Лето без компьютера и интернета. Как подростку выжить в деревне
Исландская сага о юном рэпере, которого отправили к бабушке
Каждый месяц литературный критик Сергей Сдобнов выбирает одну важную книгу. В ноябре это «Сага о юном Сёльви» исландца Арнара Маура Арнгримсона, которая выйдет в 2019 году в издательстве «Самокат» в переводе Бориса Жарова. Подросток по имени Сёльви целыми днями сидит в своей комнате и не выходит из интернета, но на лето его отправляют к бабушке, где придётся выжить без сети.
Лето наедине с собой
Главному герою Сёльви — пятнадцать. Его бабушка живёт на краю света — в деревне, где все друг друга знают, ходят в туалет за дом и никуда не спешат. Там он остаётся один. Без телефона и интернета. Вдали от цивилизации Сёльви пишет рэп, пытается читать бумажные книги, чинит дом и освобождается от цифровой зависимости, но оказывается в плену её последствий: ему очень сложно оставаться наедине с самим собой.
«Как вообще жить без телефона и компьютера? Целый день слушать свои мысли?» — думает пятнадцатилетний Сёльви. Мама собрала ему в дорогу сумку с вещами, положив под свитер вазелин и пачку презервативов. Родители для него скорее Инга и Даниэль, чем мама и папа. Но говорить с ними не о чем; впрочем, другие взрослые тоже не намного интереснее.
«Куда он попал? На стене постеры с пауэрлифтером Йоуном Паудлем и Дэвидом Боуи. На этажерке деревянный голубь — неумелая школьная поделка — и выцветшие исландские флажки. Целую стену занимали полки с книгами и виниловыми пластинками. На столе древний проигрыватель и усилитель — полное ретро. Правильно, так и должен выглядеть ад под названием „восьмидесятые“».
Бабушке сразу не понравилось, как Сёльви разговаривает: «Прикалываешься? Парень, научись говорить нормально. Скажи „шутишь“ или „принимаешь меня за идиота“».
Целый день в одной комнате
В первые дни в деревне Сёльви думал, что сойдёт с ума от тишины и работы. Бабушка постоянно нагружала его, а из развлечений только толстые книги, за которыми засыпаешь, и фильмы из девяностых, которые она выбирает. Дома, в городе, он до и после школы закрывался в комнате и искал в интернете порно, потому что хотел посмотреть, как люди занимаются любовью. Найти нормальные секс-видео не просто, а родители с ним об этом никогда не говорили.
В книжном шкафу у бабушки он нашёл старые порножурналы — наверное, их смотрел ещё его отец. «Валет червей», «Медвежонок» — странные названия, а на пыльных страницах можно увидеть, как постоялица гостиницы набрасывается на повара.
Когда всё надоедает, Сёльви открывает тетрадь и пишет:
Вы меня как бы учите, но это просто ложь,
Руки мои пусты, стихи — мой острый нож.
Я застрял между скобок, ошибка, системный сбой,
Но я всегда верил, что кто-то меня заберет с собой.
Я вырос на порнушке пополам с рафинадом.
Каждый прожитый день казался мне серым адом.
Но вместо того, чтобы вырваться или хотя бы кричать,
Я заходил на торренты и нажимал «скачать».
Жизнь важнее соцсетей
В деревне у Сёльви слишком много времени, чтобы думать о самом себе. Раньше он переживал из-за того, сколько лайков собирают его посты в фейсбуке. Но здесь объявление на доске в местном магазине работает лучше, чем пост в соцсетях. Иногда Сёльви вспоминает о школе и пишет письмо ненависти учителю или своему другу Скугги, зовет его к себе в гости. Но друг не приедет, он стал командиром в какой-то компьютерной игре, переутомился и лежит в больнице.
Бабушка, ее сосед и его внучка Арндис — все, с кем Сёльви общается летом. Они любят Сёльви за то, что он может помочь с техникой, убраться в доме или играть в футбол.
Никто не делает ему скидок, потому что он ребёнок. Бабушка учит его водить машину. Сосед — ловить овец
Сёльви задумывается — может, и не стоит возвращаться в школу, где на него всё время смотрят, давят и оценивают его успех? Арндис работает в баре и рассказывает Сёльви, как клиенты-мужчины находят её в соцсетях и пишут, и пишут. Возможно, она скоро и вовсе откажется от телефона.
