«Нам не важен цвет диплома и название вуза». Как и чему сегодня надо учить айтишников

Как IT-компании помогают вузам, чего требуют от соискателей и где действительно стоит получать актуальную профессию? Об этом и не только в эфире нашей «Радиошколы» рассказала Дарья Козлова, директор по образованию в Яндексе.
Что такое IT-образование
Сегодня есть много способов прокачаться и получить IT-навыки. Но надо понимать, какие знания тебе нужны. Быстро верстать сайты или получить образование, которое имеет под собой сильный математический фундамент, позволяющий в будущем решать любую новую задачу в области IT? Это совсем разные вещи.
На наши программы, будь то обучение программированию школьников в Яндекс Лицее или совместные программы с вузами, люди приходят за качественным, сложным математическим и IT-образованием. Совместно с вузами мы делаем образовательные программы для студентов — к 2025 году у нас будет уже 20 вузов-партнеров. Помимо этого, мы развиваем сообщество преподавателей IT-дисциплин и учителей информатики, а также проводим различные курсы повышения квалификации.
К преподаванию в вузах на наших партнерских программах мы привлекаем действующих сотрудников компании, и они делятся своим опытом и экспертизой, а главное — актуальными практическими навыками со студентами. Это достаточно энергозатратная модель, но она того стоит: делиться своими знаниями и компетенциями очень здорово, и многие сотрудники поддерживают такую стратегию. В университетах они находят талантливых ребят, зовут их на стажировки, а те потом остаются у нас.
Последние пять-семь лет я и сама веду диалог со студентами. Они приходят и говорят: «Дайте нам актуальные хардовые навыки. Мы хотим программировать двадцать часов в сутки, а остальные четыре спать или играть». Мы как люди, которые одновременно работают и в академической среде, и в индустрии, пытаемся объяснить, что им нужно критическое мышление, soft skills, глубокие знания в области математики, естественных наук. IT-образование имеет очень много трактовок, и ребята должны понимать, как устроен мир. Мы даем опору, с которой можно легко решать любую новую задачу, а потом быть успешным в карьере.
Зачем айтишникам дипломы
Нынешние студенты очень часто спрашивают: «Зачем я получаю этот диплом? Зачем трачу на эту дисциплину так много времени?» Чтобы ответить на эти вопросы, нужно для начала определиться с тем, что такое высшее образование в IT-сфере.
Сегодня есть множество вариантов получения IT-навыков: курсы и школы, программы рескиллинга и стажировок. При этом вузовское образование не перестает быть актуальным, когда мы говорим о фундаментальных знаниях, в особенности математических, которые необходимы в нестандартных задачах, экспериментах и поиске нового. В этом смысле высшее образование готовит нас к тому, чтобы быть гибкими и уметь применять свои знания в новых предметных областях.
Поэтому университеты сейчас занимаются построением индивидуальной образовательной траектории для каждого студента, состоящей из тех предметов, которые ему точно интересны и нужны. Тренд индивидуализации существует не первый год, и он будет развиваться и дальше.
При этом я считаю, что в университетах не хватает преподавателей IT и computer science, чтобы удовлетворить спрос рынка на выпускников этих направлений. В то же время многие талантливые выпускники сразу идут в индустрию и редко остаются в преподавании или в науке. И отсюда вызов как для вузов, так и для бизнеса — растить экспертов-практиков внутри университетов, которые смогут передать студентам best practice индустрии. Тот, кто способен делать что-то классное в IT, сразу идет в индустрию.
Высшее образование дает фундаментальную подготовку, но его нужно усиливать экспертизой IT-компаний и делать более практико-ориентированным, учить студентов продуктовому мышлению. Как мы в Яндексе работаем с этим? Приходим в вузы и обсуждаем, какие именно курсы и практикумы им нужны, какой экспертизы не хватает, рассказываем, что можем предложить и какие тренды видим сейчас в ML и компьютерных науках.
Технологические компании, которые отказываются от работы в вузах, упускают возможность в будущем нанять лучших. Кроме того, важно, чтобы IT-компании включались в высшее образование сообща, вместе формируя те стандарты, которые нужны рынку.
«Life-long learning — это про реальные знания»
В индустрии важен не цвет диплома и даже не название университета. Показатель хорошего образования — время, которое нужно человеку, чтобы решить нетипичную задачу. Сейчас актуально все, что связано с нейросетями, GPT — кто быстрее научится работать с этими технологиями, тот и преуспеет.
