6 доказательств того, что мозг нас обманывает (причём часто)
Конспект книги «Думай медленно. Решай быстро»

Наш мозг неидеален, и ошибки мы совершаем чаще, чем можем предположить. Это доказывает нобелевский лауреат по экономике Даниэль Канеман. Команда образовательной платформы ЛогикЛайк собрала самые полезные тезисы из его книги «Думай медленно. Решай быстро».
Почему мы ошибаемся
Ошибки восприятия заложены в самой природе человека. Чтобы объяснить, откуда они возникают, Даниэль Канеман описывает два режима мышления, условно называя их Система 1 и Система 2.
Как взаимодействуют 2 системы нашего мозга
- Система 1 легко обрабатывает данные и находит быстрые ответы в памяти. Этот процесс мы часто называем интуицией.
- Когда у Системы 1 нет быстрого ответа, она обращается за помощью к Системе 2, чтобы та проработала вопрос подробно.
- Если Система 2 одобряет решение Системы 1, они становятся убеждениями или действиями. При этом они остаются почти без изменений.
- Таким способом наш мозг старается экономить свои ресурсы. Уловки мышления, которые помогают упростить принятие решений, Канеман называет эвристикой. Эти же когнитивные хитрости могут приводить к ошибкам.
Что влияет на наши ошибочные решения

Проблема кажется нам важной, если мы с лёгкостью вспоминаем о ней. Иллюзия истины или важности возникает, когда что-то кажется нам знакомым. Например, мы уже думали об этом вопросе или многократно слышали о нём. Поэтому так легко поверить в рекламу или новость, которую тиражируют медиа. В свою очередь, СМИ выбирают темы, которые вызывают всеобщий интерес, и поэтому кажутся важными.

Если информация воспринимается легко и быстро, мы склонны ей верить. Также наша бдительность уменьшается, когда мы в хорошем настроении. Это связано с древними человеческими инстинктами и с работой амигдолы. Это часть мозга, которая отвечает за предупреждение об опасности. Если ситуация комфортна и безопасна, то нашему мозгу поступает соответствующий сигнал. Как следствие, общее настроение улучшается, и мы становимся менее настороженны и критичны к информации.
Простой пример эвристики доступности. Вы узнали, что в прошлом месяце было две авиакатастрофы, и поэтому решили впредь ездить только поездом. На самом деле риск есть и во втором случае, но на ваше решение повлияла доступность данных.

Наша Система 1 любит когерентность, то есть причинно-следственные связи. Мы стараемся создать связные истории, как в кино, даже если в реальности всё иначе. Для этого мы обращаемся к Системе 2, которая ищет недостающие факты. Поэтому мы очень охотно верим в истории успеха знаменитостей, при этом не учитываем их полезные связи или ресурсы, их реальные ошибки и неудачи.
По той же причине мы оцениваем случайные события как закономерные. Например, после 3-4-х удачных бросков одного спортсмена возникает убеждение, что у него лёгкая рука и в будущем он будет играть так же успешно. Хотя попадание в цель могло быть случайностью, а выборка (количество бросков) очень небольшая, такие иллюзии встречаются довольно часто.
Фрейминг — одно из проявлений принципа «Что вижу, то и есть». Это значит, что при смене формулировок мы меняем своё решение. Например, фраза «смертность при заболевании составляет 10%» вызывает у нас больше тревоги, чем «выживаемость при заболевании составляет 90%», хотя смысл утверждений одинаков.

Если Система 1 не находит быстрого ответа на вопрос, она подыскивает более лёгкий вопрос схожего характера и отвечает на него.
Например, на вопрос «Насколько вы счастливы» Система 1 рада предложить нам вопрос «Какое у меня было настроение в последнее время?». А если вас спросят, каков уровень безработицы в стране, вероятно, что в первую очередь вы будете вспоминать, есть ли работа у родственников и знакомых.

Эффект прайминга (предшествования) доказывает, что мы во многом мыслим не самостоятельно и подвержены влиянию.
Произнесённые идеи и слова влияют на ваши мысли. Например, если вас попросят после слова «еда» назвать ещё слово из четырёх букв, которое начиналось бы на «М», вы с большей вероятностью скажете «мясо», чем «мыло».
Идеи могут влиять и на наши действия. Например, согласно эксперименту Кэтлин Вос, мысль о деньгах вызывает у людей индивидуализм, желание действовать независимо, не просить помощи и не помогать другим.