В этой тихой деревне всем интересен Сёльви, а не его посты в фейсбуке. Когда к нему приезжает отец, он робко рассказывает, как взрослел сам: «Я знаю, что тебе это покажется глупым, но в то время никто не интересовался, чем занимаются или что думают дети. Нас особенно не воспитывали».
В «Саге о Сёльви» взрослые постепенно отходят на второй план, а подростки всё чаще остаются в осознанном одиночестве, вместе с которым начинается настоящая взрослая жизнь. Когда ты понимаешь, что родители не вечны, бабушки умирают, а у того, кого ты любишь, чувства могут остыть, пока сам ты ещё горишь. Накануне шестнадцатилетия Сёльви вдруг понимает, что совсем повзрослел, ему не интересно пить и тусить. Он пишет новые стихи:
Нет ничего более холодного, чем голова осенью.
Когда опадают листья, опускаются руки и мысли устремляются
В беззвездное небо через головной убор, крышу и облака.
И голова часами остается там под чёрным небом.
В день рождения Сёльви и Арндис обсуждают не подарки и вечеринки, а права, которые получает подросток в этом возрасте. Например, не оканчивать школу и участвовать в политической жизни страны.
Популярные комментарии
Евгения СамотохинаТо что отрицательные оценки нужны — я согласна, но здесь должен быть ряд факторов: 1) как по мне текущая система оценки (пятибалльная, а по факту четырехбальная) — не то чтобы объективная. Особенно чувствуется на объемных заданиях в старших классах, когда в тексте на 2 страницы допустил 2-3 ошибки и пооучаешь тройку. Как по мне система должна иметь разбивку хотя бы в 10 баллов. 2) Часто каждый учитель сам определяет как оценивать ученика. Если с точными науками и каким-нибудь диктантом ещё более-менее понятно, то с более творческими заданиями, пересказами вообще непонятно — у одного учителя ты получаешь 5 у другого за пересказ того же качества — 3.
«Двойка должна жить». Учитель — о том, почему плохие оценки нужны детям
АнастасияДа уж… Уважительное общение не включено в общеобразовательные стандарты и экзаменационные вопросы. Можно иметь аттестат и даже не один диплом, но при этом оставаться полнейшим хамом. Системный кризис.
«Короче, училка, варежку свою закрой». Топ-20 цитат из переписок родителей с учителями, от которых волосы встают дыбом
Виктория ИльинаА может, пора честно посмотреть на проблему не только глазами учителя? Учитель жалуется: слишком много часов, слишком много отчётности, слишком много требований сверху. И с этим трудно спорить. Но есть один неудобный вопрос: а не является ли сама школа частью проблемы, которую она годами создаёт? Попробуйте хотя бы на минуту посмотреть на ситуацию глазами ученика. Этот ребёнок, которого сегодня заставляют заучивать километры информации «для галочки», завтра станет взрослым человеком. Возможно, чиновником, руководителем, тем самым человеком, который будет писать новые стандарты, программы и инструкции для школ. Не удивительно ли, что система воспроизводит сама себя? Главная ошибка многих педагогов — не в любви к знаниям. Знания нужны. Ошибка в другом: в убеждении, что ребёнку обязательно нужно загрузить весь огромный школьный багаж, не задумываясь, что из этого действительно пригодится именно ему. И когда обществу годами пытаются доказать ценность каждого килограмма ненужной информации, неудивительно, что эта работа перестаёт восприниматься как источник реальной пользы. Может быть, выход проще? Не превращать каждый предмет в борьбу за выживание. Не ломать детей и не выгорать самим. Если ребёнку ваш предмет объективно мешает сосредоточиться на тех знаниях, которые нужны ему для будущего, — поставьте законную тройку и дайте ему возможность развиваться дальше. Иногда настоящая педагогика — это не заставить выучить всё. А понять, что именно действительно стоит учить.
«Мы согласились со своим бесправием». Учительница – о том, почему ее коллеги терпят унижения
