Почему онлайн-образование не работает

Стать программистом или экспертом по проблемам на Ближнем Востоке можно буквально не вставая с дивана. Онлайн-курсы, бесплатные учебники, огромные научные библиотеки — всё в одном клике от нас. И часто все эти знания можно получить совершенно бесплатно. Но статистика показывает, что абсолютному большинству людей интернет-образование не приносит никакой ощутимой пользы. Почему это происходит и есть ли шанс стать счастливым исключением — рассказывает Ирина Захарова.
Онлайн-курсы начинались как отделения Гарварда или Кембриджа и за несколько лет выросли в полноценные университеты, существующие только в сети. Интернет ломится от платных и бесплатных курсов и лекций по любой специальности. От основ этики и мировой истории до изучения языков программирования и международного права. TED — это видеовыступления спикеров со всего мира. Физтех.Science, CrashCourse,EnglishLessons4U — это нескучные и понятные образовательные каналы, посвящённые определённой теме или предмету. KhanAcademy, Coursera — целые университеты, открытые всему миру с ежедневно обновляемой базой уроков.
Как научить ребёнка заниматься на онлайн-курсах
После прохождения некоторых курсов студент получает диплом, который можно приложить к своему резюме, после других — только знания и саморазвитие. Ни то ни другое лишним не бывает. Но в онлайн-образовании есть несколько серьёзных проблем, которые намного лучше видно со стороны, чем в процессе обучения.

Это кажется огромным плюсом, особенно школьникам. Можно самому составить расписание, выбрать дни для просмотра курсов и заниматься без всякого контроля, когда захочется — совсем как взрослый. Но любой первокурсник расскажет вам, как чрезмерная свобода расслабляет мозг. Многие студенты просто не могут учиться, если их никто не заставляет.
В интернете вы не обязаны даже открывать первую лекцию, можете закончить обучение после пятой или когда всё наскучит
Можете не писать тесты, а слушать только лекции, можете не сдавать экзамены. В университете за пропуски лекций, даже если они смертельно скучные, часто отчисляют. Это даёт сильную мотивацию к учёбе. А что даёт мотивацию человеку, который сидит наедине с компьютером?
Исследователи: онлайн-студенты меньше склонны списывать
Всегда появляются дела чуть более важные, чем урок. Даже если ты всю жизнь мечтал научиться играть на гитаре, нашёл курсы, схемы, выучил пару переборов и аккордов — скорее всего, уже через неделю гитара будет заброшена на верхние полки, причём навсегда. Просто всегда есть дела поважнее. Красноречивее всего об этом говорит статистика. Если верить цифрам исследования Кэйти Джордан, онлайн-курсы заканчивают лишь 15% учащихся. Отдельно на Coursera ещё меньше — около 4%.

