тоже мечтает о сцене и согласен тянуться на три шпагата каждый день. Но если вы просто родитель и вас пугает всё, что связано с балетом, непонятно, стоит ли отдавать туда ребёнка. Своим опытом делится Таисия Попова.

Допустим, вы обычный родитель, знающий про балет только самое страшное. В балете будут тянуть! Три шпагата и спину! Испортят пальцы ног! Порвут связки! Там запрещают есть (только вода и огурцы). Там кричат, унижают. Жестокий отбор, выживут только сильнейшие. Это дорого. Это каждый день.

Список стереотипов бесконечен, все я где-то слышала и читала. Наверное, в интернете. К моменту, когда моя дочь решительно заявила, что хочет заниматься классическим танцем, я была совершенно не готова отдавать её никуда. Ей было четыре года, я отлично помнила, что в её возрасте моим досугом было переворачивать дом вверх дном, слушать, как мама читает книжку, ну и гулять во дворе с утра до ночи под присмотром старшей сестры. Никакого балета. Никаких дополнительных занятий вообще. Играть и бегать. Даёшь счастливое свободное детство!

И тут мне говорят: «Мама! Когда мы пойдём на просмотр в балетную школу?».

Я отговаривала её. Объясняла, что придётся много заниматься. Что там будут другие девочки, отношения с которыми могут не сложиться. Что мне нельзя будет сидеть на уроке и успокоить её в случае… да в каком угодно случае! Мало ли, из-за чего она расстроится и заплачет.

Я даже пустила в ход тяжелую артиллерию: моя дочь сладкоежка, поэтому я была уверена, что правило на запрет сладкого и мучного её отпугнет. Но даже этот аргумент не сработал

«Мама, я хочу танцевать. Пойдём в магазин для танцев. Ты обещала меня отдать в балетную школу. Мама, уже скоро осень, сейчас август, пойдём узнаем, возьмут ли меня в балет».

В конце концов я сдалась и повезла ребёнка на просмотр. Может быть, ей скажут, что она маленькая, с пузиком и не имеет никаких данных. Директор балетной школы вышел к нам, смерил взглядом моего крохотного ребёнка и сказал: «Мама. Сядьте. Вот на ту дальнюю скамейку. Не говорите. Ни слова».

После чего дочь поставили к станку и принялись крутить ей руки и ноги в разные стороны. Она терпеливо и старательно выполнила все первые позиции, плие и скрутки, показала шпагаты, дотянулась пятками до головы, попрыгала и покрутилась. Хлопать на счёт она, правда, не могла.

— Очень хорошая выворотность, — коротко сообщил после просмотра мне директор школы, — годится. Дальше посмотрим.

— Мне можно будет посидеть на первых занятиях в зале? — робко проблеяла я.

— Нет. Нельзя! — сказал сурово директор. — Это — балет.

Напуганная таким началом, я стала водить дочь на занятия с мыслью, что она скоро сама устанет и расхочет. Занятия были по будням вечером, а в субботу начинались в 9 утра.

Через пару месяцев я стала замечать некоторые интересные изменения. Во-первых, ребёнок стал засыпать каждый день уже к 20.30. Утром она открывала глаза и спрашивала, нельзя ли вместо садика сразу пойти на балет.

Во-вторых, плоскостопие и лордоз как-то плавно сошли на нет, появилась красивая осанка и лёгкие шаги. Раньше топот дочери был слышен издалека, даже если она пыталась идти на цыпочках.

В-третьих, мучное и сладкое действительно покинули наш дом. Мне не верилось, что девочка дошкольного возраста всерьёз сможет ради танцев отказаться от конфет по выходным. Но она восприняла это как должное, после того как педагог в классе спокойно сказала ей: «Мне уже сорок пять, и с пяти лет я не ем сладкое. Балеринам лучше его не есть». Вздутый живот и перепады настроения отошли в прошлое, призрак лишнего веса тоже исчез.

Из сложностей: за занятия приходилось платить ощутимые деньги, обувь, купальники и прочую одежду для танцев то и дело надо обновлять. Вставать в субботу по будильнику и вести дочь на занятия к 9.00 было тоже не очень приятно. Зато остаток дня она сама по себе прыгала и крутила свои повороты, а не висела на мне с требованием её развлекать.

Конечно, не обходилось без вечного: «Маааам, посмотри, я делаю плие! Мама, у меня получается арабеск! Ты можешь так поднять ногу? Мама, я очень гибкая, ты видела мой шпагат? Маа-а-аам, ну ты не смотришь!»

Быть мамой маленькой балерины меня никто не заставлял. Педагоги не звонили и не писали мне с требованием заниматься с ребёнком дома и помочь ей потянуть подколенное сухожилие, не призывали меня учить балетные термины и вкладываться в развитие дочери. Кажется, первый год в школе никто даже не знал, как меня зовут. Моей задачей было приводить ребёнка на занятия и забирать вовремя.

Никаких насильственных растяжек и травм, расплакалась дочь один раз за всё время, когда поссорилась с девочкой из группы. Они решали, кто будет заниматься на фиолетовом коврике. В итоге преподаватель молча взяла этот коврик себе, конфликт погас в зародыше.

— Мама, когда я пойду в школу, я же буду ходить на балет? — тревожится дочь.

— А ты готова успевать всё? — осторожничаю я.

— Я научусь, — обещает мой стройный глазастый ребёнок и без напоминания идёт самостоятельно укладывать купальник в собственный рюкзак для балета.

— Какая здоровая девочка, — удивляется педиатр на медосмотре, — чем занимаетесь?

— Балетом, — отвечаю я.

— Ужас! Погубите всё! Ноги! Спину!

— Вы же только что написали ей первую группу здоровья? — улыбаюсь я.