Бюджетные места есть, а студентов нет: зачем вузы набирают «мертвые души»

Бывшего ректора Алтайского аграрного университета обвинили в зачислении на первый курс уже действующих студентов вуза. Подобное происходит не впервые — региональные вузы уже неоднократно обвиняли в наборе «мертвых душ» на бюджет. Разбираемся, зачем университетам нужны фиктивные студенты.

Что произошло

Экс-ректора Алтайского аграрного университета Николая Колпакова обвиняют в том, что он помог вузу формально закрыть недобор на бюджетные места. Во время приемной кампании университет не смог набрать нужное число первокурсников, и, по версии следствия, на свободные места решили заново зачислить 97 студентов, которые уже учились в вузе. Благодаря этому университету не пришлось возвращать государству более 12 млн рублей субсидии.

Само по себе обучение на нескольких бюджетных местах не запрещено: «Мел» уже писал о том, как студенты законно получают сразу два или даже три образования за счет государства. Однако правоохранители уверены, что в Алтайском аграрном университете повторное зачисление было в интересах руководства вуза: ректор Николай Колпаков получил за выполнение плана по набору не только госфинансирование, но и премию в 195 тысяч рублей.

В ходе расследования также выяснилось, что фиктивным студентам начисляли деньги. Обычная стипендия в этом вузе — 2260 рублей в месяц. За четыре года обучения в бакалавриате один студент в таком случае мог бы получить чуть больше 108 тысяч рублей. Таких студентов было 97, то есть на всех могло бы уйти около 10 млн рублей. Но руководство, по подсчетам следователей, остановилось на трех — примерно трети от возможной суммы.

Уголовное дело в отношении бывшего ректора возбудили по статье о превышении должностных полномочий. Его могут лишить свободы на срок от трех до 10 лет, а также лишить права занимать некоторые должности.

Зачем всё это нужно

Минобрнауки делает это через открытый конкурс: университеты подают заявки, а министерство оценивает их с учетом потребности государства и региона в специалистах, востребованности выпускников и эффективности работы самого вуза. В частности, учитывается, устраиваются ли выпускники по специальности. То есть вузы не получают фиксированное количество бюджетных мест каждый год.

За бюджетными местами следует государственное финансирование на обучение студентов. Вуз получает деньги в рамках госзадания — на образовательный процесс, зарплаты сотрудников, содержание и развитие инфраструктуры и другие расходы, связанные с обучением. Если бюджетные места, на которые выделили деньги, остались незаполненными, часть полученного финансирования могут потребовать вернуть. А возвращать деньги руководству не хочется.

Есть еще одна, менее очевидная причина, по которой руководители вузов могут бояться недобора. По словам профессора Евгения Белого, которые приводят «Известия», ректоров вузов с недобором может беспокоить не столько возможное сокращение бюджетных мест в следующем году и возвращение финансирования, сколько риск потерять должность из-за провальной приемной кампании. Снизить риск мошеннических схем, считает эксперт, можно, если перестать давить на руководителей вузов из-за невыполнения планов по набору.

Как часто такое происходит

История Алтайского университета — не исключение, а схема с повторным зачислением — не единственная. Иногда вузы предлагают абитуриентам, не прошедшим по конкурсу, занять свободные бюджетные места на менее востребованных специальностях, а через пару семестров перевестись на желаемое направление. В других случаях заочников оформляют как очных студентов, при этом закрывают глаза на их фактическое отсутствие на занятиях. Звучит это довольно безобидно, но, согласитесь, о качестве высшего образования в таких случаях говорить сложно.

Ну и самый простой вариант — зачислить на свободные места не студентов, а случайных людей через внутренние вступительные испытания, которые контролирует только сам вуз: например, родственников или знакомых сотрудников университета, которым образование не нужно и которые ни разу в вузе не появятся.

Впрочем, за вузами следят всё внимательнее, чтобы такими схемами они не пользовались. Вот несколько случаев, которые удалось выявить в последние годы:

• Сыктывкар — 80 «мертвых душ»

С 2017 по 2020 год в Сыктывкарский госуниверситет им. Питирима Сорокина незаконно зачислили 80 фиктивных студентов — среди них были родственники, знакомые и коллеги 13 сотрудников вуза. Ущерб Министерства науки и высшего образования оценили в 19,5 млн рублей. Кстати, в этом году в вузе снова недобор.

• Воронежская область — 50 «мертвых душ»

В 2020 году в филиале Воронежского государственного технического университета в Борисоглебске попытались закрыть 50 выделенных бюджетных мест за счет студентов, которые уже учились в вузе, пишут «Ведомости». Схему обнаружили быстро — на этапе подготовки к выплате стипендий. Всех повторно зачисленных студентов отчислили, бюджетные средства на их обучение потратить не успели. Руководителя филиала уволили за ненадлежащий контроль за подготовкой приказа о зачислении.

• Якутск — 136 «мертвых душ»

В 2020 году в Якутске задержали ректора Арктического государственного агротехнологического университета Ивана Слепцова. По данным следствия, с 2016 по 2020 год вуз получил из федерального бюджета более 250 млн рублей на обучение 136 несуществующих студентов. Эти люди фактически не поступали в университет и не учились, а выделенные на их обучение деньги, как утверждает следствие, тратили на другие цели. Схему выявила проверка, которую прокуратура проводила совместно с МВД и ФСБ.

Что происходит в регионах с бюджетными местами

В России 899 государственных вузов в 287 городах, и спрос на них распределен крайне неравномерно. Пока Минобрнауки выделяет больше бюджетных мест региональным вузам (у них 73,4% от всех мест), в столичных продолжается давка из стобалльников и олимпиадников.

«Мел» уже писал о дополнительном наборе, который российские вузы открывают, чтобы закрыть оставшиеся после основной приемной кампании бюджетные места. В Москве недобор студентов в вузах — скорее исключение. В этом году дополнительный набор открыли на педагогические специальности (неудивительно), медицинские и инженерные. А вот в региональных вузах встречается недобор на филологию, журналистику — представить, что такое могло бы произойти в Москве или Питере, очень сложно.

Профессор Евгений Белый обращает внимание на проблему такого набора. «Нужно понимать, что на направления, по которым объявлен допнабор, в ходе основного приема вузы зачислили всех, кто преодолел на ЕГЭ „пороги“. Так что о качестве в этом случае говорить не приходится», — пишет он в своем телеграм-канале.

По мнению эксперта, ситуация с недобором в вузах может усугубиться из-за сокращения числа выпускников школ, в том числе вследствие политики по ограничению приема в 10-е классы в пользу среднего профессионального образования.

«Кампания по ограничению поступления в 10-й класс в пользу СПО, несомненно, будет сказываться с каждым годом всё больше и создавать дополнительные проблемы для вузов, не входящих в топ. Поэтому руководителям системы образования пора начинать об этом задумываться и корректировать контрольные цифры приема», — комментирует ситуацию Евгений Белый в разговоре с «Известиями».

Обложка: коллаж «Мела». Фото: © KOTOIMAGES / Shutterstock / Fotodom