Бюджет снова забрали олимпиадники? Почему даже стобалльники паникуют после публикации конкурсных списков
Собрали мнения экспертов

В этом году ряд вузов объявили об ужесточении правил приема абитуриентов по олимпиадам. Однако «давка» из олимпиадников, кажется, никуда не делась. В соцсетях пишут: в этом году поступить на бюджет не могут даже мультистобалльники. Разбираемся, действительно ли это так и стоит ли абитуриентам переживать.
Что произошло
27 июля вузы опубликовали конкурсные списки с ранжированием абитуриентов. По ним поступающие могут понять, сколько человек опережают их по баллам, а также сколько конкурентов уже подали согласия на зачисление.
На фоне публикации списков в соцсетях завирусилось видео одного из абитуриентов — победителя перечневых олимпиад, который показал конкурсную ситуацию на своем направлении.
«Я поступаю в Финансовый университет на международную экономику и торговлю (с углубленным изучением экономики Китая и китайского языка). У нас 52 бюджетных места. Подали документы 4200 человек. Благодаря олимпиадам я сейчас держусь на 19-м месте, но у нас бэвэишников больше, чем бюджетных мест: 92 человека (до этого их было вообще 110).
Хочу вам показать уникальный кейс, как другой абитуриент, у которого три сотки за ЕГЭ и 10 баллов за индивидуальные достижения, не может пройти на бюджет. Вообще без шансов. Просто потому, что он не писал олимпиаду».

Поддержите «Мел»: отметьте нас галочкой в Google — и классные, интересные, важные тексты будут появляться в вашей ленте чаще.
Правда ли всё так плохо?
В приемной комиссии Финансового университета, о котором как раз идет речь на видео абитуриента, объясняют: конкурсные списки пока не показывают реальную ситуацию с поступлением.
Дело в том, что каждый абитуриент может подать документы в пять вузов и на пять направлений в каждом из них — всего до 25 заявлений. Олимпиадники тоже. Получается, что один абитуриент с БВИ может одновременно находиться в десятках конкурсных списков.
И пока он не выбрал, куда именно пойдет учиться, это создает ощущение огромного конкурса и дефицита мест. Реальная ситуация становится понятна только после того, как заканчивается этап подачи согласий на зачисление.
Несмотря на это, как рассказала BFM проректор по работе с абитуриентами Финансового университета Светлана Брюховецкая, на некоторых направлениях конкурс будет состоять только из олимпиадников. «Нам подали заявления более 800 олимпиадников, хотя в этом году мы сократили перечень олимпиад, которые принимаем», — рассказала она.
Такая ситуация связана не только с количеством олимпиадников, но и с тем, куда именно они поступают. В целом доля абитуриентов с БВИ среди всех поступающих на бюджет остается небольшой: в 2025 году по этому основанию в вузы поступили 9,2 тысячи человек — это 2,6% от общего числа зачисленных на бюджет.
Однако такие абитуриенты распределяются неравномерно: большинство победителей и призеров олимпиад выбирают одни и те же ведущие университеты и одни и те же популярные направления. Именно поэтому на некоторых программах возникает ситуация, когда значительная часть бюджетных мест оказывается занята олимпиадниками почти сразу.
Что будет дальше
В этом году абитуриентам доступны около 620 тысяч бюджетных мест, из них 371 тысяча — на программы очного бакалавриата и специалитета. При этом выпускников, набравших максимальные 300 баллов на ЕГЭ, всего 76 человек, а 400 баллов получили восемь человек.
Число выпускников с максимальными баллами, конечно, несопоставимо с количеством бюджетных мест, но проблема возникает из-за того, что самые сильные абитуриенты с высокими баллами ЕГЭ концентрируются в тех же вузах, что и олимпиадники.
Получается, 300 баллов за ЕГЭ не всегда становятся гарантией поступления именно туда, куда хочет выпускник: на самые престижные направления конкуренция остается настолько высокой, что даже максимальный результат может не помочь. При этом абитуриенты с меньшими баллами могут получить бюджетные места в других университетах, где нет такого количества олимпиадников.
Высокобалльникам остается мониторить конкурсные списки (они обновляются не менее 5 раз в сутки) и ждать завершения этапа подачи согласий на зачисление. Многие абитуриенты пока находятся сразу в нескольких списках, поэтому после окончательного выбора вуза ситуация может сильно измениться.

Приемная кампания в вузы — 2026: все важные даты и 6 советов абитуриентам в панике
А вот вопрос с олимпиадниками, которых оказывается больше, чем бюджетных мест, вероятнее всего, будут решать сами университеты. В прошлом году ряд ведущих вузов зачислял победителей и призеров олимпиад за счет собственных средств, если бюджетные места заканчивались.
Обложка: коллаж «Мела». Фото: © smith371 / Shutterstock / Fotodom
Популярные комментарии
Евгения СамотохинаТо что отрицательные оценки нужны — я согласна, но здесь должен быть ряд факторов: 1) как по мне текущая система оценки (пятибалльная, а по факту четырехбальная) — не то чтобы объективная. Особенно чувствуется на объемных заданиях в старших классах, когда в тексте на 2 страницы допустил 2-3 ошибки и пооучаешь тройку. Как по мне система должна иметь разбивку хотя бы в 10 баллов. 2) Часто каждый учитель сам определяет как оценивать ученика. Если с точными науками и каким-нибудь диктантом ещё более-менее понятно, то с более творческими заданиями, пересказами вообще непонятно — у одного учителя ты получаешь 5 у другого за пересказ того же качества — 3.
«Двойка должна жить». Учитель — о том, почему плохие оценки нужны детям
АнастасияДа уж… Уважительное общение не включено в общеобразовательные стандарты и экзаменационные вопросы. Можно иметь аттестат и даже не один диплом, но при этом оставаться полнейшим хамом. Системный кризис.
«Короче, училка, варежку свою закрой». Топ-20 цитат из переписок родителей с учителями, от которых волосы встают дыбом
Виктория ИльинаА может, пора честно посмотреть на проблему не только глазами учителя? Учитель жалуется: слишком много часов, слишком много отчётности, слишком много требований сверху. И с этим трудно спорить. Но есть один неудобный вопрос: а не является ли сама школа частью проблемы, которую она годами создаёт? Попробуйте хотя бы на минуту посмотреть на ситуацию глазами ученика. Этот ребёнок, которого сегодня заставляют заучивать километры информации «для галочки», завтра станет взрослым человеком. Возможно, чиновником, руководителем, тем самым человеком, который будет писать новые стандарты, программы и инструкции для школ. Не удивительно ли, что система воспроизводит сама себя? Главная ошибка многих педагогов — не в любви к знаниям. Знания нужны. Ошибка в другом: в убеждении, что ребёнку обязательно нужно загрузить весь огромный школьный багаж, не задумываясь, что из этого действительно пригодится именно ему. И когда обществу годами пытаются доказать ценность каждого килограмма ненужной информации, неудивительно, что эта работа перестаёт восприниматься как источник реальной пользы. Может быть, выход проще? Не превращать каждый предмет в борьбу за выживание. Не ломать детей и не выгорать самим. Если ребёнку ваш предмет объективно мешает сосредоточиться на тех знаниях, которые нужны ему для будущего, — поставьте законную тройку и дайте ему возможность развиваться дальше. Иногда настоящая педагогика — это не заставить выучить всё. А понять, что именно действительно стоит учить.
«Мы согласились со своим бесправием». Учительница – о том, почему ее коллеги терпят унижения








