10 обещаний Васильевой с комментариями директоров, учителей и родителей
«Разрушить ЕГЭ сейчас — значит всю школьную систему разрушить»
В конце августа Ольга Васильева сменила на посту министра образования Дмитрия Ливанова. За полтора месяца работы она успела выступить против употребления слова «услуга» в школе, завоевала признание «Диссернета», отозвав законопроект, который затруднял выявление мошенничества с диссертациями. А главное — дала множество обещаний, которые вызвали самые разные реакции в образовательном сообществе. Мы попросили директоров школ, учителей и родителей оценить, насколько обещанные нововведения реализуемы и необходимы.
1. Вернуть в школы астрономию за счёт второго иностранного языка
Второй иностранный язык, по мнению Ольги Васильевой, — это «профанация», на которую тратится 250 учебных часов. Поэтому можно «смело забрать» по часу в 10 и 11 классе в пользу астрономии. А второй и третий иностранные языки школьникам, которые, опять же по словам министра, катастрофически загружены, предложат изучать на факультативах.
Дмитрий Фишбейн, директор Лицея НИУ ВШЭ
«С моей точки зрения, преподавание второго иностранного языка вряд ли является профанацией, по крайней мере в старших классах в контексте профильного обучения. В нашем Лицее ребята учатся по индивидуальному плану и сами выбирают предметы, которые им нужны. Второй язык всегда пользуется большой популярностью. Особенно если обучающиеся ориентированы на дальнейшую языковую образовательную траекторию. Я бы лично голосовал за то, чтобы у ребят был выбор. Несомненно, здорово, если астрономия появится в качестве предмета. Но пусть сами ученики определят, что им важнее».
2. Наказывать школы за натаскивание детей на сдачу ЕГЭ
«Это неправильно, когда директор школы говорит: „Я буду наказывать, если у вас будет плохое ЕГЭ“. Наказывать его буду я», — сказала Васильева. Она поообещала наказывать не только руководство школ, но и их региональное начальство, если станет известно о натаскивании детей на тесты. Министр уверена, что у ребёнка, прошедшего школьную программу, не должно быть проблем с госаттестацией.
Учитель московской школы (анонимно)
«Что такое «натаскивать» и кто будет определять: учит учитель программе или «натаскивает»? Наверное, нужно специальных уполномоченных подготовить, чтобы начать кошмарить уже не школы, а напрямую учителей? И где в такие уполномоченные с хорошей, надеюсь, зарплатой записаться?
Очень хочется стабильности — система привыкла к ЕГЭ и даже практически его полюбила, и если каждые десять лет поворачивать в новом направлении, результата не будет никакого! Школа, конечно, очень инертна и стабильна, но и она рухнуть может, если над ней такие эксперименты проводить — то налево, то направо».
3. Ввести устную часть в ЕГЭ по русскому языку
Васильева неоднократно называла систему сдачи ЕГЭ в России несовершенной. Сейчас Минобрнауки работает над тем, чтобы усилить творческую часть в экзамене и снизить процент тестовых заданий для гуманитарных дисциплин. В частности, уже в следующем году устная часть появится в ЕГЭ по русскому языку, если её пробное введение в девятом классе пройдёт успешно.
Дмитрий Фишбейн, директор Лицея НИУ ВШЭ
«Недавно была введена устная часть в ЕГЭ по иностранному языку, что, на мой взгляд, очень правильно. Сдавать иностранный язык без устной речи довольно странно. Мне кажется, с точки зрения эксперимента, устная часть по русскому языку и особенно по литературе — это интересный вариант. Ведь один из результатов уроков словесности — поставленная речь. Но прежде нужно понять, какие ресурсы понадобятся, чтобы это осуществить. Ведь ЕГЭ по русскому языку обязателен для всех. Может быть, стоит сначала попробовать ввести устную часть в экзамен по литературе, который не выбирает абсолютное большинство учащихся».
4. Остановить слияние вузов
В конце 2015 года Минобрнауки под руководством Ливанова начало масштабную реформу по объединению региональных вузов в многопрофильные опорные университеты, и в России уже стало на 16 вузов меньше. При новом министре образования эти процессы решили пока приостановить.
Игорь Реморенко, ректор ГАОУ ВО МГПУ
«Надо учитывать международные тенденции, ведь наиболее сильные вузы — крупные, где действуют разнопрофильные исследовательские коллективы, где богатая научная среда и большое поле выбора различных направлений научной работы».
5. Вернуть средний балл в школы
Васильева не раз говорила о своём негативном отношении к ЕГЭ. Недавно министр предложила вновь сделать средний балл по предмету главным критерием усвоения учеником школьной программы. «Нужно делать всё, чтобы программы были пройдены от начала и до конца, если программа идёт своим чередом, то бояться этого самого ЕГЭ не нужно».
