Услуга или всё-таки нет? Как мы видим образование и что с этим не так

Понятие «образовательная услуга» в этом году исключили из закона «Об образовании». Пока непонятно, как этот шаг повлияет на учебу и педагогов, но ясно одно — многие учителя уверены, что отношение к школьному обучению как к услуге мешает всем: и детям, и взрослым. Такой же точки зрения придерживается и наш новый блогер Наталья Влодавская, директор по сервису Skillbox.

Еще каких-то лет 20 назад образование воспринималось как фундаментальный институт. Но с появлением множества обучающих курсов и школ оно быстро стало частью сферы услуг. Сегодня за деньги можно учиться в любом возрасте — хоть в детском саду, хоть находясь на должности директора. Все это изменило отношение к самому образовательному процессу.

Парадигма «учитель — ученик» сменилась на «сотрудник — клиент», а это запустило установку «клиент всегда прав». Преподавателю стало намного сложнее завоевать авторитет студентов, а нередко — даже просто увидеть уважительное отношение к себе. Для общения с преподавателями больше нет единого паттерна поведения: одни относятся к ним как к поддержке в чате, другие — как к школьному учителю.

Как еще повлияла смена функции и появление учебы как «услуги»? Ученики стали пассивными — образование теперь расценивается не как процесс, где преподаватель выполняет роль проводника, а как некий результат, который компания предоставляет за оплату. Но если в ресторане или салоне красоты ответственность за результат — полностью на стороне провайдера, образование требует большой работы от самих студентов.

Нельзя стать программистом, просто оплатив курс: нужно вкладывать время и силы, выполнять домашние задания, внимательно слушать лекции. Точно так же нельзя купить абонемент в фитнес-клуб и ждать, что спортивная фигура появится сама собой. В образовании клиент платит не за комбинацию готовых знаний и навыков в голове, а за конкретный набор алгоритмов, за составленную программу, за комментарии и обратную связь. А дальше уже важно работать самостоятельно по указанному направлению. Но чтобы работать самостоятельно, ученик должен понимать, зачем ему это. А современные дети все чаще учатся с установкой «учеба ради оценки»: неважно, какие знания останутся потом, главное — пройти модуль сейчас.

Но искусственная мотивация на доучивание не приносит результата: именно поэтому многие выпускники вузов, которых отправили туда родители, потом работают не по специальности. Опросы карьерных сайтов показывают, что 43% россиян никогда не работали по профессии. То же касается и дополнительного образования: требование работодателя или установка «надо» не даст человеку ни знаний, ни пользы.

Кто в этом виноват? Модель поведения, когда люди учатся ради формального результата — диплома, сертификата, оценки — обычно появляется в школе, когда учителя слишком фокусируются на отметках. Поэтому так важно объяснять детям, что у образования всегда должна быть цель. И цель эта — не отметки. Для этого учителя могут уделять больше внимания профориентации, рассказывать, как те или иные знания и навыки могут помочь в будущей профессии, показывать кейсы реальных представителей индустрии — например, пригласить экспертов, чтобы они рассказали о своей работе.

Важно здесь и участие родителей: они не должны учиться за детей, выбирать за них профессию и требовать обязательно получить диплом вуза. Человек должен сам решить, какая специальность ему по душе. А чтобы это сделать, надо найти цель, понять, что обучение — не услуга, которую предоставляет школа, а шаг на пути к профессии, достижению мечты.

Фото: Przemek Klos / shutterstock / fotodom