Как взять Всерос по литературе. Педагоги — о секретах подготовки и культуре

14 января прошел региональный этап Всероссийской олимпиады школьников по литературе. Впереди — самое интересное, а значит, важно уже сейчас разобраться с главными вопросами школьников. Профессор СПбГУ Игорь Сухих, профессор ЯГПУ Татьяна Кучина и председатель ассоциации «Гильдия словесников» Антон Скулачев уже сделали это в YouTube-эфире образовательного центра «Сириус». Публикуем их главные тезисы.

Могут ли олимпиадные задания пересекаться со школьной программой

Прямое пересечение олимпиадных заданий со школьной программой невозможно. В XVIII и даже в XIX веке было написано не так уж много произведений, отвечающих критериям олимпиады. К тому же задача школьника — в объяснении/анализе/интерпретации именно незнакомого текста. Однако знание школьной программы тоже необходимо: произведения для анализа часто опираются на классическую литературу и ее осмысление (в этом году были отсылки к Лермонтову в рассказе Н. Катерли или смена надписи на памятнике Пушкину в рассказе М. Осоргина).

Педагогам, которые готовят олимпиадников, важно помнить, что ключевой результат литературного образования — это прежде всего читательская культура школьника. Для 9-го класса это умение «воспринимать произведение как художественное целое, концептуально осмыслять его в этой целостности, видеть воплощенный в нем авторский замысел».

Какую роль в заданиях творческого тура играет работа с визуальным контентом (иллюстрации, живопись) и как он связан с литературой

Начинающему филологу важно уметь вписать текст в контекст — например, визуальной культуры эпохи. На олимпиаде может попасться задание, где нужно соотнести пейзажи Тургенева с работами передвижников; или обложки символистских журналов с опубликованными в них текстами; или художественные работы футуристов с их экспериментами в литературных произведениях.

Хорошо, если школьник может осмыслить литературу через кино, живопись, музыку, театр. Почти все инструменты филологического анализа применимы и к анализу визуальных искусств, например разговор о художественном пространстве, о композиции, деталях, метафорах.

Как оцениваются задания, за какие ошибки снижаются баллы

При оценивании аналитического задания логические ошибки учитываются в критерии № 2 (композиция работы, цельность и связность текста), фактические — в критерии № 4 (историко-культурный и литературный контекст), речевые — в критерии № 5 (общая речевая грамотность).

В творческом задании критерии сильно зависят от типа задачи. Важный критерий в этом туре — соответствие предлагаемому жанру, коммуникативной задаче. Стилистические средства стоит выбирать исходя из нее.

Можно ли описывать в анализе текста свои эмоции

Эмоции могут послужить отправной точкой, но строить весь анализ на них не стоит. Предметом разбора должны быть скорее не эмоции сами по себе, а то, какими средствами писатель создает ту или иную эмоциональную палитру.

Разбор должен основываться на рассмотрении разных элементов и уровней текста: сюжет, система персонажей, точка зрения, повествовательная структура — в прозе; субъектная структура, композиционные приемы, образный строй, ритмическая, рифмическая, строфическая, интонационная организация текста — в лирике.

Читайте также

«Интересы детей из регионов ущемляются». Победитель Всеросов — об олимпиадной кухне

Впрочем, в литературе возможно все: появление ритмизованных фрагментов в прозе (как у Набокова), выстраивание лирического высказывания как повествования (вспомните ахматовские стихи-новеллы) и т. п. Поэтому важно выделить те компоненты, которые в каждом конкретном тексте образуют «несущую конструкцию» (в лирике нередко таковыми вообще оказываются даже не слова, а фонемы), установить структурные и смысловые связи между элементами, объяснить, какое значение они получают в произведении.

Попробуйте увидеть произведение как целостную систему, в которой разные уровни взаимосвязаны и все вместе работают на создание художественных смыслов. Про это стоит не забывать и при анализе интертекстуальных пластов: любые параллели и ассоциации должны помогать в движении к смыслам текста, а не уводить в сторону от него.

Насколько уместно использование термина «хронотоп» в анализе

«Хронотоп» — широко используемый в литературоведении термин. Если он вам жизненно необходим при анализе и при этом позволяет сказать что-то важное о произведении, запретить его использование никто не может.

Просто помните, что термины — не повод для академического щегольства. И еще одна частая ошибка школьников: используя термин «хронотоп», пишут только о времени или о пространстве, хотя в этом понятии существенно объединение времени и пространства, к примеру в идиллии, где замкнутое пространство органично сочетается с циклическим временем.

Как анализировать произведение в историко-культурном контексте, особенно если оно написано неизвестным тебе автором

Цель олимпиадного сочинения (в отличие от сочинения ЕГЭ) — не проверка знаний, а выявление уровня литературного развития, умения читать на языке образов. Поэтому (при наличии, между прочим, и знания школьной программы) какое-то представление об эпохе, времени, жанре у автора сочинения должно быть. Но все эти знания имеют фоновый характер.

