Зумеры научились пользоваться интернетом в детстве, а альфа вообще родились со смартфонами в руках. В эфире «Радиошколы» культуролог Оксана Мороз рассказала, как всё это влияет на общество в целом и на подростков в частности. И могут ли тут что-то решить запреты.

Стоит ли запрещать соцсети и почему

Некоторые исследования действительно показывают, что использование соцсетей в подростковом возрасте влияет на формирование личности. И нормативно гораздо проще запретить их детям, чем развивать просветительские программы по цифровой гигиене. Запрет кажется самым простым и валидным инструментом. И даже оправданным. Подростковый период ведь — это поиск идентичности. Все в соцсетях сравнивают себя с другими. Даже мы, взрослые, плохо справляемся с этими чувствами. А подростки едва ли вообще сформировали представление о самих себе, поэтому такое столкновение ощущается довольно болезненно.

Важный вопрос еще и в том, кто для подростка является референтной группой, с кем он хочет ассоциироваться. Соцсети предлагают огромное количество образцов, тогда как до их появления групп было гораздо меньше: уличная компания, кружок, примеры из книг или кино.

Мы, может быть, этого не осознаем, но, подписываясь на кого-то, мы собираем себе новые референтные группы. Проблема в том, что все эти образы — сконструированные. У блогера должна быть идеальная жизнь, потому что она хорошо продается. А обычные люди очень часто заходят в соцсети для того, чтобы посмотреть, как еще можно жить. При этом мы иногда забываем, что именно сравнение себя с кем-то из ленты — главный источник самокритики и невроза.

Причесанный образ из интернета никогда не соотносится с реальностью. Если спросить любого блогера, то окажется, что за идеальной картинкой всегда стоит огромный объем работы и колоссальное выгорание. Но если не задумываться об этом, «безупречная» реальность быстро строит нам загончики. И эти загончики всасывают нас в себя. Согласитесь, что выбраться оттуда в период кризиса — очень сложная задача.

Другое дело, что подростковый период — это еще и период бунта, когда любой ранее существовавший авторитет абсолютно невалиден.

И на запрет со стороны родителей подросток будет реагировать просто: «Назло маме отморожу уши»

То есть запреты скорее производят новые опасности, потому что возникает желание найти лазейку и погрузиться в какие-то альтернативные платформы, на которых законы соблюдаются еще реже.

К тому же у поколения альфа сейчас развивается интересная идея множественной публичности. Если ты создашь много аккаунтов, в каждом у тебя будет своя новая личность и поведение. В один день тебе тоскливо — ведешь себя депрессивно, завтра у тебя хорошее настроение — ты становишься пикми-герл. Чем больше этих вариаций, тем лучше, потому что ты меняешь их как перчатки. Я бы даже сказала, что это неплохая практика, потому что обычно эти маски не прирастают.

Как говорить с детьми о безопасности в Сети

Современные уроки цифровой грамотности представляют собой нелепые конструкции. Одно дело — учить, как формировать безопасный пароль, другое — доносить, что за реальность развивается в интернете. Мой основной вопрос к таким инициативам: «А кто будет всё это преподавать?» Статистика показывает, что у нас и взрослые люди не отличаются цифровой грамотностью.

Чтобы формировать образовательные программы, нужно понять, что конкретно мы хотим от детей. Все запретительные инициативы сформированы на основании предположений, что детям в интернете страшно или что они попадают под плохое влияние. Поэтому можно, например, сосредоточиться на проблеме кибербуллинга. И разговаривать о цифровом этикете, приватности и публичности. А еще донести до детей, что стукнуть кулаком по голове и написать оскорбительное сообщение в чате с одноклассниками — это одно и то же проявление агрессии. Это эквивалентно неприемлемые вещи.

Только не надо начинать разговор о цифровой грамотности с аппаратного устройства компьютера. Это очень отвлеченное знание, которое вообще не сработает, даже не заинтересует. Ну и навсегда забываем о позиции: «Мы вам сейчас расскажем, как надо». Необходим диалог, а не нотация.

Откуда берется хейт и как его избежать

Обычно агрессорами становятся люди, которые однажды были жертвами. Так они отыгрывают ситуацию и возвращают себе себя — получается замкнутый круг. Поэтому необходимо очень хорошо мониторить ситуации любого нарушения норм общения. Они могут не быть буллингом или открытой агрессией сейчас, но точно могут превратиться во что-то серьезное. На фоне небольшого столкновения может сформироваться опыт, который сделает человека агрессором, и он действительно причинит зло всем остальным.

Из этого следует, что взрослые должны быть просто рядом с детьми

И они тоже должны быть грамотными в цифровом смысле: понимать, например, в каких чатах и пабликах дети общаются, что там за правила, какие есть риски. Необязательно входить в эти чаты, но важно хотя бы знать, что они есть, чтобы потом не возникало удивления.

Старые схемы, когда после столкновения школьников собирают педсовет и начинается показательная ругань, уже не работают. Потому что так мы встаем в заведомо проигрышную позицию человека, который грозит кривым пальцем: в интернете это бесполезно. Кроме того, разбирается уже произошедшая ситуация — это слишком поздно.

Альтернатива только одна — учить. Ребенок с самого детского сада должен знать, что он может подойти к воспитателю и сказать, что его обижают. А воспитатель должен эту ситуацию проработать с детьми, родителями, в идеале и с психологами.

ИИ — опасен или нет?

Сейчас в интернете появилась новая серая зона — чаты с искусственным интеллектом. И дети начали использовать нейросети для обсуждения своих эмоций, переживаний, психологических проблем. Главная опасность такой практики — ИИ может подталкивать к определенным действиям.

Да, многие создатели ИИ-агентов говорят, что настраивают модели так, чтобы они по контенту и по косвенными признакам определяли, когда пора предлагать телефоны доверия, — это очень хорошо. Но если модель специально не отрегулирована на взаимодействие с ментально сложными ситуациями, она может нормализовывать опасное поведение. Например, самоповреждение или проявление агрессии в отношении других.

Иногда ИИ отыгрывают не психотерапевта, а друга. Люди, чувствующие одиночество или скуку, видят в нейросети внимательного и участливого собеседника. Это новое проявление парасоциальных отношений — человек имеет связь, которая, по существу, не может быть взаимной. Мы полностью сами скульптурируем образ нашего объекта привязанности. И это тоже очень опасно, особенно в подростковом возрасте.

Станут ли создатели ИИ-агентов ограничивать их возможности? Большой вопрос, интересно ли им это вообще. В этой области каждый день проводятся новые маленькие эксперименты, а об этике думать не приходится. Желание запрета возникает именно отсюда: что делают с детьми там, где я не могу это контролировать?

Обложка: © Aleksei Derin, Roman Samborskyi / Shutterstock / Fotodom