«Есть две профессии, в которых выгорания быть не может, — это врач и учитель»

Этот год мы начали с вопроса, какой видят нашу школу разные поколения преподавателей. Мы уже поговорили с 22-летней учительницей математики о гаджетах на уроках, тревожных родителях и интересах современных школьников. На этот раз мы задаём вопросы Людмиле Дидур, которая преподаёт русский язык и литературу уже более 30 лет. Она сравнила, как за это время изменилось отношение к учителям и чем современные дети отличаются от тех, кто окончил школу три поколения назад.

Сейчас важно уметь учиться

С детства мне нравилось всё, что связано со школой, и я, конечно, мечтала стать учителем. Моя педагогическая деятельность началась с преподавания в вузах русского языка как иностранного — сначала в военной авиационной академии Киева, а затем в сельскохозяйственной академии Кишинёва. Я учила русскому языку слушателей и студентов из разных стран. Мне тогда казалось, что вместе с ними я совершаю виртуальное путешествие по странам — Алжиру, Йемену, Сирии или Эфиопии.

Но гордилась я своей страной. Ещё и потому, что у нас было лучшее в мире образование. У моих слушателей и студентов был выбор — учиться в СССР или во Франции, но они предпочитали нашу страну, потому что, по их мнению, важнее было получить сначала фундаментальное образование. Не зная совсем русского языка, через два-три месяца они уже могли слушать и понимать материал лекций по естественным наукам.

Международный опыт помогает мне на уроках русского языка и литературы и сейчас. Коммуникативная основа, на которой строится образовательный процесс, уже сформирована в методике преподавания русского языка как иностранного. Но дело в том, что в нашей стране она в целом изменилась. Раньше приоритеты отдавались механическому овладению знаниями. Задания были однообразными: чтение или пересказ текста, ответы на вопросы учителя. Сейчас важно другое — умение самостоятельно мыслить, делать осознанный выбор. Неграмотным в будущем будет не тот человек, который не умеет читать, а тот, кто не научился учиться. Причём такими навыками должен обладать и ученик, и учитель.

Не представляю свою работу без информационных технологий

Я работаю в школе больше 30 лет, столько же я — классный руководитель. Сначала эта работа показалась сложной. Я испугалась новых обязанностей: есть же разница — работать с группой в 5-6 студентов или с классом, в котором 30 учеников. Но коллеги переубедили и поддержали. Конечно, жизнь диктует свои условия, и, может быть, обязанности классного руководителя будут меняться. Например, он станет наставником не одного класса, а целой параллели.

Бесспорно, классному руководителю сейчас проще реализовать свой творческий потенциал, чем раньше. Появилось много новых возможностей. В Москве есть интересный проект «Урок в музее», и мы часто проводим там занятия, посещаем с учениками театры и выставки.

Что касается обязательной бумажной работы, то многие документы достаточно подготовить один раз, чтобы позже обращаться к ним и при необходимости корректировать. По сути, мы используем их как базу данных. Помогают электронные ресурсы, потому что с ними нужный материал всегда под рукой и им можно воспользоваться в любой момент.

Как словесник я никогда не была поклонником информационных технологий, но сейчас не представляю без них своей работы

Когда я преподавала русский как иностранный, мы делали специальные учебные пособия, учебники-спутники, которые были ориентированы на студента, на его будущую профессию и психологические особенности. Сейчас такие «учебники-спутники» выпускает Московская электронная школа.

Я открыла много нового в методике подготовки к уроку с её помощью и сама создаю сценарии уроков. Каждое занятие позволяет подготовить учеников так, чтобы они без напряжения сдали экзамен и обогатили свою читательскую культуру. Ребята сами обращаются к этой системе. В МЭШ много материала, который позволяет им подготовиться к выпускным экзаменам и не тратить при этом время на курсы и поездки в другие учебные заведения.

Родители не должны звонить детям, пока они в школе

Я общаюсь с родителями и детьми в мессенджере, но это общение никогда не выходит за рамки делового. Это единственный правильный способ вести себя ответственно, когда речь заходит о профессиональных обязанностях. При этом я стараюсь не общаться по работе через социальные сети. Они доступны только моей семье.

Я учитель литературы, и для меня на уроке, конечно же, в приоритете книга, но интерактивные образовательные материалы мы активно используем. Кто-то из ребят носит электронные книги, кто-то — бумажные. Здесь я не требовательна. Мне важно, чтобы у каждого ученика на уроке литературы перед глазами был текст. Для того, чтобы лучше усваивать материал, бумажный вариант, бесспорно, удобнее. Это совершенно иной уровень восприятия текста и даже возможности общения с автором, с эпохой, со временем.

