Почему попытка контролировать детей разрушает доверие и отношения в семье
Вы же не хотите, чтобы подросток или кто-то ещё читал вашу переписку?

Тотальный контроль со стороны родителей вызывает у подростков стресс и депрессию. В отношениях с детьми появляется ещё больше напряжения, которое добавляется к многочисленным родительским тревогам. Но родители продолжают читать личные сообщения своих детей, даже если понимают, чем грозит агрессивное вторжение в жизнь ребёнка. Статья о родительском контроле и его последствиях вышла в издании Nautilus.
На протяжении двух лет бухгалтер Мэнди Снайдер занимается мониторингом жизни своей триннадцатилетней дочери. С помощью удобного шпионского приложения она может просматривать её смс, фото, видео, скачанные приложения и историю браузера.
Мэнди не видит в этом ничего странного. По её словам, прошлым летом она убедилась в необходимости такого контроля. Тогда обнаружилось, что дочь договаривалась со своим парнем о сексе. «Я знаю, что, благодаря сегодняшнему изобилию способов социального взаимодействия, моя дочь не такая наивная, какой была я в её возрасте», — говорит Снайдер.
Современные технологии не только предоставляют подросткам новые способы общения, но и создают новые проблемы. Родителям они дают возможность следить за каждым шагом их детей. Появляется возможность отслеживать переписку и посты в соцсетях, видеть места, куда отправляется ребёнок (и его телефон). Но те же инструменты контроля ставят родителей в сложное положение. Ведь грань между заботой и одержимостью в потребности всё контролировать — очень тонкая. Подростковый возраст — период кризиса в жизни детей. В это время ребёнку просто необходимо личное пространство и уважение границ этого пространства. Он отдаляется от родителей, и для многих из них это совершенно невыносимо. Родителям начинает казаться, что чем больше они будут знать о жизни ребёнка, тем больше у них будет шансов защитить его. Но на деле такой тотальный контроль приносит больше вреда, чем пользы.
«Конечная цель воспитания — вырастить здорового и самодостаточного взрослого человека. Самодостаточность начинает проявляться, когда ребёнку удаётся отползти от матери. И очень сложно в процессе воспитания найти баланс между автономностью ребёнка и заботой о его безопасности», — говорит Нэнси Дарлинг, специалист по психологии развития в Oberlin College.
Право на личную жизнь и неприкосновенность личных границ –ключевые элементы развития самодостаточности
«Неприкосновенность личной жизни — это базовая социальная потребность человека. В подростковом возрасте мозг, тело и социальные отношения ребёнка стремительно меняются. Чтобы разобраться со всем этим, ему требуется личное пространство», — комментирует Скайлер Хоук, социальный психолог из Китайского Университета Гонконга.
По мнению профессора Индианского университета Сандры Петронио, вторжение в личное пространство подростка вредит его отношениям с родителями: «Когда взрослые следят за ребёнком, они показывают, что не доверяют ему».
В результате ребёнок тоже перестает доверять родителям и становится более скрытным.
Даже если родители стараются следить за ребёнком тайно, им не так долго удаётся скрывать слежку. Современные дети разбираются в технологиях гораздо лучше взрослых и быстро находят способ противодействия родительскому контролю: заводят секретные аккаунты в соцсетях или просто оставляют телефон в шкафчике, выходя из класса.
Скайлер Хоук наблюдал этот эффект в ходе исследования, которое проводил среди учеников средней школы в Нидерландах. Детей спрашивали, уважают ли родители их личное пространство. Год спустя новый опрос показал, что дети, за которыми шпионят родители, демонстрируют более скрытное поведение. В свою очередь родители, которые шпионили за детьми, знали про их жизни меньше, чем взрослые в семьях без тотального контроля.
Вторжение в личную жизнь подростков не только портит отношения в семье, но и часто вызывает психологические проблемы
Ребёнок становится замкнутым, испытывает тревогу, депрессию, эмоциональное отчуждение. Назойливый родительский контроль подрывает веру ребёнка в то, что он способен действовать самостоятельно и независимо. У него не остаётся шансов научиться принимать собственные решения и учиться на собственном опыте.
