«Я ушла не из профессии, а из системы». Почему учительница математики уволилась после 18 лет работы в школе

Юлия М. — учитель математики из небольшого города. Она работала в школе 18 лет и постепенно осознавала, как реальность рушит ее мечты и планы. Учительница поделилась с «Мелом» тем, что просто наболело. Честно и эмоционально.

«Родители говорили, что работа учителя — неблагодарное дело»

Любовь к преподаванию во мне начала зарождаться еще в начальной школе, когда все дети мысленно отвечали на вопрос «Кем я стану, когда вырасту?». Я поняла, что мне нравится передавать знания другим, и, еще будучи маленькой девочкой, стала имитировать работу учителя: проверяла тетради, выставляла оценки, преподавала математику своим куклам.

С годами во мне только усиливалось желание стать педагогом. Когда пришло время действительно выбирать, кем работать, я поделилась своими мыслями с родителями, но они мой выбор не совсем одобрили. Говорили: «Неблагодарное это дело», просили еще раз всё взвесить и хорошо подумать. Но мечта маленькой девочки взяла верх, а семья меня в итоге поддержала.

Я отучилась в педагогическом и пришла работать в школу — сначала вела уроки у начальных классов, а позже стала вести математику у старших. Весь первый год работы для меня был адаптационным: всё, кроме методической работы, казалось непонятным. Заполнение тогда еще бумажных журналов, составление рабочих программ, проведение родительских собраний, классных часов, подготовка школьных мероприятий — на этом не акцентировали внимание в профильных вузах. Этому учат уже непосредственно в школе.

И, несмотря на все трудности, в которые меня погрузила школьная жизнь с первых дней работы, тогда, в самом начале пути, я верила, что смогу всё совместить и, что было очень важным для меня, сделать это хорошо.

Я точно для себя определила, что хочу быть хорошим учителем, а для этого надо постоянно развиваться, осваивать новые технологии, шагать в ногу со временем. И я была готова. Мне хотелось учить.

Поддержите «Мел»: отметьте нас галочкой в Google и классные, интересные, важные тексты будут появляться в вашей ленте чаще

Поставить галочку

«Сегодня ты — полный сил молодой педагог, завтра — вымотанный человек»

Шло время, я набиралась опыта и сталкивалась с реальностью: спустя несколько лет в профессии я поняла, как сильно она отличается от мечтаний, планов и ожиданий. У меня была сильная внутренняя мотивация преподавать, но ее постепенно стали рушить трудности учительской работы: эмоциональная нагрузка, сложности в общении с родителями, работа с разными детьми, низкая оплата труда, высокая нагрузка, отсутствие поддержки со стороны администрации, неблагоприятная атмосфера в коллективе.

Но обо всем по порядку. Первым шагом к разочарованию в профессии для меня стала мысль, что учитель — не только преподаватель предмета, но и человек, погруженный в бюрократическую систему. Настолько, что напоминает гоголевского Башмачкина из «Шинели» — героя, потерявшего себя в мире холодных, мрачных, бездушных документов.

Работая в рамках этой системы, учитель теряет себя, у него пропадают силы.

Сегодня ты — молодой педагог с планами, уроками и тетрадями, а завтра — вымотанный человек с отчетами, папками с документами, журналами.

Рабочая программа, журнал учета успеваемости, журнал по внеурочной деятельности, план воспитательной работы, характеристики на обучающихся — это обязательный набор документов, но помимо этого в образовательных организациях есть и дополнительные «бумажные» обязанности. Например, когда только начали появляться электронные журналы, сервер еще не работал так хорошо, как сегодня: бывало, сайт зависал надолго, и педагог не мог заполнить домашнее задание. Чтобы облегчить работу себе и не потерять информацию, мы были вынуждены вести бумажные журналы для себя.

Все силы нужно было направлять в профессию, в главное дело: давать уроки, поддерживать детей. Но в итоге учитель с головой погружается в реальность далеко не педагогическую, и это сильно выматывает.

Мне как-то особенно запомнился период, когда классный руководитель, помимо существующей бумажной работы, был вынужден заполнять талоны на питание. Каждое утро до начала занятий я относила в столовую талоны, где указывалось количество питающихся в день. Для этого нужно было собрать информацию о том, кто из учеников будет отсутствовать, а это значит, что нужно было созваниваться с родителями, которые зачастую не предупреждали об отсутствии ребенка.

И вот представьте: время 6:40 утра, я собираюсь на работу, параллельно обзванивая родителей, заполняя талоны, а к 7:45 в школе уже сдаю их заведующей. И каждый месяц я распечатывала новую порцию этих талонов, разрезала их, заполняла и подписывала. Цифровизация внесла свой вклад в это дело: появилась электронная форма для школ, однако в лицее, где я работала, талоны остались.

История с внедрением электронного журнала повторилась: талоны несем в столовую, а по пути входим в личный кабинет на платформе и проделываем ту же работу.

Выходит парадокс: цифровизация продолжается, новые технологии внедряются, но в школах небольших городов нет ресурсов, чтобы адаптироваться к новому и отказаться от старого.

Вот и получается, что учитель застревает в ежедневной административной работе, решает в том числе технические проблемы. И на это приходится тратить значительную часть рабочего дня. Конечно, это влияет на загруженность: уменьшает время на подготовку урока, методическую работу, об индивидуальном подходе и вовсе забываешь: энергии с каждым днем становится меньше, эффективность учителя как специалиста падает.

«А зачем я вообще прихожу в школу?»

Из первого разочарования в моем учительском пути стал зарождаться вопрос (и новое разочарование): а зачем я вообще прихожу в школу? Я не занималась любимым делом, у меня не хватало времени, чтобы учиться и развиваться как педагог. Вместо этого я оказалась погружена в отчеты.