Преподаватели редко занимаются поучениями, разве что на лекциях. Чаще всего они пытаются почувствовать аудиторию и преподнести свой предмет так, чтобы он лучше улёгся в сознании. Проводят аналогии, примеры из жизни, развивают диалоги. Онлайн-курсы обычно обезличены. У них нет точного адресата, им не нужны рассуждения студента. Об этом в своей колонке для The New York Times писал профессор Марк Эдмундсон, преподаватель английского языка в Университете Вирджинии.
«С каждым проведённым уроком мы должны лучше понимать, что собой представляют наши студенты. Нам нужно знать, на каком они интеллектуальном уровне. Нам нужно чувствовать их характер. Обучение, даже когда у вас группа в 100 студентов, это всегда диалог. Недавно я посмотрел готовящийся к выходу онлайн-курс про Новый Завет. Это был очень хороший курс. Преподаватель был суперумным, начитанным и красноречивым, но курс нельзя назвать по-настоящему полезным. Снимали его студенты, но сам урок не относился ни к кому конкретно. По крайней мере, вы не смогли бы вынести из этого курса больше, чем из хорошей книги по тому же предмету. По-настоящему запоминающийся урок — это взаимодействие ученика и учителя».
Онлайн-обучение — это огромный шаг в сфере образования, это огромные возможности, но, как говорил Дядя Бен, с великой силой приходит великая ответственность. Чтобы онлайн-занятия работали, вам нужно обладать самоконтролем, составлять расписания, следить за собой вместо директоров и преподавателей. Быть строгим к себе и упрямо идти к цели. Только так можно попасть в число тех 15% счастливчиков, которые оканчивают университетские курсы из дома.
Популярные комментарии
Виктория ИльинаА из-за чего, собственно, сыр-бор? Чем так возмущена родительница? Может, она желает, чтобы её чадо писало в общей тетради на 96 листов, с колечками и Телепузиками на обложке? Вообще-то школьная тетрадь — не модный аксессуар и не предмет для удовлетворения родительских эстетических вкусов. Это учебный инструмент, конструкция которого давно продумана и проверена практикой. Особенно в начальной школе, где имеют значение и разлиновка, и формат, и вес тетради. Разумеется, цвет обложки сам по себе знаний не прибавляет. Но требование единообразия — вовсе не обязательно учительская прихоть. Поражает другое: с какой поразительной лёгкостью некоторые родители превращают любой пустяк в повод для скандала! Это уже какое-то откровенное кверулянтство — непременно оспорить, потребовать, пожаловаться, вмешаться туда, где собственных педагогических познаний явно недостаёт. Невольно вспоминается старинное выражение: «Мясо твоё, мастер, а кости наши». Разумеется, не в буквальном смысле, а как отражение принципа доверия к наставнику. Родители поручали мастеру обучение ребёнка, признавая его профессиональную компетентность. Может, и современным родителям пора вспомнить, что учитель — не обслуживающий персонал, обязанный потакать каждой прихоти, а профессионал, которому следует позволить спокойно делать свою работу? Защищать ребёнка от реальных нарушений необходимо. Но превращать цвет тетради в поле битвы за родительские права — уже откровенный абсурд.
Учитель требует покупать простые зеленые тетради, остальные отказывается проверять. Что это за самоуправство?
Виктория ИльинаРазговор о достойной оплате учительского труда сложнее простой формулы «надо повысить зарплаты». С главным тезисом героя статьи трудно спорить: педагог не должен думать, чем прокормить семью, и быть вынужденным добирать доход репетиторством. Но базовый уровень оплаты должен быть достойным не только в сильном столичном лицее. Хороший учитель одинаково нужен и в Москве, и в районной школе, и в селе. Право ребёнка на качественное образование не должно зависеть от места жительства. А дальше логичны дополнительные стимулы: надбавки за квалификацию, подготовку стобалльников, победителей олимпиад, серьёзные результаты учеников. Тем более статья показывает, какой труд стоит за работой с сильными и мотивированными детьми. Но есть и неудобный вопрос: насколько востребована значительная часть знаний, которые школа по единой программе обязана давать всем? Учитель здесь во многом связан требованиями системы. Однако если обучение почти не учитывает склонности и будущую траекторию ребёнка, возникает разрыв между объёмом обязательных знаний и их последующей практической ценностью. Можно сколько угодно говорить о «гармонично развитой личности», но общество в конечном счёте выше ценит то, что даёт ощутимый результат. И этот вопрос тоже нельзя исключать из разговора о зарплате учителя.
«Мы придумали делить детей на два сорта»: директор тамбовского лицея и заслуженный учитель — о культе олимпиад
Евгения СамотохинаТо что отрицательные оценки нужны — я согласна, но здесь должен быть ряд факторов: 1) как по мне текущая система оценки (пятибалльная, а по факту четырехбальная) — не то чтобы объективная. Особенно чувствуется на объемных заданиях в старших классах, когда в тексте на 2 страницы допустил 2-3 ошибки и пооучаешь тройку. Как по мне система должна иметь разбивку хотя бы в 10 баллов. 2) Часто каждый учитель сам определяет как оценивать ученика. Если с точными науками и каким-нибудь диктантом ещё более-менее понятно, то с более творческими заданиями, пересказами вообще непонятно — у одного учителя ты получаешь 5 у другого за пересказ того же качества — 3.
«Двойка должна жить». Учитель — о том, почему плохие оценки нужны детям








