«И как мне это в жизни пригодится?» Правда ли нам нужно знать всё, чему учат в школе

Сегодня нейросеть может написать текст, решить практически любую задачу и найти вам любой факт. И зачем тогда учить физику, математику, историю и литературу? Над вопросом размышляет постоянный блогер «Мела», преподаватель кафедры методики обучения физике, исследователь Артемий Крушельницкий.

Зачем будущему филологу помнить закон Ома? Зачем юристу — логарифмы? Зачем психологу — формулы, уравнения химических реакций или законы движения Ньютона?

Ведь всё, что нужно, можно найти за несколько секунд.

Телефон посчитает сложный процент. Калькулятор решит уравнение. Искусственный интеллект поможет составить письмо, сделать презентацию или проверить информацию. Большие языковые модели уже умеют «объяснять сложные темы простыми словами». В рекламе по телевизору видел: юноша просит помощи у ИИ с уроками, пишет что-то в тетради, а потом радостный идет играть в мяч.

Собственно, зачем держать в голове то, что всегда доступно по первому запросу? На первый взгляд, вопрос кажется вполне разумным.

Мне тут же вспоминается знаменитый эпизод из «Шерлока Холмса», где доктор Ватсон удивляется: как можно не знать вещей, которые известны каждому школьнику? Холмс отвечает примерно так: человеческий мозг — это чердак. Глупый человек складывает туда всё подряд. Умный хранит только то, что ему действительно нужно.

Звучит убедительно.

Особенно если мы не собираемся строить мосты, писать программы или заниматься исследованиями.

Но есть одна важная деталь — Холмс вовсе не был невеждой.

Он сначала много чего изучил, научился работать с полученным знанием, а уже потом выбрал, какие «инструменты» ему нужны для его профессии. Его «чердак» был не пустым. Он был хорошо организованным.

И вот здесь начинается самое интересное.

Зачем знать закон Ома

Школьное образование — это ведь не инструкция по бытовому «выживанию». Школа не ставит перед собой задачу научить человека только тому, что пригодится завтра утром.

Если бы это было так, школьная программа выглядела бы совсем иначе. Зачем литература? Ведь любой текст можно пересказать с помощью нейросети. Зачем история? Ведь факты можно найти в интернете. Зачем писать сочинения? Существуют программы, которые сделают это за нас (читать такие сочинения необязательно — нейросети прочитают за нас). Зачем учиться считать? Ведь калькулятор есть в каждом телефоне.

Только… школа нужна не только для передачи информации.

Закон Ома нужен не для того, чтобы самостоятельно чинить розетки. Теория Дарвина нужна не для того, чтобы запоминать названия животных в зоопарке. Гелиоцентрическая модель Солнечной системы нужно не для того, чтобы ориентироваться в лесу. Смысл этих знаний гораздо глубже.

Физика учит строить модели окружающего мира и задавать вопрос: «Почему это происходит?» Математика — выстраивать строгие рассуждения и отличать доказательство от ощущения. Программирование учит разбивать сложную задачу на последовательность простых шагов. Химия показывает, что свойства веществ не возникают случайно.

Все эти предметы тренируют не память ради памяти (хотя и это тоже важно!). Они формируют сам способ мышления: учат задавать вопросы, строить модели, проверять предположения и работать со сложностью.

Склад информации

Уже несколько десятилетий мы живем в мире, где информации стало слишком много. Проблема современного человека не в том, что он чего-то не знает, а в том, что он часто попросту не понимает, как отличить знание от его имитации.

В интернете можно найти красивое объяснение какому-нибудь социальному феномену. Можно увидеть убедительное видео о прямо волшебной пользе любого фрукта. Можно прочитать «вдохновляющий» пост человека, который несет уж совсем лженаучную чепуху.

Но звучать убедительно — не значит быть правым. Человек, который не привык проверять гипотезы, анализировать аргументы и искать причинно-следственные связи в явлениях окружающего мира, становится уязвимым.

Доверие к псевдонаучным идеям возникает в том числе и из-за этого

Сколько раз я слышал:

• «Но ведь мы действительно видим, что Солнце движется по небу».
• «Но ведь характер человека действительно зависит от даты рождения. Люди, рожденные зимой, всегда теплые!»
• «Но ведь искусственный интеллект пишет и говорит как человек — значит, он думает как человек. Мышление же связано с речью! Об этом еще и Лев Семенович Выготский писал!»

Каждое из этих утверждений кажется простым и понятным.

Но научное мышление начинается именно там, где мы перестаем доверять первому впечатлению и задаем вопрос: «А как мы это узнали?»

Иногда говорят: «Зачем учить детей тому, что они никогда не будут использовать?» Но, возможно, мы неправильно понимаем слово «использовать». Мы привыкли считать полезным только то, что можно применить напрямую — сразу.

Но тогда умение решать квадратные уравнения, рассчитывать сопротивление электрической цепи, запоминание исторических дат весьма бесполезные штуки. В самом деле, только меломаны да некоторые исполнители знают сопротивление собственных наушников!

Школьное образование работает иначе — оно не только дает конкретные знания, оно создает человека, который способен учиться дальше, учиться самостоятельно.

Школа — это не склад информации. Это мастерская, где собирают инструмент для работы с реальностью

И гуманитарию это нужно не меньше, чем будущему инженеру. А возможно, даже больше.

Потому что работа с текстами, людьми и смыслами, вопреки расхожим мнениям, требует точности. Журналист должен отличать факт от интерпретации. Историк — источник от вымысла. Политолог — данные исследований общества от стереотипных объяснений. Психолог — наблюдение от собственной фантазии. Учитель — сложное, но доступное от красивого, но бесполезного объяснения.

Во всех этих профессиях нужны те же навыки, которые тренируют естественные науки: построение, проверка, анализ моделей, умение работать с неизведанной реальностью.

Так что вопрос «Зачем учить эту физику, если всё можно найти в интернете?» стоит поставить иначе. Если всё можно найти в интернете, тем важнее уметь понимать найденное.

Потому что воспроизведение найденного ответа еще не означает понимание. А без понимания невозможно принимать решения, спорить, создавать новое и видеть мир таким, какой он есть.

Так зачем гуманитарию физика?

Не ради формул. Не ради того, чтобы помнить каждый закон и каждое определение.

А ради способности смотреть на сложный мир и не бояться спросить «Почему это происходит?» и, что, наверное, главнее, «Откуда мы это знаем?».

Для педагогов и всех, кто интересуется темой развития мышления, рекомендую книгу Александра Петровича Усольцева «Принципы развития мышления». В ней гораздо глубже разбирается вопрос о том, как обучение связано с развитием мышления. Электронная версия доступна (в том числе и для скачивания) в библиотеке Уральского государственного педагогического университета.

Обложка: © RomanR / Shutterstock / Fotodom