«Просейте мировую прозу — останется Диккенс». 8 книг, которыми зачитывался Лев Толстой
Что перечитывал, переводил и цитировал писатель

Лев Николаевич любил Гёте, переводил Лао-цзы, боготворил Руссо и жалел, что не смог познакомиться с Диккенсом. Собрали произведения, без которых трудно представить книжную полку автора «Войны и мира».
Книжная полка Толстого
- «Исповедь», Жан-Жак Руссо
- «Герман и Доротея», Иоганн Вольфганг фон Гёте
- «Жизнь Дэвид Копперфилда, рассказанная им самим», Чарлз Диккенс
- «Пармская обитель», Стендаль
- «Мир как воля и представление», Артур Шопенгауэр
- «Приключения трех русских и трех англичан в Южной Африке», Жюль Верн
- «Дао дэ цзин», Лао-цзы
- «Отверженные», Виктор Гюго
1. «Исповедь», Жан-Жак Руссо
О чем книга. Руссо рассказывает о своей жизни с рождения до 1766 года, не скрывая неприятных эпизодов: пишет о первых сексуальных фантазиях, домогательствах со стороны священнослужителей и отношениях с любовницами. В начале XIX века книгу внесли в Индекс запрещенных книг, а первый полный перевод в России был издан только в 1865 году.
Как повлияла на писателя. В пятнадцать лет вместо нательного креста Толстой носил медальон с портретом Руссо. Позднее он признавался французскому слависту Полю Буайе: «Я прочел всего Руссо, все двадцать томов. Я более чем восхищался им — я боготворил его. Многие его страницы так близки мне, что мне кажется, я их написал сам». Позже Толстой напишет собственную «Исповедь», в которой тоже попытается разобраться в себе.
2. «Герман и Доротея», Иоганн Вольфганг фон Гёте
О чем книга. Герман, сын трактирщика из небольшого немецкого городка, влюбляется в Доротею — беженку, спасающуюся от Французской революции. И сразу на ней женится. Поэма насквозь иронична, начиная с формы: она написана гекзаметром, античным размером, которым писались «Илиада» и «Одиссея». Хотя и Герман, и Доротея — обычные бюргеры.
Как повлияла на писателя. «Германа и Доротею» Толстой любил за сентиментальность и описания сельской жизни, советовал детям читать поэму вместе со «Страданиями юного Вертера» Гёте и «Разбойниками» Шиллера.
3. «Жизнь Дэвида Копперфилда, рассказанная им самим», Чарлз Диккенс
О чем книга. Писатель Дэвид Копперфилд во взрослом возрасте рассказывает свою биографию — от тяжелого детства с жестоким отчимом до начала литературной работы и женитьбы. Сам Диккенс называл этот роман своим любимым.
Как повлияла на писателя. Толстой читал «Дэвида Копперфилда» во время работы над автобиографической повестью «Детство». В дневнике он оставил короткую запись: «Какая прелесть Давид Копперфилд!», позже он отмечал: «Просейте мировую прозу — останется Диккенс, просейте Диккенса — останется „Дэвид Копперфилд“». В 1861 году в Лондоне Толстой слушал публичное чтение Диккенса, но не решился подойти к нему, опасаясь, что не сможет свободно поговорить по-английски. О неслучившемся знакомстве Толстой впоследствии сильно жалел и до конца жизни считал Диккенса важнейшим английским писателем —в яснополянском кабинете Толстого даже висел его портрет.
4. «Пармская обитель», Стендаль
О чем книга. Фабрицио дель Донго, молодой итальянец из знатной семьи, отправляется на битву при Ватерлоо, мечтая прославиться. Но реальность оказывается намного страшнее его фантазий: вместо романтизированного героического сражения он оказывается в гуще резни.
Как повлияла на писателя. «Я больше, чем кто-либо другой, многим обязан Стендалю. Он научил меня понимать войну», — говорил Толстой Полю Буайе. Особенно Лев Николаевич ценил сцену битвы при Ватерлоо в «Пармской обители». Описание сражения через хаос и растерянность обычного человека позже появится в «Войне и мире»: Пьер Безухов впервые увидит войну вблизи во время Бородина, а Андрей Болконский окажется на передовой в Шенграбенском сражении.
5. «Мир как воля и представление», Артур Шопенгауэр
О чем книга. Главная книга Шопенгауэра о том, почему человеку так сложно быть счастливым. Философ пишет, что за всем тем, что мы видим вокруг, стоит невидимая «воля» — постоянное желание чего-то хотеть, получать и достигать. Пока человек остается заложником этих желаний, он обречен страдать.
Как повлияла на писателя. Летом 1869 года, когда «Война и мир» была почти закончена, Толстой писал поэту Афанасию Фету: «Знаете ли, что было для меня нынешнее лето? Неперестающий восторг перед Шопенгауэром и ряд духовных наслаждений, которых я никогда не испытывал». Он выписал все сочинения философа, начал переводить «Мир как воля и представление» и даже предложил Фету заняться этим вместе. Идеи Шопенгауэра о страдании и смысле жизни отразились в том числе в «Анне Карениной».
