6 поводов перестать смеяться над зумерами и кое-чему у них поучиться

Они ранимее, чем мы, хуже адаптированы к быту, но зато они веселее и добрее. Это мы, конечно, про зумеров. Эмпатичность этого поколения уже даже научно доказана, а вот прочие софт-скиллы, которые принято им приписывать, мы за просмотром сериала «Камбэк» решили обсудить — с самими зумерами и с экспертами, которые много с ними работают.

Скилл первый. Толерантность к слабости

Итак, смотрим «Камбэк». 2004 год, Юрец — подросток из внешне благополучной семьи — страдает от одиночества и недостатка родительской любви. Но признаваться в этом в нулевых — не круто, и он пытается сбежать от реальности, выпив горсть успокоительных. Зумерка из нашей компании, 24-летняя Саша, называет это «токсичным позитивом»: миллениалы не имели психологических инструментов для самопомощи (и помощи друг другу), а еще очень боялись казаться слабыми — и в итоге бодрились вплоть до нервных срывов. У зумеров всё иначе: они плачут, если хочется плакать, умеют и любят сочувствовать, спокойно делятся с друзьями переживаниями — и благодаря этому увереннее держатся на плаву.

«Думаю, что у каждого последующего поколения гораздо больше эмпатии, так как они всё больше отдаляются от сложных времен. И если предыдущим поколениям важно было уметь терпеть — для того, чтобы выжить, то современному поколению не нужно так много ресурсов бросать на выживание. И они могут благодаря всему тому, что вложено предыдущими поколениями в развитие общества, чувствовать себя спокойнее, исследовать себя, проявлять эмпатию, быть добрыми и терпимыми — по отношению к себе и к другим», – Мария Афонина, президент АНО «БО „Журавлик“», главный психолог программы «Травли NET».

«Возможность замечать, чувствовать, обращать внимание на свое состояние появляется только тогда, когда закрыт базовый уровень — еда, одежда, безопасность. Нашим родителям этот базовый уровень часто не был доступен, поэтому забота для них выражалась в материальных возможностях — одежде, игрушках, книгах и путешествиях. В свою очередь, родители современных подростков хотят дать своим детям то, чего часто не хватало им — психологическую заботу, уважение к потребностям и границам. Потому что отвергать токсичный позитив можно, когда получается проживать и называть боль, страх, гнев — не самые приятные чувства. И знать, что эти чувства не делают тебя хуже, не делают тебя неудачником. Конечно, помогло еще и то, что многие родители зумеров выбрали психотерапию — и это снизило психологическое давление от их поколения, так как они уже многое переосмыслили, выбрали здоровые отношения, но подчеркну — такая возможность появляется благодаря тому, что общество перестало заботиться только о выживании», – Лилия Брайнис, основательница и директор фонда «Шалаш», социальный психолог.

Скилл второй. Нетерпимость к насилию

Вообще, тут сложно: информации о подростках-живодерах или изощренном буллинге у нас и сейчас, увы, более чем достаточно. Но есть нюанс: в современном обществе эти проблемы уже не замалчиваются, они получили название, о них много и открыто говорят, причем часто как раз сами подростки и молодые люди, а не только их перепуганные родители; это подтверждают и многие исследования. А вот у нас в юности слов «абьюз», «сталкинг», «буллинг» даже в обиходе не было. А было как в сериале «Камбэк» — скромного школьника Олега одноклассники окунают головой в унитаз, и всем с этим вроде бы норм. И все молчат.

«Я бы сказала, что зумерам очень хочется быть классными, принимающими, добрыми. Но нужно понимать, что агрессия при этом никуда не делась. Однако — и в этом как раз отличие от предыдущих поколений — сейчас она меньше проявляется в форме именно физического насилия: больше агрессии молодые люди проявляют в интернете, но в очном общении — скорее нет. Есть также очень интересное наблюдение, касающееся именно зумеров: они достаточно часто обращаются с проблемами к родителям. И это отличает их от нашего поколения — у нас жаловаться и даже говорить по душам со взрослыми было не принято. Это говорит о том, что зумеры не стесняются просить о помощи, когда она действительно нужна», – Дарья Нечайкина, руководитель социальной службы благотворительного фонда «Теплый дом», психолог.

«Я думаю, став родителями, зумеры будут гораздо более искренними, смогут лучше говорить с детьми про их чувства, смогут еще лучше помогать детям выстраивать личные границы, видеть личность ребенка и не подгонять его под какие-то стандарты и требования, помогать развиваться этой личности в тех условиях и правилах, в которых мы сейчас живем. Они в целом готовы слышать, сочувствовать, поддерживать и открыто обсуждать многие темы», – Мария Афонина.

Скилл третий. Критическое мышление

Зумеры, выросшие в океане информации, вероятно, обзавелись чем-то вроде встроенного фильтра для отсеивания фейков. Именно поэтому, по словам Марии Афониной, отличительной особенностью поколения зумеров является достаточно высокий уровень доверия к экспертам в своем деле: к психологам, врачам, программистам, финансистам. То есть это поколение, которое не просто ставит всё что угодно под сомнение, но и умеет прислушиваться, если мнение для них авторитетно.