В сущности, перед вами стоит простая задача: как можно более точно прочесть и понять текст и нешаблонно, интересно, привлекательно рассказать о своем прочтении

Часто, анализируя предлагаемый текст, бывает полезно вписать его в литературную традицию определенного жанра, стиля, темы, показав, какие смыслы могут рождаться из авторского обращения к этой традиции, как и с какой целью автор вступает с ней в диалог. Иногда это «диалог согласия», иногда — полемика. Убедительное (в контексте логики анализа) обращение к этой традиции, безусловно, станет основанием для выставления баллов по четвертому критерию.

Что почитать для того, чтобы научиться интертекстуальному анализу

Работы Бориса Гаспарова и Александра Жолковского. У первого — книга «Литературные лейтмотивы», у второго — разборы самых разнообразных произведений — от Пушкина до Бориса Рыжего и Семена Слепакова.

Важно: указанные работы, конечно, полезно прочесть. Но не стоит специально учиться интертекстуальному анализу (как и любому другому). Можно назвать много «ученых без метода», которые блистательно умели читать текст, не настаивая на какой-то отчетливой методологической позиции. Это, скажем, А. П. Скафтымов, упоминаемые дальше Г. А. Гуковский, М. Л. Гаспаров, Е. Г. Эткинд.

Читайте также

Не только читать! Не самые очевидные, но полезные способы подготовиться к ЕГЭ по литературе

Очень хорошо о сверхзадаче анализа сказал А. П. Скафтымов (в письме Ю.Г. Оксману): «Меня интересовала внутренняя логика структуры произведения… <…> И никогда я не навязывал автору никакой „философии“. <…> Я старался сказать о произведении только то, что оно само сказало. Моим делом тут было только перевести сказанное с языка художественной логики на нашу логику, т. е. нечто художественно-непосредственное понять в логическом соотношении всех элементов и формулировать все это нашим общим языком».

Лучшая учеба — чтение интересных конкретных разборов произведений разных родов и жанров, в том числе известных классических.

Вопросы по отдельным текстам из аналитического задания регионального этапа — 2021

Нина Катерли. «Охо-хо»

Подскажите, пожалуйста, будет ли засчитываться идея о том, что Охо-хо — это некое прошлое? Можно ли считать Охо-хо воспоминанием об ушедшем Хозяине?

Наверно, все-таки нет. Это, как уже говорилось при разборе, домовой, спутник Хозяина, если хотите, его Гений. И он исчезает после смерти Хозяина.

Леонид Сергеев. «Трамвайчик»

А можно ли было сравнить «Трамвайчик» с «Тараканищем» Чуковского? Там зайчики ехали в трамвайчике, что дает оттенок детской наивности.

Контексты должны быть уместны — об этом стоит помнить в первую очередь. Чуковский в «Тараканище» говорит о другом и по-другому, а «трамвайчик» — всего лишь точечное лексическое пересечение со стихотворением Леонида Сергеева. Но вот указать на то, что рифма «зайчик — трамвайчик» в русской литературе уже была — и как раз у Чуковского, — вполне допустимо.

Можно ли в стихотворении рассматривать образ золотистого зайчика как ребенка автора? Ведь он оказался в трамвае без билета, не на своем жизненном пути.

Не совсем понятно, кто такой «ребенок автора». В тексте мы имеем дело с субъектом лирического высказывания, который успевает повзрослеть и из мира взрослых смотрит в мир детства (доехав до «кольца», видит мальчика, «подхваченного трамвайчиком»). О самом соотношении взрослого и детского взгляда на жизнь вполне возможно говорить.

Александр Житинский. «Тикли»

Возможна ли параллель с романом «Мы»?

Это слишком «далековатый» контекст. Общее только то, что и там, и здесь ученые что-то делают. Но главное (жанр, персонажи, интонация) — совершенно различно.

Каково значение образа Шатуна?

Кажется, у него нет самостоятельного значения. Этот персонаж — элемент гротескного коллективного образа научной (и отчасти бессмысленной) работы.

Уместно ли говорить о жанре рождественского/святочного рассказа?

Вот это точно! Намек на рождественское/новогоднее чудо здесь, безусловно, есть.

Михаил Осоргин. «Человек, похожий на Пушкина»

К каким основным идеям можно было бы подводить свой анализ рассказа «Человек, похожий на Пушкина?»

Об этом говорилось при разборе. Это рассказ о странностях человеческой психологии, когда идею, смысл жизни можно найти даже в таком несерьезном занятии, как демонстрация похожести на Поэта, — и о движении времени, которое необратимо меняет нас.

…и много

Переменилось в жизни для меня,

И сам, покорный общему закону,

Переменился я…

Что означает последняя фраза в рассказе «Человек, похожий на Пушкина»?

Скорее всего, последняя фраза имеет лирически-отвлекающий и завершающий характер. Что-то вроде «Стал накрапывать дождь» в конце чеховской «Дуэли». Главное уже сказано и рассказано раньше — в самой картине встречи необратимо изменившихся людей в так же изменившемся времени.

Уместно ли было сравнение Раскольникова и Телятина, которые разделяли людей на два типа?

Скорее неуместно. Это как раз ассоциация по случайному признаку. Одна сходная точка — не совпадение рисунка.