5 новых книг о войне, которые стоит прочитать детям и взрослым

Сразу оговоримся — в эту подборку вошли книги, вышедшие в 2020 и 2021 годах. У нас есть множество подборок — классические книги о войне, книги европейских авторов. О них мы тоже не забываем — ссылки на них будут стоять сразу после этого обзора.
1. Ольга Громова, «Вальхен»
Издательство «КомпасГид»

«Сахарный ребенок», предыдущая книга Громовой, собрал, кажется, все возможные положительные рецензии и премии. Книга была переведена на множество языков, что для российского детлита — безусловный успех. Новая книга, как и история Стеллы Нудольской из «Сахарного ребенка», написана на основе реальной истории девочки из Крыма.
Девочке 13, начинаются каникулы, все прекрасно, но уже совсем скоро 22 июня. Девочка станет одной из тех, кого однажды погрузят в немецкий эшелон и отправят в Германию на принудительные работы. Она была одной из миллионов людей с территории СССР, тех, кого называли «остарбайтерами» (и о ком почти не говорят, когда вспоминают о войне).
Ольга Громова не изменяет себе, она не пишет прямолинейную историю страшной судьбы и несправедливости — среди страха и смерти будут любовь и жизнь, среди тех, кто однозначно должен оказаться врагом, окажутся те, кто помогут.
2. Юлия Линде, «Улица Ручей»
Издательство «Пять четвертей»

Еще одна книга-событие этого года, первый том из трех. Войны в первом томе как таковой не будет — он называется «Накануне». Но будет предвестье войны, история множества судеб: простых советских школьников, которые думают как «извести» учительницу немецкого (явная же контра); немецкого мальчика, мечтающего стать музыкантом и на глазах у которого Гитлер и его сторонники приходят к власти.
Эта книга отвечает на те вопросы, которые обычно оставляют за кадром в разговоре о войне — как вышло, что все немцы приняли Гитлера? Почему обычные люди доносили на соседей?
То есть это по-настоящему историческое произведение в отличной художественной оболочке и вдвойне этим ценное. Книга не просто рассказывает о людях и событиях, она воссоздает время. Добавим, что Юлия, работая над книгой, провела немало времени в российских и немецких архивах — это для тех, кого волнует точность описаний.
3. Юлия Яковлева, «Волчье небо»
Издательство «Самокат»

Это четвертая из «Ленинградских сказок» писательницы, первая из которых, «Дети ворона», вышла еще в 2016 году. И это продолжение истории брата и сестры, Тани и Бобки из Ленинграда, которые уже пережили большой террор, блокаду, разлуку и эвакуацию. Вот война закончилась, все этого так ждали, вот мальчик Бобка возвращается в Ленинград, кажется, наступает мир, но не для него. Потому что вернуться к тому, чего уже нет — не получается. И непонятно, где же Таня, хотя мальчик уверен, что она жива.
Яковлева не документалист, она создает сказочный мир, где реальность плотно переплетается с выдумкой, метафоры говорят больше, чем прямые слова, а фантасмагоричность происходящего иногда поражает взрослого читателя, но не ребенка, для которого такая форма рассказа о «тяжелых страницах прошлого» естественна и, возможно, в чем-то даже более проста для восприятия. Как для героев естественно переживать то, что с ними происходит, именно так.
4. Кристина Кретова, Юлия Брыкова, «Война vs Детство»
Издательство «Питер»

Это графический роман. И в этой книге не будет истории Второй мировой войны. Авторы пишут и рисуют истории детей, которые оказались в центре самых разных современных военных конфликтов, показывая, как дети видят и переживают войну. Самые разные герои и самые разные иллюстрации (их создавали 14 независимых художников из России и Украины).
Ноа из Израиля, Ихмед из Иордании, Зорица из Сербии, Эна из Боснии — дети, которые оказались по ту или иную сторону конфликта, но для всех это было примерно так: «Свои стреляли в своих». Каждую графическую историю сопровождает текстовая — для тех, кто так и не полюбил графический формат.
«И хотя уже сама стала мамой, я не перестала по-детски мечтать о том, что рано или поздно всё же наступит время, когда споры будут разрешаться только мирными способами, а о войнах можно будет узнать только из учебников истории», — пишет Кристина Кретова в предисловии. И эта книга — лучшая прививка от любого милитаризма.
5. Юлия Бийе, «Война Катрин»
Издательство «Самокат»

