
Мы постоянно рассказываем о правилах поведения, которые важно обсуждать с детьми на случай, если они потеряются в общественном месте. Однако, в отличие от ребёнка, человек с деменцией не может следовать правилам. Он может даже не понимать, что оказался в опасности и что ему требуется помощь. С таким человеком недавно встретился наш блогер, студент ВШЭ Василий.
Вы когда-нибудь разговаривали с человеком, страдающим от деменции? Возможно, слово «страдать» не очень уместно. Часто такие люди и не подозревают, что с ними что-то не так. Но по внешнему виду, поведению и, самое главное, речи это заметно.
Совет 1. Если видите растерянного, странно одетого (например, в домашних тапочках) или необычно ведущего себя пожилого человека — попробуйте с ним заговорить. Так вы сможете понять, нужна ли ему помощь.
Так я и познакомился с Петром Аркадьевичем. Старичок, сидевший напротив меня в метро, уже не раз наклонялся ко мне и задавал вопросы вроде «На этой станции как-то слишком темно, да?». Поначалу я не обращал на него внимания. Но, когда собрался выходить, он спросил: «Вы уже выходите?» Это меня насторожило. Я остался. Как оказалось, не зря.
Ему нужно было ехать до станции «Фили». Когда я сказал, что он находится на конце другой ветки, он даже не шелохнулся.
Совет 2. Потерявшиеся люди с нарушениями памяти могут быть уверены в том, что знают, куда направляются. Более того, они, скорее всего, не попросят о помощи. Это не значит, что у них всё хорошо.
Я спросил мужчину, куда он направляется. Пётр Аркадьевич ответил, что домой, к друзьям, и что он уже ночевал в метро. Я подумал было, что он бездомный (к тому же от него слегка попахивало, хотя и выглядел он ухоженно). Но потом он сказал, что у него есть квартира, просто в ней сейчас делают ремонт. А потом он сказал, что едет прямо сейчас домой. В следующий раз — что отправляется к знакомым. Я попросил его назвать свой адрес. Он не смог. Дальше диалог был таким:
— А где вы работаете?
— Хм… как же это называется? Так. Ну, сварщиком я работаю.
— Во сколько вы сегодня вышли на работу?
— Ну я что, помню, что ли? На часы не смотрел. Я вот только с работы еду. Завод Хруничева.
— Вы на этом заводе работаете?
— А как же! Работаю! Как не работать! Я 37-го года рождения, сварщиком работаю. Заработал увечье себе на колено. Могу показать, коли не верите!
Мужчина вроде бы участвовал в диалоге, но будто не осознавал, что вообще происходит. Максимально уверенно отвечал на вопросы, на которые не мог дать ответ еще 5 минут назад. Ясно было, что старик не в себе. И что делать?
Решил обратиться к полицейским в метро. Позвонил машинисту по экстренной связи, на следующей станции к нам подошли. Правда, когда я объяснил полицейским, в чем дело, они первым делом спросили: «А он попросил о помощи?» Я ответил, что человек с деменцией может и не понимать, что ему нужна помощь.
Тут служители порядка ухмыльнулись и спросили у деда: «Вы знаете, куда ехать?» Пётр Аркадьевич, разумеется, ответил: «А как же!» Я был в шоке и воскликнул: «Спросите у него домашний адрес! Он не смог мне его назвать!» И тут же услышал: «Гражданин, а с какой целью вы интересовались домашним адресом пожилого человека?»
Мы долго говорили, и в итоге меня заверили, что проводят человека до станции «Фили», а дальше — сообщат о дедушке в диспетчерскую: «Всё будет хорошо. Спасибо вам ещё раз! Можете ехать домой».
Через 3 минуты дедушка шел по переходу на голубую ветку. Один.
Совет 4. Постарайтесь узнать точный адрес и телефоны родных/знакомых. Если у человека есть с собой сумка или карманы, поищите там записки или что-то, что родственники могли оставить — листок с адресом, например.
