Били иголкой в «Макдоналдсе»: зачем подростки делают тату и красят волосы

В школе детей нередко ругают за цветные волосы, пирсинг и особенно татуировки. Но школьники не собираются останавливаться. Мы спросили у трех подростков, зачем они экспериментируют с собственной внешностью и что об этом думают их родители.
«Мне набили тату иголкой в кафе»
Лиза, 17 лет:
У меня иногда спрашивают: «Зачем ты делаешь татуировки и пирсинг? Хочешь выделиться?» Я всегда отвечаю, что делаю это исключительно для себя. Мне не раз приходилось участвовать в спорах по поводу моей же внешности, но главным аргументом всегда было то, что это нравится мне самой. Я ни для кого другого не стараюсь. Раньше мне приходилось очень часто это доказывать.
Понятия «запретный плод» у нас в семье нет, но это не означает, что я буду пользоваться этой свободой по максимуму и забиваться полностью. То, что родители нормально реагируют на мои татуировки, — всего лишь адекватное поведение. У нас в семье только бабушка переживает по этому поводу.
Родители, увидев новый рисунок, могут сказать: «Ну ты дура, конечно». Но это максимум
Учителя негативно реагировали разве что на мои цветные волосы. Классная руководительница отчитала меня перед мамой на классном собрании. А мама меня защитила и сказала, что если я хочу, то почему не могу покрасить волосы в розовый?
Сейчас у меня шесть татуировок — первую я сделала в 14 лет, когда приезжала в родной город. Набила маленького динозаврика на ноге после того, как старшая сестра вернулась с новой татуировкой и предложила мне тоже что-нибудь набить.

Только одна татуировка для меня значит что-то особенное — название одной из моих любимых песен, смысл которой мне очень нравится. Это Pink Floyd — «Comfortably Numb». Есть и спонтанные: как-то раз мне набили тату иголкой в «Макдоналдсе». Девочка себе новую краску купила: «Давайте потестим».
Если татуировка разонравится, я не буду ее сводить. Зачем? Это этап моей жизни, память. Я уже однажды перекрыла себе партак — и слава богу. А сводить слишком муторно.
«Иногда припрет что-то сделать, но я не могу точно ответить, что именно»
Кирилл, 17 лет:
С мамой у нас есть только одна договоренность: никаких татуировок до 18 лет. Во-первых, из-за денег: хорошая татуировка обойдется недешево. Во-вторых, мама всегда говорила, что татуировку нужно бить осознанно, понимая, что делаешь. Если хочется сделать по приколу, то лучше не надо.
Совет она мне давала на собственном опыте: у нее есть две татуировки, причем первую она сделала, когда ей было 20 с чем-то лет. Теперь татуировка ей разонравилась, но сводить ее слишком больно. Вторую татуировку она делала осознанно, и она имеет для нее особенное значение. Это не надпись, просто очень красивый рисунок — кошка, в которую как бы вписан дракон.
Мне иногда припрет что-то сделать, но я не могу точно ответить, что именно. Иногда думаю забить «рукава» — один или несколько рисунков на всю руку, от плеча до кисти. Но целый рукав у хорошего мастера стоит 100 тысяч, а мне это будет еще и больно, потому что болевой порог низкий. Да и дизайн нужно подбирать тщательно, а то татуировка может разонравиться. Сам я носил только септум (кольцо, вставленное в перегородку носа. — Прим. ред.), но перестал, потому что разонравилось.
Родители о септуме знали и ничего мне не говорили. У нас действует правило «твое тело — твое дело»
Мне никогда не приходилось вступать в споры по поводу моей внешности — может быть, я просто не обращал внимания на чужое мнение. Главное, что мне самому нравилось. Вообще, я думаю, что раз я сам доволен, то и другим мой внешний вид понравится. Банальная уверенность в себе.
«Внешность — мой инструмент самовыражения»
Настя, 17 лет:
Впервые я что-то с собой сделала в 13 лет — покрасила волосы в розовый, потому что мне казалось, что так я буду выглядеть очень крутой и взрослой. С тех пор у меня было уже несколько ярких окрашиваний, я прокалывала уши, сбривала волосы под 0,5. Но на вопрос «почему?» мне ответить сложновато.

