«Ребенок не должен читать в три года!» Чем опасны попытки научить детей читать слишком рано
Как не отбить у дошкольника интерес к книгам

Кажется, чем раньше ребенок научится читать, тем лучше будет всей семье. Поэтому родители покупают буквари для трехлеток и стараются заниматься с детьми с самого раннего возраста. Но иногда именно эти попытки отбивают у детей всякое желание читать. Постоянный блогер «Мела», педагог и психолог Шамиль Ахмадуллин рассказывает, почему так происходит и как привить любовь к книгам без давления.
Один из самых частых вопросов, который мне задают тревожные родители: «Шамиль, знакомые говорят, что их ребенок уже в три года читает, а наш только картинки разглядывает. Мы что-то упускаем?» Мой ответ всегда один: нет.
Вы ничего не упускаете. Более того, детей, которые в три года действительно умеют читать, единицы. А там, где малыша всё же удалось усадить за буквы силой, всё нередко заканчивается совсем не так, как мечтали родители. Объясню почему.
Почему один читает в три, а другой — только в семь
Сначала давайте разберемся, как вообще ребенок начинает читать. Чтение — на самом деле очень сложный навык, который складывается сразу из множества умений. Только вдумайтесь, чтобы прочитать хотя бы слог, мозгу нужно:
- научиться выделять отдельные звуки в слове,
- удерживать внимание,
- вести взгляд по строке слева направо,
- связывать букву со звуком и не потерять нить, пока добираешься до следующей.
Эти навыки созревают у разных детей в разное время. У одного — в четыре года, у другого — в семь. И это совершенно нормально. Не отставание и не «брак», а просто разные темпы развития — как с зубами: у кого-то они лезут рано, у кого-то — поздно, но в итоге все одинаково грызут яблоки.
«А как же знакомый ребенок, который читает в три?» — спросите вы. Во-первых, очень часто под «читает» подразумевают совсем другое: малыш выучил любимую книжку наизусть и «читает», водя пальцем по строчкам, или узнает несколько знакомых слов целиком, как картинки.
Настоящее чтение — это когда ребенок видит незнакомое слово и самостоятельно складывает его из звуков. В три года такое встречается крайне редко.
А во-вторых, даже если ребенок действительно рано начал, это ничего не гарантирует в будущем. Тот, кто сел за буквы в семь, к концу первого класса спокойно догоняет «раннего» читателя, а часто и обгоняет. В данном случае ранний старт — не фора.
Что происходит, когда ребенка учат читать раньше срока
Вы можете возразить: «Ну хорошо, не фора. Но что плохого, если мы позанимаемся пораньше?»
Если ребенок готов и ему это в радость — занимайтесь на здоровье. Проблемы начинаются, когда он еще не готов, а его всё равно сажают за буквы. Потому что «надо», «у других уже умеют», «скоро школа».
Посмотрите, что происходит в такой ситуации. Мозг ребенка еще не дозрел до слияния слогов — это не лень и не неспособность, это просто физиология. Он старается, но ничего не выходит. А рядом сидит любящая мама, которая хотела как лучше. Она уже в третий раз поправляет, вздыхает, хмурится: «Ну я же только что показывала».
И ребенок делает вывод. Только не тот, на который мы рассчитывали. Не «Я еще маленький, подрасту — научусь». В три года мышление проще: «Когда я читаю, мама расстраивается. Значит, чтение — это плохо». И эта связка — буквы и недовольство близкого человека — закрепляется очень прочно.
А дальше происходит самое обидное. Проходит три-четыре года. Ребенку шесть-семь, он уже дозрел, мог бы читать легко и с удовольствием. Вот только он садится за букварь — и внутри у него всё сжимается. Потому что чтение для него давно стало тем неприятным делом, из-за которого мама когда-то вздыхала.
Мы своими руками, из самых лучших побуждений, отбили желание еще до того, как оно могло появиться
Вот в этом и заключается главный вред раннего форсированного обучения. Не в том, что ребенок «не научится» — может, и научится. А в том, что он заплатит за раннюю галочку самым ценным — желанием читать. А вернуть это желание гораздо сложнее, чем дать сам навык.
Как учить читать правильно
У меня есть простое правило, что значит учить ребенка читать хорошо. Это не «как можно раньше» и не «чтобы все удивлялись». Это — добиться хорошего результата, потратив меньше нервов, сил и времени, и при этом не потерять желание учиться. Именно последнее — самое важное.
Научить можно и трехлетку, если надавить. Но если в нагрузку к навыку ребенок получит отвращение к книгам — это не победа, а поражение, просто отложенное до школы.
