«Для ребенка нормально проверять правила на прочность»: какой должна (и не должна) быть современная школа

Кажется, что излишние правила в школе только снижают мотивацию детей к учебе. Можно ли сделать так, чтобы ограничения, наоборот, побуждали детей к работе на занятиях, созданию проектов, творчеству и креативности? И насколько строгими должны быть эти ограничения? Об этом и не только в эфире «Радиошколы» размышляет операционный директор московской школы «Новый взгляд» Наталья Бондаренко.

Что такое школьная среда и как она влияет на детей

Мы всё время говорим, что школьная среда — для детей. На самом деле она для человека, а людей в школе много, и у всех разные роли. И каждый из них важен. Выпадение любого элемента из этой логики создает дискомфорт для всех.

Одно из главных образовательных направлений сейчас — развитие универсальных предпринимательских компетенций. Это умение увидеть проблему, предложить ее решение и довести его до результата. Неважно, какую проблему мы решаем — социальную, личную или бизнес-задачу. Важно неравнодушие, ощущение сопричастности, ответственности и готовность приложить усилия для достижения результата.

Поэтому важно давать детям много инфраструктурного пространства и оставлять возможность его изменить. Можно назвать это искусственно созданной системой дефицитов — когда ребенок понимает, что ему чего-то не хватает, но при этом точно знает, к кому он может пойти, чтобы об этом рассказать.

Из чего может состоять такая среда?

• Проектная деятельность. Например, административная команда школы видит некие проблемы и предлагает их решить детям — понимая, что они с этим справятся.
• Инициативные учителя. Это неравнодушные педагоги, которые живут с девизом «А давайте!» и транслируют его детям.
• Школьное самоуправление. Это классический механизм для коммуникации детей со школой.

Сколько свободы нужно давать детям

Свобода сильно влияет на мотивацию детей, но в этом вопросе важно обозначить границы. Дети, понятно, не могут значительно повлиять на меню в столовой — проголосовать и решить, что теперь там будет только пицца и газировка. Также детям, например, нельзя давать право самим решать, будут ли в классах стоять камеры или нет. Но по большому счету это не ограничение свободы.

Свобода — это про то, сколько ты можешь нести ответственности, не нанося ущерб себе и другим

Так что можно, например, давать детям право изучить законы — старшеклассники вполне могут с этим справиться — и что-то предложить с учетом законодательных ограничений. При этом очень важно донести до детей мысль, что школа в этом процессе — не сервис. Что им нужно самим продумать все детали, защитить идею, и тогда школа поможет. Это важно, потому что, когда они выйдут за пределы школы, они столкнутся ровно с таким же походом: идеи нужно будет защищать и комплексно продумывать.

Работодатель не придет и ничего не принесет на подносе с золотой каемочкой. Жизнь устроена иначе

При этом мы должны принять, что не все дети готовы участвовать в самоуправлении и проектной деятельности. Школа должна подталкивать детей, но не должна их насиловать. Если ребенок не хочет или не может, мы должны дать ему минимальный инструментарий — мало ли, когда он ему понадобится, — но не должны ожидать, что он станет лидером мнений. Это будет честно.

Конечно, высокие академические результаты тоже важны. Но даже в этом аспекте важно оставаться на стороне свободы выбора: у каждого ребенка в идеале должен быть индивидуальный план, когда он сам решает, какие предметы он хочет знать на высоком уровне, а какие может оставить на стандартном.

Свобода и безопасность — где грань?

Школа всегда должна быть готова к тому, что для ребенка нормально проверять правила на прочность. Поэтому правил не должно быть очень много, иначе соблюдать их становится только сложнее. Но те, которые есть, должны быть жесткими, и дети должны это понимать. Хотя в конечном итоге всё зависит от взрослых — от того, насколько сами взрослые соблюдают правила и насколько они могут удерживать границы детей.

Я думаю, что излишняя зарегулированность в области безопасности создает только иллюзию безопасности. Мы думаем, что всё учли: привязали, условно говоря, детей к батарее — и с ними точно ничего не случится. Но ребенок — очень изобретательное существо, и даже в такой ситуации, если ему сильно захочется, он найдет способ нанести какой-нибудь вред — с батареей что-нибудь сделает, например.

Где можем, мы должны подстелить соломы — банально провести видеонаблюдение и дать детям понять, что оно работает. Но мы всё равно должны понимать, что дети могут нарушить правила — значит, мы должны быть готовы оказать медпомощь, оперативно выйти на связь с родителями и рассказать, что на самом деле произошло. Но регулировать больше, чем мы можем, не надо, это бессмысленно. Надо понимать, что ребенок — это ребенок.

Должны ли родители вмешиваться в образовательный процесс

Любой родитель, вне зависимости от возраста ребенка, хочет, чтобы тот был счастлив. Неважно, приходит он в первый класс или в десятый. Но со временем понимание счастья ребенка у родителей эволюционирует. И родители не всегда осознают, как свое счастье понимает сам ребенок, чего он хочет. Потому что понимание собственного счастья у ребенка тоже эволюционирует.

Есть родители, которые, когда их желания меняются, начинают настойчиво требовать изменений и от школы. Это, с одной стороны, замечательно. Вовлеченный в образование родитель — один из ключевых критериев успеха ребенка. С другой, если родитель слишком вовлечен, если он пытается конкурировать со школой в вопросах образования, договориться о «счастье» становится сложно.

А если родитель занимает партнерскую позицию, понимая, что он привел ребенка в школу, доверился ей, осознал, что было бы логично прислушаться к тому, что ему здесь говорят, — всё получается.

Иллюстрация: Tanya Shulga / Shutterstock / Fotodom