Честный и грустный монолог учителя истории с 30-летним стажем, который ищет работу — и очень не хочет бросать школу

«Мел» регулярно пишет о зарплатах учителей, их выгорании и непомерной нагрузке. Наш блогер Александр Чернышев — историк, более 30 лет проработавший в образовании, — решил не оставаться в стороне и поделился своим личным опытом. Вам тоже есть что сказать? Заводите блог на «Меле» — вас услышат.

«Жаль, что я историк, а не математик»

Я не писал в «Мел» четыре года. Берусь и понимаю, что повторяюсь. Всё о том же — о бедственном положении учителя.

Вот и сейчас — прочитал объявление учительницы о поиске работы в другом регионе. Читаю и понимаю, что до ее уровня профессионализма мне уже, видимо, не дорасти. Но нас объединяет одно: она ищет работу, потому что ее зарплата (учителя высшей категории!) у себя на родине — 19 тысяч! И я тоже ищу работу.

За три с половиной года я сменил не одно учебное заведение. Потому что работаю одновременно в разных. Подхватываю там, откуда преподаватели уходят. Кто от безденежья, кто из-за непростых отношений.

Я не знаю, какая у меня будет нагрузка в январе или весной. Сегодня в трех учебных заведениях она уже составляет 47 уроков в неделю. Заменил трех ушедших учителей. Получил первые зарплаты. Понял, что это предел. Жалко, что день не резиновый. Страшно от того, что теряю в качестве и мотивацию.

В прошлом году вел переговоры о работе в московских школах. Человек из МЦКО был крайне разочарован, узнав, что я историк, а не математик, и подробно рассказывал, на сколько больше я бы зарабатывал, будь учителем математики. Вот так учителей поделили: на первосортных и второсортных.

Когда я тоже дал объявление, на него тут же откликнулись с предложениями о работе — из Сургута и Калининграда, из Москвы и из русской школы в Таджикистане. Везде ждут учителя, повсюду находятся в поисках учителя, но не везде к нам относятся подобающим образом.

Этот изумительный феномен я называю Великим Исходом. Нет, не из профессии, а от нечеловеческих условий работы и неизбывного хамского отношения.

Учителя ищут альтернативы, они знают себе цену, они понимают, что нужны не чиновникам, решающим про их зарплаты, а прежде всего детям. Я с удивлением и восхищением читаю их истории обретения школы где-то на Чукотке или земства в далеком селе. Наверно, потому, что сам ищу такую школу. С другим отношением к людям.

«В неволе творчество не размножается»

«Впервые с 1992 (!) года не иду в сентябре в школу». «27 лет отданы школе. Хватит». Я всё чаще замечаю в Сети такие сообщения от коллег, с которыми однажды меня связала судьба. Можно сказать даже так: шесть лет назад они вернули меня в школу.

Несколько лет тесного общения в кругу лидеров образования, возможность учиться у них, творческие эксперименты и ощущение, что ты в тренде. Настоящее сетевое профессиональное гражданское общество!

«Ухожу от безысходности, отсутствия перспектив, от вот уже 10 лет не меняющейся зарплаты, от постоянного нервного напряжения», — пишет московский учитель информатики. Мы с ним вместе проводили вебинары для учителей по смешанному обучению, с группами учеников тестировали внедренный им чат-бот для дистанционного обучения. Он — в Москве, я — в Перми. Он поделился магистерской работой, чтобы мне было легче выйти на свою тему во время учебы. А теперь я узнаю, что он работает на военном предприятии инженером-программистом.

«Последние три года ходила в школу с мыслью, что не хочу туда идти», — пишет учитель физики из Ижевска. «И как только я поняла, что всё то, что я делала, уже не актуально и не нужно, что смартфоны лучше держать в сундуках, я ушла. Туда, где есть свобода выбора и нет системы начальник-подчинённый».

Я познакомился с ней благодаря сотрудничеству в педагогическом сетевом издании. Ее публикации и дистанционный курс помогли мне начать преподавать предмет «Индивидуальный проект» в школе. Главное, что я понял: чтобы успешно ему учить других, у учителя должен быть свой проект. Сегодня у коллеги есть свой проект. Не школьный — собственная студия декора. Я рад, что у нее всё хорошо.

Последней добила новость: ушел из образования коллега, герой моих газетных очерков и постов, с которым для краеведческого проекта мы восстанавливали историю образования родного города в лицах.