Французский роман о девочке-подростке и войне. Кто-то, прочитав, скажет, что это и не война вовсе. Здесь нет взрывов, нет крови. Это история еврейской девочки, оставшейся одной на этой войне, которая живет под чужим именем и скитается, чтобы не попасть в руки нацистов. Ее задача — жить. Вернее, так: «Сегодня я должна жить». Дом детей, монастырь, ферма, поля, замок, подземелье. Нужно выжить и пытаться не думать и не вспоминать родителей, не думать, что они могут никогда к тебе не вернуться. Вместе с Катрин все время «роллей» — фотоаппарат, она снимает окружающих ее людей, друзей, аллеи парков, пытается поймать через объектив красоту и счастье. Или надежду на счастье: «Как же мне хочется, чтобы мир был прекрасен, полон чудес и поэзии. Я хочу забыть, что он ненормален»
Война закончится, Катрин вернется в Париж, войдет в квартиру, где она жила с родителями. Там — разгром и грабеж. Она сфотографирует свою куклу в отражении разбитого зеркала. И снова уйдет. А из всех снимков сложится война глазами Катрин.
Популярные комментарии
Евгения СамотохинаТо что отрицательные оценки нужны — я согласна, но здесь должен быть ряд факторов: 1) как по мне текущая система оценки (пятибалльная, а по факту четырехбальная) — не то чтобы объективная. Особенно чувствуется на объемных заданиях в старших классах, когда в тексте на 2 страницы допустил 2-3 ошибки и пооучаешь тройку. Как по мне система должна иметь разбивку хотя бы в 10 баллов. 2) Часто каждый учитель сам определяет как оценивать ученика. Если с точными науками и каким-нибудь диктантом ещё более-менее понятно, то с более творческими заданиями, пересказами вообще непонятно — у одного учителя ты получаешь 5 у другого за пересказ того же качества — 3.
«Двойка должна жить». Учитель — о том, почему плохие оценки нужны детям
Анастасия ПавловнаДа уж… Уважительное общение не включено в общеобразовательные стандарты и экзаменационные вопросы. Можно иметь аттестат и даже не один диплом, но при этом оставаться полнейшим хамом. Системный кризис.
«Короче, училка, варежку свою закрой». Топ-20 цитат из переписок родителей с учителями, от которых волосы встают дыбом
Виктория ИльинаА может, пора честно посмотреть на проблему не только глазами учителя? Учитель жалуется: слишком много часов, слишком много отчётности, слишком много требований сверху. И с этим трудно спорить. Но есть один неудобный вопрос: а не является ли сама школа частью проблемы, которую она годами создаёт? Попробуйте хотя бы на минуту посмотреть на ситуацию глазами ученика. Этот ребёнок, которого сегодня заставляют заучивать километры информации «для галочки», завтра станет взрослым человеком. Возможно, чиновником, руководителем, тем самым человеком, который будет писать новые стандарты, программы и инструкции для школ. Не удивительно ли, что система воспроизводит сама себя? Главная ошибка многих педагогов — не в любви к знаниям. Знания нужны. Ошибка в другом: в убеждении, что ребёнку обязательно нужно загрузить весь огромный школьный багаж, не задумываясь, что из этого действительно пригодится именно ему. И когда обществу годами пытаются доказать ценность каждого килограмма ненужной информации, неудивительно, что эта работа перестаёт восприниматься как источник реальной пользы. Может быть, выход проще? Не превращать каждый предмет в борьбу за выживание. Не ломать детей и не выгорать самим. Если ребёнку ваш предмет объективно мешает сосредоточиться на тех знаниях, которые нужны ему для будущего, — поставьте законную тройку и дайте ему возможность развиваться дальше. Иногда настоящая педагогика — это не заставить выучить всё. А понять, что именно действительно стоит учить.
«Мы согласились со своим бесправием». Учительница – о том, почему ее коллеги терпят унижения









