«А напиши о баскетболистках»: как студент журфака устраивался на стажировку

Наш блогер Даниил Даниленко хочет стать журналистом. Первым шагом на пути к профессии для него стала стажировка в местной газете. В своём блоге он рассказал о собеседовании в издание и своих переживаниях. А мы добавили пару комментариев: вдруг стажерам пригодится.
Подготовка
Конечно, начал я с резюме. Главное, что надо продемонстрировать — увлеченность журналистским делом (и тут редакция сомневается. — Прим. ред.). Не обязательны перечисления регалий и дипломов — они никому не нужны. Для начинающего журналиста достаточно, например, блога на Яндексе.Дзене, в котором вы продемонстрируете свой талант и навык владения русским языком.
В общении по почте важно задавать точные вопросы, уточнить дату и время встречи в редакции, не давать волю чувствам и эмоциям. Кстати, моей главной ошибкой стала неподготовленность к встрече (мы любим спрашивать, о чем пишет «Мел», не все справляются с этим вопросом. — Прим. ред.): я совершенно не был осведомлен о событиях, происходящих в регионе, не подумал, в какой области журналистского дела мне было бы интересно работать. Это чуть не погубило мои стремления.
В редакции
На входе в редакцию меня встретил молодой и дружелюбный главный редактор. На собеседовании был еще основатель газеты, пожилой мужчина, который спросил меня: «Почему вы выбрали журналистику?» Я ответил, что мне нравится писать и влиять на общественные процессы, показал свои первые публикации (всегда звучит немного высокопарно. — Прим. ред.). Ещё я сказал, что мне бы хотелось делать большие материалы. Но это сразу пресекли: начинать надо с мелочи, например, рассказывать о происшествиях во дворе.
Потом мне стали задавать вопросы про конкретные события в городе: «Знаешь ли ты про лесорубов из области? Ничего не слышал о продаже куска земли городского парка под частное строительство?». Я ничего об этом не знал, растерялся, стал говорить что-то поверхностное. Моё волнение, конечно, заметили. Наверное, со стороны я казался немного смешным (нет, ничего смешного нет, но если устраиваешься в общественно-политическое издание, лучше быть в курсе повестки. — Прим. ред.).
Но когда главный редактор попросил придумать тему для материала, я справился: «Сейчас морозы. Как думаешь, о чем мы могли бы рассказать на страницах нашей газеты?» Я ответил, что в школах резко опускается температура, а власти не всегда могут это контролировать. Кажется, им понравился моя смелость, когда я заговорил про собственную школу и ее недостатки.
Я затронул тему отношений девушек и парней, которые учатся одном классе (это личный для меня вопрос), поговорил о работе местных театров (не особенно удачно) и вот, когда уже стало понятно, что основателю газеты моя кандидатура явно не по душе, продемонстрировал знания о футболе и местном «Иртыше». Тут случилось ощутимое «потепление». Я выдавал факты про состав, перспективы клуба, место в таблице. Беседа после этого стала дружеской.
Было видно, что два журналиста пытаются вытянуть из меня идеи для новых материалов. Они с сожалением заметили, что им не хватает новостей о спорте: местные знают про хоккей, футбол и смешанные единоборства, а вот про гандбол, «ветхий вид спорта» в Омске, пишут мало. Мне предложили получше изучить этот вопрос, а ещё сделать репортаж про баскетболисток к 8 марта (неужели у нас так мало девушек в ракетных войсках? — Прим. ред.). Я согласился.
А ещё мне предложили подумать над материалом о библиотеке: сюда надо привлекать читателей, пространству надо как-то выживать после пандемии и становиться более современным. Попросили подготовить интервью и попробовать выстроить текст об этой проблеме (и тут мы запутались, интервью или текст. — Прим. ред.). В этот момент с меня прекратил течь пот, я успокоился, а основатель газеты сказал: «Дальше сами справитесь».
Заключение
После того, как главред рассказал мне о технической стороне вопроса, показал мне редакцию и познакомил с сотрудниками, он сказал, что общался со многими достаточно известными «мастерами пера» («мастера пера» — опасный штамп — Прим. ред.), которых совсем юношами, как и меня, буквально привели за руку в этот огромный мир журналистики (печально, что этот мир не такой уж и огромный — Прим. ред.). И главными их проводниками в профессию стали как раз главные редактора. Мне сразу стало понятно, что в этом месте у меня будет возможность не только заработать, но и получить пласт бесценного опыта в этой тяжелейшей творческой специальности (интересно, что Даниил напишет по итогам стажировки? — Прим. ред.).
