«Мы вообще не запрещаем гаджеты. Никогда»: опыт многодетной семьи с шестью детьми, пятеро из которых подростки

Сколько часов в телефоне сидит ваш ребенок? А в планшете? И как часто вы их отбираете в попытке что-то изменить? Блогер «Мела», мать шестерых детей Мария Виноградова гаджеты у детей не отбирает. Никогда. И время тоже не ограничивает. Не согласны с ее воспитательной методикой? Смело заводите блог на «Меле» и высказывайтесь.
В нашей семье двое детей по 15 лет, двое 14, одному 10 и малышке 8 лет. И мы никак не ограничиваем детей в гаджетах. Наши дети получали телефоны сначала для связи, а потом чуть более дорогие для просмотра их контента и их интересов. Начиная с первого класса.
При этом у нас в семье никто телефоны не дарит. Ни Дед Мороз, ни на день рождения. Тебе нужен телефон только для связи. Хочешь чуть круче — придется вложиться своими карманными. Родители дают сумму только на самый простой. Одна из старших так накопила на айфон. У остальных простенькие андроиды.
И вот когда человек сам приобрел телефон, тогда это полностью его вещь. И мы не можем ее отобрать
Так же как и зайти в комнату ребенка без стука. Телефон — это их пространство и их секреты, их друзья, их контент.
Мы, как родители, не контролируем их время в гаджетах. И не отключаем интернет. Потому что именно так ребенок научится саморегуляции. С малышами мы перед сном оговариваем количество видео, которые они могут посмотреть. Затем я, мама, прихожу к ним и целую, читаю, разговариваем о том, что было интересно. С каждым ребенком отдельно. Только про него. И только с ним. Каждый знает, что мама до него дойдет и только с ним поговорит. Это было и остается очень важным в воспитании старших четырех двойняшек.
И читать я могу и бумажные книги, и из своего телефона, если текста нет у нас дома. Телефон перестает быть запретным плодом, а становится просто инструментом.
У каждого ребенка есть свои интересы, которые они закрывают именно гаджетами. Василиса, например, учит японский язык и через ботов в том числе узнает значение и звучание многих слов. Соня ведет свой блог про комиксы, которые придумывает и рисует. Варвара находит курсы и олимпиады для того, чтобы поступить туда, куда она хочет после школы.
При этом все дети учат разные языки. У нас семейное соревнование, в которое нас втянула бабушка, которая учит финский.
Про контент. У всех, конечно, свой. И конечно, я не знаю, кто и что смотрит. И да, конечно, про цифровую гигиену и интернет-безопасность у нас регулярные разговоры. И не только серьезные, а и в забавном ключе. Типа «Представляешь, какой чувак мне сегодня такую штуку написал!». Да, мне тоже пишут, потому что моя работа в интернете. И им пишут. И они мне об этом рассказывают. Василиса как-то рассказала, как лихо развела придурка, который ей писал не с теми намерениями. Девочки умеют блокировать и удалять тех, кто им неинтересен и с кем они не хотят общаться. И это касается переписчиков всех возрастов. И мы, как родители, можем никогда не узнать, что было с нашими детьми и кто им писал. Только разговаривая и только доверяя. И только примерами.
Мои дети видят, что моя жизнь — это не только соцлента в телефоне. В том же телефоне это еще и книги, и работа, и друзья. И у моего мужа, их папы, — тоже. Мы, например, в семейном чатике делимся еженедельно скринами самых используемых приложений за неделю. И мы уважаем это пространство друг друга. И пространство детей тоже. Никто не берет в нашей семье ничей телефон без спроса. И со спросом тоже, ведь у каждого есть свой. Смотреть чужие переписки и ленту — это дурной тон.
В общем, не надо делать из телефона козла отпущения. Надо просто любить детей, уважать их интересы, их личность и жить такой жизнью. А это самое интересное и самое сложное.
Обложка: © 3D Gear FOTO / Shutterstock / Fotodom
Популярные комментарии
ОльгаЧто значит стукачество? Я считаю так: если тебя никак это не касается, то об этом рассказать должны участники. Макисмум, что должен сделать ребенок — рассказать об этом родителям, чтобы взрослые люди уже решали надо ли доводить ситуацию до сведения школьной администрации. А если ребенка избили, унизили или регулярно оскорбляют, то он имеет полное право и даже должен рассказать об этом взрослым: учителю и родителям. Потому что дети сами не разберутся — это все миф, что они могут и должны разобраться сами. Может именно это учительница и имела в виду, когда говорила, что дети должны ей все рассказывать? А родители сделали из мухи слона?
Учительница поощряет стукачество в классе. Стоит ли запрещать ребенку доносить на других?
Виктория ИльинаРазговор о достойной оплате учительского труда сложнее простой формулы «надо повысить зарплаты». С главным тезисом героя статьи трудно спорить: педагог не должен думать, чем прокормить семью, и быть вынужденным добирать доход репетиторством. Но базовый уровень оплаты должен быть достойным не только в сильном столичном лицее. Хороший учитель одинаково нужен и в Москве, и в районной школе, и в селе. Право ребёнка на качественное образование не должно зависеть от места жительства. А дальше логичны дополнительные стимулы: надбавки за квалификацию, подготовку стобалльников, победителей олимпиад, серьёзные результаты учеников. Тем более статья показывает, какой труд стоит за работой с сильными и мотивированными детьми. Но есть и неудобный вопрос: насколько востребована значительная часть знаний, которые школа по единой программе обязана давать всем? Учитель здесь во многом связан требованиями системы. Однако если обучение почти не учитывает склонности и будущую траекторию ребёнка, возникает разрыв между объёмом обязательных знаний и их последующей практической ценностью. Можно сколько угодно говорить о «гармонично развитой личности», но общество в конечном счёте выше ценит то, что даёт ощутимый результат. И этот вопрос тоже нельзя исключать из разговора о зарплате учителя.
«Мы придумали делить детей на два сорта»: директор тамбовского лицея и заслуженный учитель — о культе олимпиад
Евгения СамотохинаТо что отрицательные оценки нужны — я согласна, но здесь должен быть ряд факторов: 1) как по мне текущая система оценки (пятибалльная, а по факту четырехбальная) — не то чтобы объективная. Особенно чувствуется на объемных заданиях в старших классах, когда в тексте на 2 страницы допустил 2-3 ошибки и пооучаешь тройку. Как по мне система должна иметь разбивку хотя бы в 10 баллов. 2) Часто каждый учитель сам определяет как оценивать ученика. Если с точными науками и каким-нибудь диктантом ещё более-менее понятно, то с более творческими заданиями, пересказами вообще непонятно — у одного учителя ты получаешь 5 у другого за пересказ того же качества — 3.
«Двойка должна жить». Учитель — о том, почему плохие оценки нужны детям







