Не только бабайка: чего боятся современные дети и как помочь им справиться со страхами

В мире «Гарри Поттера» было существо под названием «богарт» — оно превращалась в то, что человек боится больше всего. Победить его можно, превратив во что-то смешное. Наш блогер Елена Прудиус тоже считает, что смех — лучшее оружие против страха. И вот как вы можете его использовать.
Что делать, если ребенок чего-то боится? Один из классических методов — проигрывание и рисование своих страхов, сочинение о нем историй вместе со взрослыми, материализация того кошмара, который поселился у ребенка в голове, возможность посмотреть на него со стороны и распорядиться его судьбой.
1. Не бояться самому
Очень важно делать все это вместе со взрослым, который уже не боится и может стать проводником ребенка на территории страха. Этим взрослым обычно бывает детский психолог, но может стать и родитель.
2. Не обесценивать
Важно поверить в серьезность того переживания, в котором живет ребенок. Для него все по-настоящему, его воображение еще не полностью контролируется и фильтруется серыми клеточками коры головного мозга, и лавина эмоций из среднего, рептильного, мозга сметает все разумные доводы о том, что нет на свете ни бабайки, ни волчка (кусающего за бочок), ни страшной Момо или, о ужас, Сиреноголового.
Последние двое из вышеупомянутых — последние изобретения компьютерных гениев. Они стали широко известны детям по очень простой причине — сейчас почти каждый дошкольник имеет свободный или плохо контролируемый доступ к телефонам и планшетам. В детских садиках о монстрах из интернета возбужденно галдит детвора, пугая друг друга рассказами о собственных встречах с Сиреноголовым.
И не только дошколята боятся этих монстров. На своем приеме я познакомилась и с 12-летними мальчиками и девочками, которые верят в Сиреноголового и боятся его.
3. Запрет не поможет
Бесполезно запрещать устрашающий контент и отнимать телефон, потому что монстр уже в голове. Мы должны понимать, как правильно избавить ребенка от страха перед ним. Мы должны это сделать. В конце концов мы сами виноваты, что пускаем детей одних в неизведанный и бескрайний мир интернета. Они, подобно Красной Шапочке, идут через лес и встречают Волка. И дальше все страшно, даже то, как в конце охотники спасают бабушку и внучку, вспарывая живот хищника.
Но другого способа спасти их просто нет, и нам приходится снова и снова проигрывать сюжет Красной Шапочки, помогая ребенку, заболевшему страхом в компьютерных джунглях, встретив там своего Волка.
Однажды ко мне привели девочку — 12 лет, боится разных звуков, Сиреноголового, видит страшные сны и считает, что против нее настроены все дети в классе. Про монстра я уже знала от других детей, в том числе от собственной внучки, и удосужилась посмотреть несколько видео из ютуба. Действительно, впечатляет, эти страшные зубастые сирены могут впечатлить кого угодно.
Я предложила девочке нарисовать монстра, она это сделала, но занятие ей не понравилось. Не все любят рисовать. Тогда я ее спросила, были ли у нее страхи, которые прошли. Она утвердительно кивнула и сказала, что раньше боялась Момо. Момо я тоже знала. Добрые дети познакомили меня с этой страшной женщиной-курицей японского происхождения. Они рассказали про нее и им стало легче, а я повысила свою квалификацию детского психолога.
Итак, она боялась Момо. «А как ты перестала ее бояться?» — «А я нашла про нее смешные мемы в интернете и смотрела их. Потом перестала бояться». Молодец девочка, она самостоятельно совершила открытие Людмилы, которая сначала испугалась волшебника Черномора из сказки Пушкина «Руслан и Людмила», а перестала бояться в тот момент, когда он запутался в своей бороде, упал и остался без шапки-невидимки:
«А Черномор уж был известен,
И был смешон, а никогда
Со смехом ужас несовместен».
И мы договорились, что все дружно ищем смешные мемы про Сиреноголового, и девочка, и мама и я. В тот же вечер я нашла и прислала им парочку видео из ютуба, они со своей стороны тоже раздобыли кое-что, и весь вечер смотрели вместе. На следующей встрече состояние девочки было значительно лучше. Про Сиреноголового она уже могла говорить без ужаса в глазах, и в школе отношения как-то сами собой стали налаживаться.
Вот такая получилась мемотерапия. А Волк в сказке о Красной Шапочке, подозреваю, мог лопнуть от смеха, если злобная старая бабушка изнутри защекотала его до смерти. И рядом с ядом зачастую находится противоядие. Везде, и в виртуальных мирах тоже. Нам придется освоить их вместе с детьми, чтобы они не бродили там в жутком одиночестве.
Вы находитесь в разделе «Блоги». Мнение автора может не совпадать с позицией редакции.
На обложке: Shutterstock / Raimonds Kalva LV
Популярные комментарии
ОльгаЧто значит стукачество? Я считаю так: если тебя никак это не касается, то об этом рассказать должны участники. Макисмум, что должен сделать ребенок — рассказать об этом родителям, чтобы взрослые люди уже решали надо ли доводить ситуацию до сведения школьной администрации. А если ребенка избили, унизили или регулярно оскорбляют, то он имеет полное право и даже должен рассказать об этом взрослым: учителю и родителям. Потому что дети сами не разберутся — это все миф, что они могут и должны разобраться сами. Может именно это учительница и имела в виду, когда говорила, что дети должны ей все рассказывать? А родители сделали из мухи слона?
Учительница поощряет стукачество в классе. Стоит ли запрещать ребенку доносить на других?
Виктория ИльинаРазговор о достойной оплате учительского труда сложнее простой формулы «надо повысить зарплаты». С главным тезисом героя статьи трудно спорить: педагог не должен думать, чем прокормить семью, и быть вынужденным добирать доход репетиторством. Но базовый уровень оплаты должен быть достойным не только в сильном столичном лицее. Хороший учитель одинаково нужен и в Москве, и в районной школе, и в селе. Право ребёнка на качественное образование не должно зависеть от места жительства. А дальше логичны дополнительные стимулы: надбавки за квалификацию, подготовку стобалльников, победителей олимпиад, серьёзные результаты учеников. Тем более статья показывает, какой труд стоит за работой с сильными и мотивированными детьми. Но есть и неудобный вопрос: насколько востребована значительная часть знаний, которые школа по единой программе обязана давать всем? Учитель здесь во многом связан требованиями системы. Однако если обучение почти не учитывает склонности и будущую траекторию ребёнка, возникает разрыв между объёмом обязательных знаний и их последующей практической ценностью. Можно сколько угодно говорить о «гармонично развитой личности», но общество в конечном счёте выше ценит то, что даёт ощутимый результат. И этот вопрос тоже нельзя исключать из разговора о зарплате учителя.
«Мы придумали делить детей на два сорта»: директор тамбовского лицея и заслуженный учитель — о культе олимпиад
Евгения СамотохинаТо что отрицательные оценки нужны — я согласна, но здесь должен быть ряд факторов: 1) как по мне текущая система оценки (пятибалльная, а по факту четырехбальная) — не то чтобы объективная. Особенно чувствуется на объемных заданиях в старших классах, когда в тексте на 2 страницы допустил 2-3 ошибки и пооучаешь тройку. Как по мне система должна иметь разбивку хотя бы в 10 баллов. 2) Часто каждый учитель сам определяет как оценивать ученика. Если с точными науками и каким-нибудь диктантом ещё более-менее понятно, то с более творческими заданиями, пересказами вообще непонятно — у одного учителя ты получаешь 5 у другого за пересказ того же качества — 3.
«Двойка должна жить». Учитель — о том, почему плохие оценки нужны детям