Как вы понимаете, это не мой случай. У деда даже не было с собой телефона. Понадеявшись, что он всё же вспомнит путь до дома, если мы окажемся на станции «Фили», я поехал вместе с ним.
Забегая вперед: это была фатальная ошибка. Когда мы вышли из метро, количество версий дальнейшего маршрута, которые он мне предложил, оказалось запредельным.
- «А я не знаю, как мы отсюда дойдем до дома»;
- «Автобусы уже, наверное, не ходят, а идти далеко»;
- «Дом находится около кинотеатра — вон надо поехать вдоль этой улицы. Я там покажу»;
- «Так это я про свою квартиру говорил! А до дома знакомых нужно идти по этой улице. Там еще церковь мы пройдем!»;
- «Ничего не могу узнать. Понастроили! А тот кинотеатр, наверное, уже и снесли. Да-да, припоминаю, как его сносили. Нет, отсюда мы не дойдем. Вот от „Багратионовской“ можно и пешочком»;
- «Да ты что?! Как это от „Багратионовской“ пешком? Там километра 3, я не дойду!»
Совет 5. Узнайте ФИО человека и сфотографируйте его (только тайком, чтобы он не забеспокоился). Это — ключевая информация, которая поможет «Лиза Алерт» или полиции оказать помощь человеку с деменцией.
Я слишком поверил в дедушку. Еще полчаса мы с таксистом крутились по Филям и спрашивали Петра Аркадьевича, узнает ли он места, на что получали неизменное: «Столько новых зданий — не разобраться!»
Совет 6. Если вы не можете получить от человека никакой информации, сообщите о нем по телефону 8-800-700-54-52 (поисковый отряд «Лиза Алерт»). Возможно, человека уже искали ранее.
Именно так и произошло. По телефону мне сообщили, что дедушка теряется не первый раз и у него действительно деменция. Мне сказали, что скоро мне перезвонит оператор, уже занимавшийся его случаем.
Совет 7. В столице и многих крупных городах организованы «Островки безопасности». Это места, куда вы можете отвести человека с деменцией — тогда проблема будет фактически решена. Это отделения «Сбербанка», магазины «Пятёрочка», «Перекрёсток» и «Вкусвилл». Их сотрудники специально обучены и сотрудничают с «Лиза Алерт». Если у вас нет времени самостоятельно разбираться с пожилым человеком, попробуйте отвести его туда.
В итоге со мной связался родственник этого дедушки, который вскоре сам приехал и забрал «потеряшку». Оказалось, что живёт дедушка на другом конце Москвы. Что касается Филей, то именно там находится завод Хруничева, на котором дедушка, по его словам, проработал долгое время. Видимо, поэтому именно этот район Москвы так отпечатался у него в памяти. Трудно представить, куда бы забрёл Пётр Аркадьевич, останься он один на один с городом.
Совет 8. Будьте бдительны. Запишите телефон «Лиза Алерт» — 8-800-700-54-52. Запомните информацию про «Островки безопасности».
Если нет времени возиться с пожилым человеком, а он не стоит на месте, хотя бы позвоните по телефону и сообщите его ФИО, опознавательные черты и примерное направление движения.
Итак, чек-лист по помощи пожилому человеку с деменцией.
Номер «Лиза Алерт»: 8-800-700-54-52.
«Островки безопасности»: «Пятёрочка», «Перекрёсток», «Вкусвилл», «Сбербанк».
- Пожилой человек ведет себя странно, выглядит растерянно или одет неуместно/неопрятно? Поговорите. Узнайте точный адрес, куда ему нужно или откуда он или телефон родственников/знакомых.
- Если получилось — позвоните, сообщите им о человеке и решите ситуацию вместе.
- Лучше всего — отвезти или сопроводить домой по адресу. Если не получится так сделать (нет возможности, человек не может назвать точный адрес), узнайте ФИО и сфотографируйте человека.