Вы находитесь в разделе «Блоги». Мнение автора может не совпадать с позицией редакции.
Популярные комментарии
Виктория ИльинаА из-за чего, собственно, сыр-бор? Чем так возмущена родительница? Может, она желает, чтобы её чадо писало в общей тетради на 96 листов, с колечками и Телепузиками на обложке? Вообще-то школьная тетрадь — не модный аксессуар и не предмет для удовлетворения родительских эстетических вкусов. Это учебный инструмент, конструкция которого давно продумана и проверена практикой. Особенно в начальной школе, где имеют значение и разлиновка, и формат, и вес тетради. Разумеется, цвет обложки сам по себе знаний не прибавляет. Но требование единообразия — вовсе не обязательно учительская прихоть. Поражает другое: с какой поразительной лёгкостью некоторые родители превращают любой пустяк в повод для скандала! Это уже какое-то откровенное кверулянтство — непременно оспорить, потребовать, пожаловаться, вмешаться туда, где собственных педагогических познаний явно недостаёт. Невольно вспоминается старинное выражение: «Мясо твоё, мастер, а кости наши». Разумеется, не в буквальном смысле, а как отражение принципа доверия к наставнику. Родители поручали мастеру обучение ребёнка, признавая его профессиональную компетентность. Может, и современным родителям пора вспомнить, что учитель — не обслуживающий персонал, обязанный потакать каждой прихоти, а профессионал, которому следует позволить спокойно делать свою работу? Защищать ребёнка от реальных нарушений необходимо. Но превращать цвет тетради в поле битвы за родительские права — уже откровенный абсурд.
Учитель требует покупать простые зеленые тетради, остальные отказывается проверять. Что это за самоуправство?
Виктория ИльинаРазговор о достойной оплате учительского труда сложнее простой формулы «надо повысить зарплаты». С главным тезисом героя статьи трудно спорить: педагог не должен думать, чем прокормить семью, и быть вынужденным добирать доход репетиторством. Но базовый уровень оплаты должен быть достойным не только в сильном столичном лицее. Хороший учитель одинаково нужен и в Москве, и в районной школе, и в селе. Право ребёнка на качественное образование не должно зависеть от места жительства. А дальше логичны дополнительные стимулы: надбавки за квалификацию, подготовку стобалльников, победителей олимпиад, серьёзные результаты учеников. Тем более статья показывает, какой труд стоит за работой с сильными и мотивированными детьми. Но есть и неудобный вопрос: насколько востребована значительная часть знаний, которые школа по единой программе обязана давать всем? Учитель здесь во многом связан требованиями системы. Однако если обучение почти не учитывает склонности и будущую траекторию ребёнка, возникает разрыв между объёмом обязательных знаний и их последующей практической ценностью. Можно сколько угодно говорить о «гармонично развитой личности», но общество в конечном счёте выше ценит то, что даёт ощутимый результат. И этот вопрос тоже нельзя исключать из разговора о зарплате учителя.
«Мы придумали делить детей на два сорта»: директор тамбовского лицея и заслуженный учитель — о культе олимпиад
Евгения СамотохинаТо что отрицательные оценки нужны — я согласна, но здесь должен быть ряд факторов: 1) как по мне текущая система оценки (пятибалльная, а по факту четырехбальная) — не то чтобы объективная. Особенно чувствуется на объемных заданиях в старших классах, когда в тексте на 2 страницы допустил 2-3 ошибки и пооучаешь тройку. Как по мне система должна иметь разбивку хотя бы в 10 баллов. 2) Часто каждый учитель сам определяет как оценивать ученика. Если с точными науками и каким-нибудь диктантом ещё более-менее понятно, то с более творческими заданиями, пересказами вообще непонятно — у одного учителя ты получаешь 5 у другого за пересказ того же качества — 3.
«Двойка должна жить». Учитель — о том, почему плохие оценки нужны детям