Образование помогает человеку решать нестандартные задачи и создавать новое в своей области. Поэтому университеты должны постоянно работать над изменениями, актуализировать образовательные программы. Лучшие университеты пересматривают образовательные программы ежегодно, в том числе и по фундаментальной математике: все меняется, и что уж тут говорить об IT.
В индустрии, например, сложилась интересная ситуация с победителями олимпиад. С одной стороны, за ними все охотятся, их ждут. С другой стороны, компаниям-работодателям неважно, олимпиадник ты, платник или бюджетник — важно, чему ты научился в университете и что умеешь делать.
Главное помнить, что life-long learning — это про реальные знания и адаптивность к новым условиям. Именно эту привычку надо прививать еще в школе. Поэтому мы активно работаем со старшеклассниками и учащимися колледжей.
Сопротивление появляется там, где человек не успевает и не понимает, как работает та или иная технология. Чтобы это сопротивление преодолеть, важно показывать школьникам красоту математики и программирования через привычные им вещи, через осязаемый результат — на примере тех же соцсетей, умных помощников и рекомендаций в стриминг-сервисах. Тогда и мотивация появится, и сложные темы станут интересны.
Все меняется очень быстро, и, как говорится, чтобы оставаться на месте, нужно уже бежать очень быстро.
Иллюстрация на обложке: Paper Trident / Shutterstock / Fotodom
Популярные комментарии
АндрейАбсолютно согласен! Надо ещё и математику убрать, а то учат детей думать и раскладывать по полочкам! И читать и грамотно общаться сейчас не в моде. Есть же нейросеть! И комментарии поможет написать! Отправлять в школу только на физкультуру, труды и ОБЗиР. А все остальные предметы платно и по желанию! Хотя и эти три предмета требуют особой подготовки, поэтому их надо тоже по желанию, а лучше вообще платно!
«Врачей жалко. А вас, тварей, нет». Честный монолог учительницы о том, что стоит за особым статусом педагогов
Виктория Ильина«Короткий ответ: никак» — пожалуй, самая спорная рекомендация статьи. Да, признание родителей не изменит прошлого, а разговор не гарантирует извинений. Но это не значит, что о пережитом нужно молчать. Между «устроить суд истории» и «закрыть тему» есть третья возможность: спокойно рассказать, что помнишь, что чувствовал и как это на тебя повлияло. Не ради мести или покаяния, а чтобы назвать пережитое своими словами и обозначить границы. Родители могут искренне не помнить — но статья лишь предполагает это, не зная обстоятельств конкретной семьи. Избирательность памяти сама по себе не доказывает ни забывчивости, ни правоты одной из сторон. Почему же защитная версия взрослых считается вероятной, а желание выросшего ребёнка высказаться объявляется попыткой «переписать детство»? Забыть старые обиды по приказу невозможно. Молчание не означает, что проблема решена. Исследования также показывают: пережитое в детстве насилие связано с повышенным риском повторения жестокого или пренебрежительного обращения со своими детьми. Поэтому очень важно не «оставить родителей в покое», а осмыслить свой опыт и не передать его дальше. Разумеется, разговор стоит подготовить и вести без оскорблений. А вот объявлять молчание универсальным способом исцеления — безответственно, важно не просто прекратить разговоры о прошлом, а именно разобраться, как не воспроизвести пережитую несправедливость уже в отношениях со своими детьми.
Родители били меня в детстве, а теперь говорят, что ничего не было. Почему они так делают?
Юрий НикольскийПолвека сохраняю вес. Утром встаю на весы. Если вес выше той отметки, что установил полвека тому назад, то в этот день пищи на четверть меньше предыдущего дня. Ем по 6 раз в день, йогурт за час до сна. Не редко толстеют в годы, когда перестают расти — здесь уменьшаются затраты, а привычка есть столько же сохраняется. Второй период после окончания учёбы — начинается спокойная жизнь. Третий период — организм стареет, то новые клетки образуются всё реже. Сейчас потребляю пищи в 3 раза меньше чем полвека тому назад. Для женщин ещё есть периоды, связанные с беременностью.
Дело не в гормонах: 10 ошибок, из-за которых вы не можете похудеть