Моя внешность — мой инструмент самовыражения. Я часто что-то меняю, чтобы показать окружающим новую часть себя. Иногда я и сама узнаю себя лучше благодаря изменениям. Бывали случаи, когда я чувствовала себя немного беспомощной, и тогда окрашивание или стрижка давали мне чувство контроля. В большинстве случаев мои родители были против экспериментов, так что практически все окрашивания я делала втайне от них.
Пыталась разговаривать, объяснять свою мотивацию, но самым эффективным способом всегда было действие. В итоге они смирились и даже поменяли свое мнение.
Сейчас такие модификации внешности — это еще и мода. Яркое окрашивание или окрашивание половины головы выглядят стильно, как и пирсинг, септум или короткая стрижка.
Фото: Shutterstock / VH-studio
Популярные комментарии
Евгения СамотохинаТо что отрицательные оценки нужны — я согласна, но здесь должен быть ряд факторов: 1) как по мне текущая система оценки (пятибалльная, а по факту четырехбальная) — не то чтобы объективная. Особенно чувствуется на объемных заданиях в старших классах, когда в тексте на 2 страницы допустил 2-3 ошибки и пооучаешь тройку. Как по мне система должна иметь разбивку хотя бы в 10 баллов. 2) Часто каждый учитель сам определяет как оценивать ученика. Если с точными науками и каким-нибудь диктантом ещё более-менее понятно, то с более творческими заданиями, пересказами вообще непонятно — у одного учителя ты получаешь 5 у другого за пересказ того же качества — 3.
«Двойка должна жить». Учитель — о том, почему плохие оценки нужны детям
АнастасияДа уж… Уважительное общение не включено в общеобразовательные стандарты и экзаменационные вопросы. Можно иметь аттестат и даже не один диплом, но при этом оставаться полнейшим хамом. Системный кризис.
«Короче, училка, варежку свою закрой». Топ-20 цитат из переписок родителей с учителями, от которых волосы встают дыбом
Виктория ИльинаА может, пора честно посмотреть на проблему не только глазами учителя? Учитель жалуется: слишком много часов, слишком много отчётности, слишком много требований сверху. И с этим трудно спорить. Но есть один неудобный вопрос: а не является ли сама школа частью проблемы, которую она годами создаёт? Попробуйте хотя бы на минуту посмотреть на ситуацию глазами ученика. Этот ребёнок, которого сегодня заставляют заучивать километры информации «для галочки», завтра станет взрослым человеком. Возможно, чиновником, руководителем, тем самым человеком, который будет писать новые стандарты, программы и инструкции для школ. Не удивительно ли, что система воспроизводит сама себя? Главная ошибка многих педагогов — не в любви к знаниям. Знания нужны. Ошибка в другом: в убеждении, что ребёнку обязательно нужно загрузить весь огромный школьный багаж, не задумываясь, что из этого действительно пригодится именно ему. И когда обществу годами пытаются доказать ценность каждого килограмма ненужной информации, неудивительно, что эта работа перестаёт восприниматься как источник реальной пользы. Может быть, выход проще? Не превращать каждый предмет в борьбу за выживание. Не ломать детей и не выгорать самим. Если ребёнку ваш предмет объективно мешает сосредоточиться на тех знаниях, которые нужны ему для будущего, — поставьте законную тройку и дайте ему возможность развиваться дальше. Иногда настоящая педагогика — это не заставить выучить всё. А понять, что именно действительно стоит учить.
«Мы согласились со своим бесправием». Учительница – о том, почему ее коллеги терпят унижения



