Система вынуждает оторвать себя от любимого дела

Я люблю свой предмет: математика сложна, и мне всегда хотелось переубедить неуверенного ученика, помочь ему поверить, что он может это решить. И если забыть о существовании журналов и талонов — всей бумажной волокиты и связанных с ней экзистенциальных вопросах, — в школе на каждом уроке меня ждали те, ради кого я и пришла в профессию, — мои ученики.

Конечно, опыт показывает, что на сто процентов увлечь учеников не всегда получается, но сделать для этого максимум — моя основная задача. Даже если заинтересовать детей удается, этот интерес нужно еще и удержать. Это не обязанность, а именно цель человека, который пришел в сферу образования.

Но, как, наверное, уже стало понятно, на пути к этой цели мне встретилось множество препятствий.

«Если преподаватель уважает свой труд, он будет продолжать бороться»

Хотя у меня и складывались доброжелательные отношения с детьми и особо не возникало проблем в общении с их родителями, однако любому учителю нужно быть готовым к взаимодействию с учениками из семей, так скажем, асоциальных. Расскажу историю, ставшую третьим шагом в моем пути разочарования в профессии.

У меня был ученик, который в силу семейных обстоятельств перестал учиться: на уроки приходил без портфеля, спал на занятиях. В школе сразу забили тревогу: проблема не решалась, несмотря на дополнительные занятия, ребенок не желал учиться, в результате его решили оставить на второй год. Родитель в таком случае имеет право не подписывать заявление на повторный курс обучения. Это означает, что ребенок в начале будущего учебного года должен сдать академическую задолженность. Папа этого ученика, конечно, отказался подписывать заявление — посчитал, что его сын справится с нагрузкой.

Сдать все дисциплины без подготовки ребенок не смог, поэтому учителя «шли навстречу» и «помогали» закрыть долги. И вот переходит такой ученик в следующий класс: ему «рисуют» оценки, он продолжает игнорировать учебный процесс. Мне как учителю, который выше всего ценит в работе возможность передать знания, важно, чтобы дети, в свою очередь, тоже хотели их принимать, но в таких ситуациях преподаватель бессилен. К тому же такая ситуация порождает подобную ей с другими учениками, и в этом случае руководство школы уже не реагирует на проблемы и рассчитывает, что всё как-то «само решится». Что делать учителю в таком случае?

Если он выбирает мириться с системой, то продолжает «рисовать» оценки и просто закрывает глаза на таких учеников. Но если преподаватель уважает свой труд, он будет продолжать бороться.

Однако цена этой борьбы стоит учителю зря потерянных сил, и такие ситуации происходят ежегодно, в каждом классе.

«Мы подневольные люди»

Работа с недобросовестными учениками и их родителями — не единственная причина мыслей об увольнении. Эти истории — только верхушка айсберга. Всё, что учитель наблюдает в школьном классе, отражает то, что происходит в системе образования в целом.

К учителям отношение постоянно меняется, но, как я наблюдаю, авторитет педагога упал. Это случилось в момент, когда получение знаний стали воспринимать как услугу. Но ведь, приходя на урок, учитель должен не просто давать алгоритмы решения задачи, а воспитывать, показывать, как предмет связан с жизнью. Не все видят так свою профессию, но для меня преподавание — это любовь к детям, знаниям, делу, это наставничество. И это — главное в моей педагогической деятельности — стиралось.

Я слышала, как коллеги на переменах в учительской повторяли: «Мы подневольные люди»

Всё больше дети и родители перестают вообще воспринимать учителя как авторитет. Работая с новыми классами, я всегда сталкивалась с такой проблемой: приходишь на уроки в начале года, оказывается, что класс совсем не знает некоторые темы, поэтому приходится догонять материал, восполнять пробелы. Этот процесс обычно сопровождается не самыми приятными результатами самостоятельных работ.

Родители начинают приходить с жалобами: почему, мол, мой ребенок в пятом классе был отличником, а с вами у него появились тройки? Большинство остается на стороне детей и продолжает обвинять преподавателя в некомпетентности, многие доходят до администрации, которая впоследствии выставляет условие ставить оценки выше, чтобы репутация школы не падала из-за принципиальности одного педагога.

Никто не хочет видеть настоящий результат. Никому, выходит, и не важен сам образовательный процесс: учитель поставлен в рамки, целей улучшать свои профессиональные навыки с каждым днем становится всё меньше, потому что приходит понимание — бороться с системой бессмысленно.

«Я ушла не из профессии, а из системы»

Проблемы копились, и я решила уйти из школы — это было не спонтанное решение и очень тяжелое, в первую очередь морально. Какое-то время меня поддерживали близкие и мои выпускники, давали мне силы двигаться дальше. Но однажды утром я поймала себя на том, что собираюсь на работу, в очередной раз обзваниваю родителей, заполняю талоны — и не могу вспомнить, когда за последнее время готовила урок с удовольствием.

Моя борьба — с бюрократией, с вырисовыванием оценок, с неуважением к учителю — продлилась больше восемнадцати лет и, к сожалению, ни к чему не привела. Система разрушает личность педагога: в какой-то мере ты теряешь и свою целостность, постепенно начинаешь чувствовать, что переходишь на сторону соответствия ожиданиям руководства и коллектива.

Немногие принимают решение уйти. Я решилась — но ушла не из профессии, а из системы. Потому что профессия, которую я выбрала, по-прежнему остается любимой: я учитель, это мое призвание, это то, что я умею делать на сто процентов. Только вот вопрос уже не в том, останусь ли я работать в школе. Вопрос в том, что должно измениться, чтобы учителя, которые любят свое дело, перестали уходить — и чтобы детям не приходилось учиться у тех, кто просто закрывает на всё глаза.