6. «Приключения трех русских и трех англичан в Южной Африке», Жюль Верн
О чем книга. Сюжет романа почти анекдотический: трое русских и трое английских ученых отправляются в Южную Африку, чтобы измерить дугу меридиана и уточнить размеры Земли. Во время экспедиции они узнают о начале войны между Россией и Англией, но продолжают работать вместе, несмотря на политические разногласия.
Как повлияла на писателя. Сын Льва Николаевича Илья вспоминал, как отец читал им вечерами «Детей капитана Гранта», «20 000 лье под водой», «Трех русских и трех англичан» и «Вокруг света за 80 дней», а к последней книге даже сам рисовал иллюстрации пером. Позже Толстой говорил физику Александру Цингеру: «Романы Жюля Верна превосходны. Я их читал совсем взрослым, и всё-таки они меня восхищали».
7. «Дао дэ цзин», Лао-цзы
О чем книга. Древнекитайский трактат о дао — пути, естественном ходе вещей и добродетели. Лао-цзы пишет о ценности простоты, спокойствия и «недеяния» — умения действовать в согласии с природой, не пытаясь контролировать всё вокруг.
Как повлияла на писателя. Толстой заинтересовался Лао-цзы в 1880-х: в 1884 году он переводил главы «Дао дэ цзин» и записал в дневнике: «Переводил Лаоцы. Не выходит то, что я хотел». На полях книги он оставлял пометки вроде «метафизика прелестна». Идеи Лао-цзы о простоте, ненасилии и отказе от лишнего контроля над жизнью были близки Толстому в последние десятилетия жизни.
8. «Отверженные», Виктор Гюго
О чем книга. «Отверженные» — масштабный роман в пяти частях и десяти книгах, который охватывает несколько десятилетий французской истории. В центре сюжета — судьба бывшего каторжника Жана Вальжана, который пытается начать новую жизнь.
Как повлияла на писателя. Толстой прочел «Отверженных» вскоре после выхода романа и в 1863 году записал, что книга написана «сильно». История Жана Вальжана так его задела, что он включил собственное изложение встречи епископа и бывшего каторжника в «Азбуку» (школьное пособие для обучения детей чтению, письму и арифметике) под названием «Архиерей и разбойник». Позже в трактате «Что такое искусство?» Толстой назвал «Отверженных» одним из произведений «высшего религиозного искусства», отметив, что роман стоит читать на всех языках мира.
Обложка: коллаж «Мела». Фото: © Репродукция ТАСС; New Africa / Shutterstock / Fotodom; Jeremiah Gurney / Heritage Auction Gallery / Wikimedia Commons
Популярные комментарии
АндрейАбсолютно согласен! Надо ещё и математику убрать, а то учат детей думать и раскладывать по полочкам! И читать и грамотно общаться сейчас не в моде. Есть же нейросеть! И комментарии поможет написать! Отправлять в школу только на физкультуру, труды и ОБЗиР. А все остальные предметы платно и по желанию! Хотя и эти три предмета требуют особой подготовки, поэтому их надо тоже по желанию, а лучше вообще платно!
«Врачей жалко. А вас, тварей, нет». Честный монолог учительницы о том, что стоит за особым статусом педагогов
Виктория Ильина«Короткий ответ: никак» — пожалуй, самая спорная рекомендация статьи. Да, признание родителей не изменит прошлого, а разговор не гарантирует извинений. Но это не значит, что о пережитом нужно молчать. Между «устроить суд истории» и «закрыть тему» есть третья возможность: спокойно рассказать, что помнишь, что чувствовал и как это на тебя повлияло. Не ради мести или покаяния, а чтобы назвать пережитое своими словами и обозначить границы. Родители могут искренне не помнить — но статья лишь предполагает это, не зная обстоятельств конкретной семьи. Избирательность памяти сама по себе не доказывает ни забывчивости, ни правоты одной из сторон. Почему же защитная версия взрослых считается вероятной, а желание выросшего ребёнка высказаться объявляется попыткой «переписать детство»? Забыть старые обиды по приказу невозможно. Молчание не означает, что проблема решена. Исследования также показывают: пережитое в детстве насилие связано с повышенным риском повторения жестокого или пренебрежительного обращения со своими детьми. Поэтому очень важно не «оставить родителей в покое», а осмыслить свой опыт и не передать его дальше. Разумеется, разговор стоит подготовить и вести без оскорблений. А вот объявлять молчание универсальным способом исцеления — безответственно, важно не просто прекратить разговоры о прошлом, а именно разобраться, как не воспроизвести пережитую несправедливость уже в отношениях со своими детьми.
Родители били меня в детстве, а теперь говорят, что ничего не было. Почему они так делают?
Юрий НикольскийПолвека сохраняю вес. Утром встаю на весы. Если вес выше той отметки, что установил полвека тому назад, то в этот день пищи на четверть меньше предыдущего дня. Ем по 6 раз в день, йогурт за час до сна. Не редко толстеют в годы, когда перестают расти — здесь уменьшаются затраты, а привычка есть столько же сохраняется. Второй период после окончания учёбы — начинается спокойная жизнь. Третий период — организм стареет, то новые клетки образуются всё реже. Сейчас потребляю пищи в 3 раза меньше чем полвека тому назад. Для женщин ещё есть периоды, связанные с беременностью.
Дело не в гормонах: 10 ошибок, из-за которых вы не можете похудеть