Эффект привязки возникает в двух случаях. Мы понимаем, в каком направлении нужно скорректировать ответ, и даже находим аргументы, но не знаем точного решения. Так, подросток может сделать музыку потише по просьбе родителей, но компромисса недостаточно для обеих сторон. Для подростка музыка всё равно звучит слишком тихо, для родителей — излишне громко.
Во втором случае мы опираемся на предшествующую информацию (привязка через прайминг). Если вас спросят, был ли Лев Толстой на момент смерти старше 120 лет, ваше предположение о его возрасте будет на много лет больше, чем если бы в вопросе была названа цифра 50.
Что делать, чтобы не поддаваться на уловки мозга
- Знайте врага в лицо. Если вы знаете, как могут возникать ошибки мышления, их легче избежать. К примеру, когда вы принимаете важное решение группой, позаботьтесь, чтобы мнения участников были максимально независимы друг от друга. Так вы избежите эффекта прайминга из-за интуитивной Системы 1 и ленивой Системы 2.
- Тренируйте логическое и критическое мышление. Когда вы мыслите логично, то не делаете выводы на основе ограниченной информации, реже принимаете поспешные решения. Привычку анализировать информацию можно и стоит развивать в течение всей жизни. Например, это можно делать на сайте ЛогикЛайк — как взрослым, так и детям, начиная с пяти лет.
- Развивайте саморефлексию. Отслеживайте ваши поступки и их причины. В тот момент, когда вы обнаружили свою ошибку, подумайте, что повлияло на решение. Возможно, эмоциональная реакция либо нежелание обдумать информацию.
- Не переставайте учиться. Когда у вас есть знания и вы умеете ими пользоваться, Система 1 будет чаще вспоминать правильные ответы, а Система 2 тратить меньше ресурсов на их обдумывание.

Популярные комментарии
Виктория ИльинаА из-за чего, собственно, сыр-бор? Чем так возмущена родительница? Может, она желает, чтобы её чадо писало в общей тетради на 96 листов, с колечками и Телепузиками на обложке? Вообще-то школьная тетрадь — не модный аксессуар и не предмет для удовлетворения родительских эстетических вкусов. Это учебный инструмент, конструкция которого давно продумана и проверена практикой. Особенно в начальной школе, где имеют значение и разлиновка, и формат, и вес тетради. Разумеется, цвет обложки сам по себе знаний не прибавляет. Но требование единообразия — вовсе не обязательно учительская прихоть. Поражает другое: с какой поразительной лёгкостью некоторые родители превращают любой пустяк в повод для скандала! Это уже какое-то откровенное кверулянтство — непременно оспорить, потребовать, пожаловаться, вмешаться туда, где собственных педагогических познаний явно недостаёт. Невольно вспоминается старинное выражение: «Мясо твоё, мастер, а кости наши». Разумеется, не в буквальном смысле, а как отражение принципа доверия к наставнику. Родители поручали мастеру обучение ребёнка, признавая его профессиональную компетентность. Может, и современным родителям пора вспомнить, что учитель — не обслуживающий персонал, обязанный потакать каждой прихоти, а профессионал, которому следует позволить спокойно делать свою работу? Защищать ребёнка от реальных нарушений необходимо. Но превращать цвет тетради в поле битвы за родительские права — уже откровенный абсурд.
Учитель требует покупать простые зеленые тетради, остальные отказывается проверять. Что это за самоуправство?
Виктория ИльинаРазговор о достойной оплате учительского труда сложнее простой формулы «надо повысить зарплаты». С главным тезисом героя статьи трудно спорить: педагог не должен думать, чем прокормить семью, и быть вынужденным добирать доход репетиторством. Но базовый уровень оплаты должен быть достойным не только в сильном столичном лицее. Хороший учитель одинаково нужен и в Москве, и в районной школе, и в селе. Право ребёнка на качественное образование не должно зависеть от места жительства. А дальше логичны дополнительные стимулы: надбавки за квалификацию, подготовку стобалльников, победителей олимпиад, серьёзные результаты учеников. Тем более статья показывает, какой труд стоит за работой с сильными и мотивированными детьми. Но есть и неудобный вопрос: насколько востребована значительная часть знаний, которые школа по единой программе обязана давать всем? Учитель здесь во многом связан требованиями системы. Однако если обучение почти не учитывает склонности и будущую траекторию ребёнка, возникает разрыв между объёмом обязательных знаний и их последующей практической ценностью. Можно сколько угодно говорить о «гармонично развитой личности», но общество в конечном счёте выше ценит то, что даёт ощутимый результат. И этот вопрос тоже нельзя исключать из разговора о зарплате учителя.
«Мы придумали делить детей на два сорта»: директор тамбовского лицея и заслуженный учитель — о культе олимпиад
Евгения СамотохинаТо что отрицательные оценки нужны — я согласна, но здесь должен быть ряд факторов: 1) как по мне текущая система оценки (пятибалльная, а по факту четырехбальная) — не то чтобы объективная. Особенно чувствуется на объемных заданиях в старших классах, когда в тексте на 2 страницы допустил 2-3 ошибки и пооучаешь тройку. Как по мне система должна иметь разбивку хотя бы в 10 баллов. 2) Часто каждый учитель сам определяет как оценивать ученика. Если с точными науками и каким-нибудь диктантом ещё более-менее понятно, то с более творческими заданиями, пересказами вообще непонятно — у одного учителя ты получаешь 5 у другого за пересказ того же качества — 3.
«Двойка должна жить». Учитель — о том, почему плохие оценки нужны детям