Директор московской школы (анонимно)
«Что имеется в виду, не ясно никому. То, что идея ЕГЭ торпедируется, — вроде понятно. Но разрушить ЕГЭ сейчас — значит всю школьную систему разрушить. Этого никто не понимает, видимо».
Павел Северинец, директор школы № 444
«Ничего нового, к сожалению. Итоговые оценки в 11 классе выставляются по средней арифметической за 10 и 11 класс по всем предметам. А так полностью поддерживаю: ЕГЭ не должно быть самоцелью. Целью должно быть качественное образование!».
6. Проверить бюджетные траты на финансирование науки в вузах
Васильева намерена экономно расходовать бюджет и планирует выяснить, есть ли отдача от научных центров в вузах, в которые вложены «огромные деньги». В связи с этим она упомянула проект «5—100», который нацелен на повышение конкурентоспособности российских вузов среди мировых научных центров.
Игорь Реморенко, ректор ГАОУ ВО МГПУ
Безусловно, нужна прозрачная отчётность и ясность по расходованию бюджетных средств. В вузах должно быть больше конкурсных процедур, в ходе которых создаются временные научно-исследовательские коллективы. Думаю, что к их работе надо привлекать не только преподавателей, но и студентов. Разработки должны заканчиваться и регистрацией интеллектуальной собственности, и созданием малых инновационных предприятий там, где это возможно по результатам научного труда.
7. Увеличить часы на преподавание религии в школах
Предмет «Основы религиозных культур и светской этики», по словам Васильевой, укрепляет «нравственные основы личности» и вовсе не направлен на религиозное образование. «Любой модуль начинается с того, что Россия — наша общая родина, многоконфессиональная и многонациональная. Говорится про нравственные ценности, любовь и уважение к отечеству. А затем — про ислам в истории России, про основы этой религии». Васильева планирует увеличить количество учебных часов и улучшить качество учебников по этой дисциплине.
Илья Новокрещенов, директор школы № 2095
«Ни о каком преподавании религии в школах речи никогда не шло. „Основы религиозных культур и светской этики“ — курс культурологический. Самый яркий пример „культурологичности“, кстати, — учебник протодиакона Андрея Кураева. Каждый, кто его хоть раз открывал, я думаю, смог ощутить разницу между „Законом Божьим“, который преподаётся в воскресных школах, и модулем „Основы православной культуры“ курса ОРКСЭ. Сам же курс, на мой взгляд, очень для нас важен, ведь в нём сохраняется, с одной стороны, вариативность, с другой — ребёнок получает возможность прикоснуться к той части религиозной или светской культуры, которая раскроет перед ребёнком мир нравственности».
8. Восстановить трудовое воспитание
С 2017 года в школах будут «потихоньку» вводиться программы общественного труда. «Без трудолюбия, без навыков, которыми прежде всего мы обязаны семье и школе, без навыков трудиться ежечасно, ежесекундно, получать успехи от труда, мы не можем жить», — заявила Васильева на Общероссийском родительском собрании. Она также пообещала, что будут созданы 150 пилотных школ в разных регионах страны, в которых откроются отделения Российского движения школьников. При поддержке движения в школы будут внедрять полномасштабное «трудовое воспитание».
Илья Новокрещенов, директор школы № 2095
«Трудно спорить с тем, что детям необходимо прививать трудолюбие. Но мне видится, что воспитание через труд особенно никуда из школы и не уходило: до сих пор мы с большим удовольствием проводим субботники, на которых дети учатся уважать труд уборщиц и дворников, делают мир вокруг себя чище и светлее. Но я отчётливо помню, что в советской школе случались и некоторые перегибы, когда от детей требовали какого-то исключительного качества уборки класса, например. Я считаю, что всё-таки для этих целей есть уборщицы, и если мы просто восстановим то, что было когда-то, я уверен, наш общий педагогический пыл местами вернёт нас и к этим «перегибам».
9. Заменить физкультуру на ритмику
Родители пожаловались министру на чрезмерное количество уроков физкультуры в неделю. Васильева ответила, что «третий час никому не помешает», но нужно «подойти к этому творчески». И предложила ввести в школах уроки ритмики, объединив третий урок физкультуры в неделю с музыкой.
Елена Шерман, многодетная мама
«Как мама дочек поддерживаю. Хотя мальчикам, наверное, будет не интересно. С другой стороны, если ритмику будет вести физрук, вряд ли он введёт что-то принципиально новое. А специально обученного человека не факт, что пригласят. Мне бы хотелось урок с упражнениями для осанки и здоровой спины. Наши дети столько сидят, в том числе за компьютерами. Я знаю, что в городских спортивных комплексах сейчас создаются группы для детей 14-18 лет по построению красивого тела с ликбезом о правильном питании, з доровом образе жизни и так далее. Вот чего не хватает школе!»