«Для старшего поколения школа и книги были главными источниками знаний. Но сейчас информации стало так много, что детям едва ли не раньше, чем учиться ходить, нужно разбираться, как проверять ее достоверность. И они это делают», – Лилия Брайнис.

«Внутренний полиграф у нас и правда есть — он появился на фоне более частых упоминаний медиавоздействия в Сети. Также, мне кажется, у нашего поколения лучше развита интуиция, мы „улавливаем вайб“ не только в общении, но и при обработке информации. Тут можно вспомнить тот же соцсетевой тренд „пропаганда, на которую я не поведусь“, заставивший нас действительно проанализировать навязываемые нам тенденции (даже в шуточной форме)», – Маша, 21 год, студентка.

Скилл четвертый. Умение жить здесь и сейчас

Миллениалы годами учатся этому на йоге: лежат в шавасане, пытаются про себя повторять мантру «я — здесь», «я — есть», а сами украдкой подумывают, сколько бы денег отложить на покупку дачи и что о них подумали коллеги по практике во время выполнения стойки на плечах. У зумеров по-другому — они, кажется, первое поколение, которое научилось жить не прошлым и будущим, а настоящим. Просто их представление о «здесь и сейчас» отличается от привычного, так как зумеры фиксируют его в сторис и тиктоках. Бесконечно скролля ленту и наблюдая, как ведут себя и общаются люди разных культур, зумеры научились терпимости и смелости жить и выглядеть так, как хочется, без оглядки на чужое мнение.

«Хотелось бы изменить родительский взгляд на „стыдные“ или „неуместные“ вещи. Моя мама очень круто одевается, но иногда даже выбор украшения становится для нее мукой: „А вот это не слишком яркое? А никто не подумает, что я не по годам одеваюсь? А не выглядит устаревше?“ Здесь проблема, как мне кажется, в определенной степени зацикленности на абстрактном мнении абстрактного общества — и это мешает ей проявлять себя. Мешает вести блог, который приносит ей радость, мешает делать крутые штуки — пробовать новые стили, вещи, даже макияж. Всё потому, что „ну как-то глупо“. Нет, мам. Не глупо, если нравится», – Юля, 21 год, студентка.

«Когда я думаю о том, что хотела бы изменить в своих родителях, я понимаю, что все те убеждения, от которых, мне кажется, им стоило бы избавиться, так или иначе связаны с советской картиной мира. Очень категоричной и устаревшей картиной мира. Например: нужно уметь терпеть и ужиматься. Покопишь 30 лет, зато потом сможешь жить нормально. Главное ведь что — иметь свою крышу над головой. Даже если эта крыша — студия на окраине, откуда добираться до работы два часа. А выплачивать за нее ипотеку придется всю жизнь. Или вот еще девиз: „За семью надо держаться“. Что значит твое „не хочется общаться с этой двоюродной сестрой, с которой совершенно не совпадают взгляды“? Это же семья!» – Вера, 24 года, филолог.

Скилл пятый. Встроенная ирония

У миллениалов юмор, легкость, отсутствие какой-то зажатости — скорее суперспособности, которыми обладают далеко не все. У зумеров это будто бы базовая настройка — почти все они отлично шутят, обладают быстрой реакцией, свободно себя чувствуют в абсурде и парадоксах. И главное — вообще не стесняются самовыражаться нетривиально. И в том числе смеяться над собой.

«Мне кажется, что зумеры — это самое критичное и самое ироничное поколение. Возможно, отчасти потому, что наше взросление пришлось на развитие стендапа в России. И это абсолютно нормальная практика: сидеть работать, включив фоном стендап, или провести так выходные с друзьями — сходить на какой-нибудь стендап. Обычно люди там очень хлестко, жестко критикуют не только весь мир вокруг, но и свою жизнь, поэтому зумеры достаточно самоироничны», — Лиза, 21 год, студентка.

«Они и правда всё время шутят! Черного юмора очень много, мемчики какие-то, темы, которые их объединяют внутри маленьких групп, — и это спасает их сильно», – Дарья Нечайкина.

Скилл шестой. Искреннее желание помогать

Все эти рилсы с отмытыми от подвальных блох бездомными котятами, домашними животными из приютов, которых выбирают вместо дорогих и породистых питомцев, донаты благотворительным фондам и желание участвовать в таких инициативах — яркие приметы нового поколения. Наши собеседницы-благотворители подтверждают: зумеры и правда сильнее, чем мы, вовлечены в помощь ближнему. Округлить сумму при заказе еды или кроссовок на маркетплейсе в пользу фондов — очень типичное для них поведение.

«Помимо системной помощи, зумеры активно участвуют в коротких, ярких, классных проектах, когда сразу есть видимый эффект. И это не только про вклад в счастье и благополучие других, это еще и вклад в себя — таким образом молодые люди пробуют новое, знакомятся с единомышленниками, растут как личности», – Мария Афонина.

Фото: © Legio Felix / Russian Code / GS-studiya

Реклама. ООО «Кинопоиск» ИНН 7710688352, erid: 2W5zFJ37MVi