Нэнси Дарлинг считает, что подростки наиболее остро воспринимают нарушение личного пространства, когда родители вторгаются во что-то очень личное. Например, прослушивают разговоры или читают переписку. И всё же большинство детей понимает, что у родителей есть право заботиться об их безопасности, устанавливать запреты на приём наркотиков или контролировать время возвращения из школы.
Но даже с безопасностью ясно далеко не всё. Эксперты считают, что общественное давление в отношении контроля за детьми сегодня особенно сильное. Об этом говорят частые случаи арестов родителей за то, что они позволяли детям ходить в школу одним или гулять в парке без присмотра.
Этот феномен, по мнению экспертов, связан с медиа. Они постоянно используют пугающие заголовки, чтобы привлечь внимание читателей. «Медиа повышают уровень страха и этот страх оборачивается ограничениями для детей, подростков и даже молодых людей», — говорит Петронио, — это подрывает развитие навыков, которые помогают стать самодостаточными взрослыми».
Для многих родителей желание полностью контролировать жизнь ребёнка никак не связано с его безопасностью. Это скорее способ снизить собственную тревогу. Такие родители, как правило, не очень уверены в собственных педагогических способностях.
Психологи утверждают, что для доверия между подростком и родителями лучше открытое общение, чем тайный контроль. Лучший способ узнать, что происходит с детьми, — дать им возможность самим рассказать об этом.
Благодаря современным технологиям следить за детьми сегодня очень просто. Но прежде чем вторгаться в личное пространство ребёнка, каждый родитель должен честно ответить себе, зачем он это делает.
Перевод: Михаил Абрамов
Популярные комментарии
ОльгаНекоторые родители не умеют быть родителями. Потому что не понимают, что детей любят просто так, а не за что-то. А дети вообще не обязаны соответствовать ожиданиям родителей.
Я разлюбила своего единственного сына. Почему я вижу в нем только недостатки?
HelenВыбирать нужно не школу, а учителя. Мой младший сын пошел учиться в очень хорошую школу, недалеко от дома, бытовые условия шикарные. Все условия прекрасные были. Но в первом классе уже пришлось нанимать репетиторов русского, языка и математики. И всё четыре года постоянно репетиторы. По окончании 4класса, он единственный сдал все впр на отлично и единственный, который был зачислен в математический класс. Кроме того, он единственный смог поступить в математический лицей, претендентов было 23 человека из школьного потока. Теперь в среднюю школу ребенок пойдет не рядом со школой и прекрасными условиями, а в лицей, в котором условий нет совсем нормальных, но есть лучшие преподаватели города. И я, как нормальная мать, буду возить его и забирать 6 дней в неделю. В стране практически отсутствуют кадры, но есть много хороших, светлых и комфортабельных школьных зданий. А зачем они, если учителя нет квалифицированного.
Как выбрать школу, в которую ребенок захочет ходить: чек-лист для родителей
ВековойПора уже отказаться от письма на бумаге и перейти к письму на клавиатуре. Это позволит перейти к более эффективной методике обучения. Мои внуки стучали по клавиатуре, а на экране высвечивались их ошибки. При появлении ошибки сразу обращались к правилу. При таком подходе вырабатывается автоматизм при написании слов и лучше усваиваются правила. При этом наиболее успешно усвоено то, что чаще всего встречается в практике письма, а в таком случае меньшее число совокупных ошибок по всему тексту. При письме на бумаге ребёнок не замечает своей ошибки, а узнаёт о ней после проверки работы учителем. При этом он узнаёт сразу о нескольких ошибках, а поэтому в его мозгу снижается уровень концентрации на каждой из них. Фактически старая методика фиксирует излишний труд учителя при менее эффективных результатах в учёбе.
Близок ли к реальности русский язык, который изучают в школах? 6 вопросов филологу — о языке, ИИ и мемах