10. Вернуть «золотой канон» в литературу
Весной патриарх Кирилл предложил создать единый обязательный список школьной литературы. После своего назначения Васильева поддержала инициативу и назвала «необходимой задачей» возвращение «золотого канона» в школы. «Мы постоянно говорим о „золотом каноне“. Я считаю, что мы обидели нашу молодёжь, потому что за последние несколько десятилетий как-то от него отошли. Вот у нас самих был „золотой канон“, и сами мы имели возможность дальнейшего выбора, когда взрослели. Имея багаж, мы возвращались к тому или иному произведению, перечитывали. А тут вдруг взяли и два поколения отодвинули».
Сергей Казарновский, директор школы «Класс-центр»
«Мне кажется, если и будет канон, то он должен быть минимизирован настолько, чтобы можно было читать и другое. Раньше в каждой квартире стоял примерно одинаковый набор книжек: Купер, Толстой, Достоевский. Потом мы начали сдавать макулатуру, стал появляться больший объём книг. Сейчас такое разнообразие сумасшедшее, интересное, разное, что непонятно, что считать каноном.
У школы должна быть возможность самой выбирать, ведь дети везде разные. Одним достаточно хотя бы минимум прочитать, другим можно предлагать больше, третьим нужен простор для самообразования. Будет неправильно забить каноном весь объём.
Я в своей школе, например, предлагаю детям читать сказки Козлова. Ещё «Муми-троллей», но не всех: сборник «Весенняя песня» обязательно, про девочку, которая исчезала, когда при ней говорили злые вещи (Туве Янссон, «Невидимое дитя» — Прим.ред.), или «Филифьонка в ожидании катастрофы». Их нет в советском каноне, потому что их ещё не было тогда, ну и что теперь?».
Читайте также
Популярные комментарии
АндрейАбсолютно согласен! Надо ещё и математику убрать, а то учат детей думать и раскладывать по полочкам! И читать и грамотно общаться сейчас не в моде. Есть же нейросеть! И комментарии поможет написать! Отправлять в школу только на физкультуру, труды и ОБЗиР. А все остальные предметы платно и по желанию! Хотя и эти три предмета требуют особой подготовки, поэтому их надо тоже по желанию, а лучше вообще платно!
«Врачей жалко. А вас, тварей, нет». Честный монолог учительницы о том, что стоит за особым статусом педагогов
Виктория Ильина«Короткий ответ: никак» — пожалуй, самая спорная рекомендация статьи. Да, признание родителей не изменит прошлого, а разговор не гарантирует извинений. Но это не значит, что о пережитом нужно молчать. Между «устроить суд истории» и «закрыть тему» есть третья возможность: спокойно рассказать, что помнишь, что чувствовал и как это на тебя повлияло. Не ради мести или покаяния, а чтобы назвать пережитое своими словами и обозначить границы. Родители могут искренне не помнить — но статья лишь предполагает это, не зная обстоятельств конкретной семьи. Избирательность памяти сама по себе не доказывает ни забывчивости, ни правоты одной из сторон. Почему же защитная версия взрослых считается вероятной, а желание выросшего ребёнка высказаться объявляется попыткой «переписать детство»? Забыть старые обиды по приказу невозможно. Молчание не означает, что проблема решена. Исследования также показывают: пережитое в детстве насилие связано с повышенным риском повторения жестокого или пренебрежительного обращения со своими детьми. Поэтому очень важно не «оставить родителей в покое», а осмыслить свой опыт и не передать его дальше. Разумеется, разговор стоит подготовить и вести без оскорблений. А вот объявлять молчание универсальным способом исцеления — безответственно, важно не просто прекратить разговоры о прошлом, а именно разобраться, как не воспроизвести пережитую несправедливость уже в отношениях со своими детьми.
Родители били меня в детстве, а теперь говорят, что ничего не было. Почему они так делают?
Юрий НикольскийПолвека сохраняю вес. Утром встаю на весы. Если вес выше той отметки, что установил полвека тому назад, то в этот день пищи на четверть меньше предыдущего дня. Ем по 6 раз в день, йогурт за час до сна. Не редко толстеют в годы, когда перестают расти — здесь уменьшаются затраты, а привычка есть столько же сохраняется. Второй период после окончания учёбы — начинается спокойная жизнь. Третий период — организм стареет, то новые клетки образуются всё реже. Сейчас потребляю пищи в 3 раза меньше чем полвека тому назад. Для женщин ещё есть периоды, связанные с беременностью.
Дело не в гормонах: 10 ошибок, из-за которых вы не можете похудеть