Поэтому в своем букваре я ориентируюсь на возраст пять-семь лет и придерживаюсь трех главных правил:
- Садиться за буквы только в хорошем настроении. И у ребенка, и у вас. Устали, раздражены, спешите — лучше вообще не начинать.
- Это игра, а не урок. «Сели ровно, открыли страницу» со строгим лицом — верный способ отбить желание. Занимаемся пять, десять, пятнадцать минут, только пока ребенку интересно. Просит еще — отлично. Заскучал — закрыли букварь и пошли играть.
- Самое сложное для нас, взрослых: не критиковать. Запнулся на слоге — это не повод вздыхать, а просто сигнал, что здесь нужно еще потренироваться. Спокойно, по-доброму, без оценок.
И что же делать с трехлеткой
То, что подходит именно трехлетке. И это, кстати, лучшая подготовка к чтению.
Читайте ему вслух. Много, с удовольствием, разными голосами. Играйте со звуками: «С какого звука начинается „каша“? А что еще начинается на этот звук?» Разглядывайте картинки и вместе придумывайте, что там происходит. Лепите, рисуйте, обводите буквы пальцем — рука, которая всё это умеет, потом легко возьмется за ручку.
Всё это незаметно готовит почву. И когда ребенок дозреет (а он обязательно дозреет), буквы лягут на готовое — легко и без слез.
Потому что цель не в галочке «читает в три года». Цель в том, чтобы ребенок полюбил читать и читал всю жизнь — сам, ради удовольствия и смысла, а не из-под палки.
Чтение — это первый и главный навык, на котором потом держится вся учеба. Ребенок, который читает легко и с пониманием, так же легко берет математику, историю и всё остальное.
Вы находитесь в разделе «Блоги». Мнение автора может не совпадать с позицией редакции.
Обложка: © Gaelle Marcel / Unsplash; с использованием ChatGPT / AI
Популярные комментарии
ОльгаЧто значит стукачество? Я считаю так: если тебя никак это не касается, то об этом рассказать должны участники. Макисмум, что должен сделать ребенок — рассказать об этом родителям, чтобы взрослые люди уже решали надо ли доводить ситуацию до сведения школьной администрации. А если ребенка избили, унизили или регулярно оскорбляют, то он имеет полное право и даже должен рассказать об этом взрослым: учителю и родителям. Потому что дети сами не разберутся — это все миф, что они могут и должны разобраться сами. Может именно это учительница и имела в виду, когда говорила, что дети должны ей все рассказывать? А родители сделали из мухи слона?
Учительница поощряет стукачество в классе. Стоит ли запрещать ребенку доносить на других?
Виктория ИльинаРазговор о достойной оплате учительского труда сложнее простой формулы «надо повысить зарплаты». С главным тезисом героя статьи трудно спорить: педагог не должен думать, чем прокормить семью, и быть вынужденным добирать доход репетиторством. Но базовый уровень оплаты должен быть достойным не только в сильном столичном лицее. Хороший учитель одинаково нужен и в Москве, и в районной школе, и в селе. Право ребёнка на качественное образование не должно зависеть от места жительства. А дальше логичны дополнительные стимулы: надбавки за квалификацию, подготовку стобалльников, победителей олимпиад, серьёзные результаты учеников. Тем более статья показывает, какой труд стоит за работой с сильными и мотивированными детьми. Но есть и неудобный вопрос: насколько востребована значительная часть знаний, которые школа по единой программе обязана давать всем? Учитель здесь во многом связан требованиями системы. Однако если обучение почти не учитывает склонности и будущую траекторию ребёнка, возникает разрыв между объёмом обязательных знаний и их последующей практической ценностью. Можно сколько угодно говорить о «гармонично развитой личности», но общество в конечном счёте выше ценит то, что даёт ощутимый результат. И этот вопрос тоже нельзя исключать из разговора о зарплате учителя.
«Мы придумали делить детей на два сорта»: директор тамбовского лицея и заслуженный учитель — о культе олимпиад
Евгения СамотохинаТо что отрицательные оценки нужны — я согласна, но здесь должен быть ряд факторов: 1) как по мне текущая система оценки (пятибалльная, а по факту четырехбальная) — не то чтобы объективная. Особенно чувствуется на объемных заданиях в старших классах, когда в тексте на 2 страницы допустил 2-3 ошибки и пооучаешь тройку. Как по мне система должна иметь разбивку хотя бы в 10 баллов. 2) Часто каждый учитель сам определяет как оценивать ученика. Если с точными науками и каким-нибудь диктантом ещё более-менее понятно, то с более творческими заданиями, пересказами вообще непонятно — у одного учителя ты получаешь 5 у другого за пересказ того же качества — 3.
«Двойка должна жить». Учитель — о том, почему плохие оценки нужны детям