- Позвоните по горячей линии «Лиза Алерт».
- Если нет времени находиться рядом с человеком, отведите в один из «Островков безопасности» или хотя бы сообщите по телефону «Лиза Алерт» опознавательные знаки, место вашей встречи и направление движения. Помните: жизнь таких людей зависит только от нашего с вами внимания!
И всё-таки важно понимать: человек с деменцией может вместо своего ФИО назвать ФИО умершего друга из прошлого. Он может максимально неадекватно воспринимать мир. Так, пока мы ждали родственника моего спутника в подвале торгового центра, дедушка осматривался вокруг и говорил: «Вот понастроили всего! Город совершенно не узнать!» Чтобы он не начал волноваться, что уже поздно, а мы так долго сидим на одном месте, я сказал, что мы ждем автобус. Он поверил. Еще раз: мы сидели в торговом центре.
Поэтому лучший вариант — не ориентироваться на слова человека, а лично отдать его в руки родственников или хотя бы сопроводить до «Островка безопасности».
Вы находитесь в разделе «Блоги». Мнение автора может не совпадать с позицией редакции.
Фото: ketrinbell / Shutterstock / Fotodom
Популярные комментарии
Евгения СамотохинаТо что отрицательные оценки нужны — я согласна, но здесь должен быть ряд факторов: 1) как по мне текущая система оценки (пятибалльная, а по факту четырехбальная) — не то чтобы объективная. Особенно чувствуется на объемных заданиях в старших классах, когда в тексте на 2 страницы допустил 2-3 ошибки и пооучаешь тройку. Как по мне система должна иметь разбивку хотя бы в 10 баллов. 2) Часто каждый учитель сам определяет как оценивать ученика. Если с точными науками и каким-нибудь диктантом ещё более-менее понятно, то с более творческими заданиями, пересказами вообще непонятно — у одного учителя ты получаешь 5 у другого за пересказ того же качества — 3.
«Двойка должна жить». Учитель — о том, почему плохие оценки нужны детям
АнастасияДа уж… Уважительное общение не включено в общеобразовательные стандарты и экзаменационные вопросы. Можно иметь аттестат и даже не один диплом, но при этом оставаться полнейшим хамом. Системный кризис.
«Короче, училка, варежку свою закрой». Топ-20 цитат из переписок родителей с учителями, от которых волосы встают дыбом
Виктория ИльинаА может, пора честно посмотреть на проблему не только глазами учителя? Учитель жалуется: слишком много часов, слишком много отчётности, слишком много требований сверху. И с этим трудно спорить. Но есть один неудобный вопрос: а не является ли сама школа частью проблемы, которую она годами создаёт? Попробуйте хотя бы на минуту посмотреть на ситуацию глазами ученика. Этот ребёнок, которого сегодня заставляют заучивать километры информации «для галочки», завтра станет взрослым человеком. Возможно, чиновником, руководителем, тем самым человеком, который будет писать новые стандарты, программы и инструкции для школ. Не удивительно ли, что система воспроизводит сама себя? Главная ошибка многих педагогов — не в любви к знаниям. Знания нужны. Ошибка в другом: в убеждении, что ребёнку обязательно нужно загрузить весь огромный школьный багаж, не задумываясь, что из этого действительно пригодится именно ему. И когда обществу годами пытаются доказать ценность каждого килограмма ненужной информации, неудивительно, что эта работа перестаёт восприниматься как источник реальной пользы. Может быть, выход проще? Не превращать каждый предмет в борьбу за выживание. Не ломать детей и не выгорать самим. Если ребёнку ваш предмет объективно мешает сосредоточиться на тех знаниях, которые нужны ему для будущего, — поставьте законную тройку и дайте ему возможность развиваться дальше. Иногда настоящая педагогика — это не заставить выучить всё. А понять, что именно действительно стоит учить.
«Мы согласились со своим бесправием». Учительница – о том, почему ее коллеги терпят унижения