Не стало среды — извечные проблемы системы образования вычеркивают нас из нее

«Когда держал в руках бриллиант, фианиты уже не радуют». Мои более опытные коллеги отказались продолжать работать, хотя в школьном образовании они служили на десятилетия дольше меня. «Систему надо менять, — считает коллега из Ижевска. — Раньше она менялась талантливыми учителями. Сегодня — вышестоящим начальством. Но в неволе творчество не размножается».

Точный диагноз ситуации в образовании! Но мне показалось, что мои коллеги не сжигают мосты. Я — тоже. Они не оставляют тропинку зарастать. «Нужно просто делать то, что любишь, и всё будет хорошо», — читаю в комментариях. А неблагоприятное время не навсегда. Я, во всяком случае, на это надеюсь. И из образования уходить не собираюсь. Зайдем с другой стороны. Преодолевать сопротивление системы у меня в крови.

«Каждый дополнительный час сверхурочно стоит дешевле предыдущего»

Со школой у меня всегда были непростые отношения. Настолько сложные, что, выбирая истфак для поступления, я предпочел классический университет педагогическому. Профессия «историк» в дипломе ласкала слух, а словосочетание «учитель истории» вызывало комплексы. Просто кто-то в моей стране решил, что учитель — это бессребреник. Зарабатывать на жизнь действительно пришлось разными путями: журналистом, пиарщиком, репетитором, продавцом, охранником… Но из образования я никогда не уходил.

Главный урок, который я вынес за тридцать лет: планируешь работать в образовании — осваивай новые профессии. Может, не надо было осваивать новомодные курсы, типа политологии, и не гнаться за трендами в образовании, которые на поверку оказались конъюнктурными, вроде цифровизации, а учиться делать что-то своими руками, чтобы после «служения» отработать «на заказ», например, починить сантехнику или положить плитку?

Сегодня я себя называю «преподавателем на аутсорсе». Работаю там, где не хватает нашего брата. Набираю доходы из разных источников. Поэтому любая работа для меня временная. Такую занятость ученые сегодня зачастую называют прекарной.

До нового года выпущу несколько групп, одну нагрузку скину, другую возьму. Может, станет комфортней. А еще меня в школах спрашивают, могу ли я преподавать информатику, ОБЖ… Просто песня для чиновников! Представляете, какая оптимизация расходов!

Скоро в школах, как в фастфудах, начнут работать студенты, сменяя друг друга

Чиновники думают, что, если из закона убрать слово «услуга», все сразу проникнутся особой миссией нашей профессии. Но сегодня всё превращается в сферу услуг. По максимуму дешевых. Демпинг это называется. Каждый наш дополнительный час сверхурочно стоит дешевле предыдущего. Но я не теряю надежды. И ищу школы с нормальной нагрузкой. Хочу стабильности.

Учитель может реализовать себя во многих социальных ролях, если не замыкаться на малооплачиваемых уроках и лекциях. Я понял, что лучше занимать более широкую просветительскую позицию, чем только педагогическую, расширяя простор для участия в различных проектах. Не обязательно, впрочем, исключительно ради денег.

Ведь в меняющихся постоянно условиях приходится на ходу учиться новому или даже возобновлять некогда прерванное занятие. Например, заниматься не только с учениками, но и на курсах — с учителями. «Учитель учителей»… Никогда я, правда, не видел себя в этой роли. В моем понимании, человек, который учит, сам любит учиться.

А может, вернуться в вуз, в студенческую аудиторию? Читать лекции, в том числе моим вчерашним школярам. Знал бы английский, преподавал бы сейчас дополнительно у иностранных студентов. А это другие деньги.

Можно редактировать сайт и газету учебного заведения. Возобновить блог на «Меле». Или засесть в архиве и написать очередной исторический очерк. Разрабатывать новые онлайн-курсы. Развивать платформенную занятость.

Нам не дано предугадать, как наше слово отзовется. Студентом на археологической практике я не предполагал, что через тридцать два года буду каждое лето ездить в экспедиции. И это тоже заработок для учителя.

Закончил наконец и издал книгу по истории. Понял, что люблю работать с текстами и редактировать. Надо было больше писать и публиковаться.

Открыт для сотрудничества. Готов к переменам. И даже к переездам. На самом деле просвещение не знает пределов для саморазвития. И если что-то не получилось, говорю: значит, время еще не пришло. До ленточки моей финишной далеко.

Не отчаивайтесь, коллеги. Зарабатывать возможно и не уходя совсем из образования. По крайней мере, хочется в это верить.

Обложка: © Diana Lange / Shutterstock / Fotodom