На уроке не должно быть того, что отвлекает ученика. Со своими ребятами мне удалось договориться. Во время проверочных и контрольных работ они всегда сдают мне телефоны. В Германии, например, школьники во время уроков не могут пользоваться смартфонами. Они не тянутся к ним и на переменах, хотя мобильные технологии там очень развиты.

Но если я вижу, что во время урока кто-то отвлекается на сообщения, я обязательно делаю замечание. Иногда ребята говорят, что с ними неожиданно хочет связаться член семьи. В нашей школе родители знают, что в таком случае они могут отправить сообщение мне как классному руководителю, а я уже предупрежу своих коллег-учителей.

Школьная агрессия не повсеместна, но отношение к учителям изменилось

Есть две профессии, в которых выгорания быть не может, — это врач и учитель. Я уверена, что выгорание может произойти у человека и в 18 лет, и в 25, если он находится не на своём месте или занимается нелюбимым делом.

Я больше склоняюсь к термину «профессиональное обогащение». С помощью МЭШ мы обмениваемся опытом с коллегами не только в рамках своей специальности, но и других. При этом мы не смотрим на возраст преподавателя, который подготовил сценарий того или иного урока. Нам важно качество материала.

Мне кажется, случаи агрессии в школе были всегда. Это естественно: люди отличаются по темпераменту. Поэтому учитель, прежде всего, должен быть психологом, ему важно разбираться в причинах агрессивного состояния. Но я уверена, что такие случаи единичны, это не болезнь времени.

Что мне определённо не нравится сегодня в системе образования — то, как изменилось отношение к труду учителей

Некоторые родители стали неверно воспринимать нашу профессию. Появилось мнение, что образование — это сфера услуг. Но услуги предоставляют совсем в иной области.

Помните, ещё в период первых президентских выборов один из кандидатов съездил к своему учителю? Это достойный пример для других. Как педагогу мне было приятно об этом узнать. Если кто-то из моих учеников станет президентом, надеюсь, он тоже так поступит.

Современные подростки более практичны, чем дети 80-х годов

Мне иногда легче общаться со своими учениками, чем со взрослым окружением. Когда рядом с учителем находятся ученики, которые себя реализовали и счастливы в своей судьбе, у него душа молодеет. Последние три поколения учеников, которых я выпустила, общаются не только со мной, но и друг с другом.

Современные ребята находятся в сложной ситуации: они постоянно пребывают в информационном потоке, где непросто сориентироваться, не всегда можно сделать правильный выбор. Они сначала хотят обустроить быт, заработать и только потом заводить семейные отношения. В целом, современные молодые люди стали более практичными, чем ребята, которых я выпускала в восьмидесятые годы.

Читайте также

Прогрессивные и толерантные. За что стоит полюбить современных подростков

Важно налаживать связи между выпускниками, чтобы они прислушивались друг к другу, а не только к более взрослым людям. Эти три поколения моих выпускников похожи в том, что они всегда выбирают метод проб и ошибок, всему хотят научиться сами, ошибаются, признают это и результат воспринимают как реальный опыт. У них много общего в желании устроить себя и свою судьбу. Если раньше мы надеялись на «счастливое будущее», то сегодня они прекрасно понимают, что будущее зависит только от них самих.

Ученикам по-прежнему интересны и Гумилёв, и Достоевский

Неправда, что современные дети стали меньше читать. Я вижу, что нашим ученикам по-прежнему интересны и Гумилёв, и Толстой, и Достоевский, и Булгаков. Они часто ссылаются на них в сочинениях. Они любят читать, часто сочиняют сами, переводят. Их читательские привычки зависят от семьи, от педагога, потенциала школы.

Мне кажется странной точка зрения, что в 17 лет рано писать сочинения на темы, которые поднимают эти писатели. Читать классику в таком возрасте необходимо, чтобы развивать свои представления о литературе, духовной жизни. Одну и ту же книгу в разные периоды мы открываем заново.

Как может быть скучным или непонятным Чехов? Мы ездили с ребятами в Мелихово, прогуливались по Аллее счастья, смотрели спектакль — им это понравилось. У них сейчас есть возможность размышлять, заявлять о своих нравственных ценностях в итоговых сочинениях. Ещё несколько лет назад этого не было.

Если бы я могла что-то изменить в современной школе, я бы изменила отношение к преподаванию литературы. Это надпредметная дисциплина, она знакомит детей с нашей культурой. Я бы сделала её приоритетной в расписании. Кем бы мы ни были по профессии, с чтением и культурой наша судьба всегда связана. Но любые изменения, конечно, нужно строить на академической платформе.