«Женщина должна терпеть ради статистики браков?» Как спор депутатов о законопроекте о домашнем насилии дошел до суда
И что изменится, если документ примут

6 июля глава комитета Госдумы по защите семьи Нина Останина подала иск в суд на депутата Ксению Горячеву. Всё произошло на фоне споров о законопроекте об ужесточении наказания за домашнее насилие. Горячева, по мнению Останиной, обвинила ее в игнорировании проблемы и готовности закрыть глаза на смерти женщин от рук партнера ради «улучшения демографической ситуации».
Что происходит
Депутат Госдумы и глава комитета по защите семьи, вопросам отцовства, материнства и детства Нина Останина подала заявление в суд на свою коллегу, депутата Ксению Горячеву, по делу о защите чести, достоинства и деловой репутации.
Это случилось на фоне обсуждений в Госдуме и соцсетях законопроекта об ужесточении наказания за домашнее насилие, который внесла на рассмотрение партия, где состоит Горячева, — «Новые люди».
Что предлагают в законопроекте
Здесь не обойтись без предыстории. В конце мая 2026 года в рамках предвыборной парламентской гонки Ксения Горячева и партия «Новые люди» опубликовали «Манифест женщин России» и объявили о начале кампании против унижения женщин, проявления сексизма в публичном пространстве и, как написано на сайте манифеста, «бабуинизации общества».
В одном из пунктов этого документа поднимается проблема домашнего насилия в России:
«Каждые девять часов одна из нас гибнет от руки близкого человека. За прошлый год — девятьсот шестьдесят три. Почти тысяча. Тысяча наших сестер, матерей, дочерей, подруг. Почти половина всех убитых женщин в России гибнут дома».
Цитата из «Манифеста женщин России»
После текста манифеста следуют его заветы, среди которых значится «Любовь вместо агрессии»:
«Женщину в доме не бьют. Женщину не преследуют ни в подъезде, ни в переписке, ни на улице. Дом — место защиты. Законы, охраняющие женщину, должны быть приняты и должны работать».
Под этим заветом есть статистические данные, согласно которым в 2024 году было:
- зарегистрировано 963 смерти женщин от рук близких;
- зафиксировано только 10–12% обращений женщин с побоями в полицию.
Опережая вопросы: да, о пострадавших от домашнего насилия мужчинах, детях и пожилых людях в статистике графы нет, так как собрать эти данные еще сложнее. Дети и пожилые родственники агрессоров находятся в уязвимом положении и почти не сообщают о жестокости близких в правоохранительные органы (по разным причинам) или в кризисные центры (быстро найти информацию о них трудно), мужчины же могут испытывать стыд за подобные признания.
Есть ли наказание за домашнее насилие в РФ? Да, но есть и нюансы. В 2016-м в Госдуму был внесен на рассмотрение законопроект о профилактике домашнего насилия, который в 2019 году «заморозили» из-за критики депутатов и представителей религиозных общин. В 2017-м бытовое/семейное/домашнее насилие декриминализовали: за первый установленный факт побоев родных нарушителю грозит лишь административная ответственность и штраф размером от 5 до 30 тысяч рублей. С этим связано несколько проблем.
- Во-первых, скорее всего, сумма штрафа будет выплачиваться из семейного бюджета и может сильно ему навредить.
- Во-вторых, в России не так много организаций, помогающих пострадавшим от домашнего насилия, так же как и шелтеров, где семья может на время укрыться от агрессора. Поэтому подавать заявление о побоях и доказывать их рискованно — у нас не предусмотрено профилактики бытового насилия, соответственно, никто не может предугадать, как именно поведет себя агрессор после назначения ему административного наказания. Краски сгущать не хотим, но в некоторых случаях повторного заявления о жестоком обращении может и не быть. Хотя за побои во второй раз уголовная ответственность всё же предусмотрена — по статьям 116.1 УК РФ («Побои») или 115 УК РФ («Причинение легкого вреда здоровью») — со штрафами до 40 тысяч рублей и арестом сроком до 4 месяцев.
Финал нашей предыстории. В связи со всем этим «Новые люди» 19 июня отправили на отзыв правительства (только после него документ перейдет на стадию рассмотрения в трех чтениях в Думе) законопроект о поправках к статье 116 УК РФ.
Депутаты предлагают ввести уголовную ответственность за любые побои и другие насильственные действия в отношении членов семьи: совершеннолетнего родственника или партнера, беременной женщины и тех, кто находится в беспомощном состоянии или финансовой и любой другой зависимости от агрессора.
Значит, если пострадавший или пострадавшая подаст заявление в полицию, это сразу же, при первом установленном факте побоев, смогут квалифицировать как уголовное деяние. За него в «Новых людях» предлагают ввести наказание в виде лишения виновного свободы до двух лет и запрета занимать определенные должности сроком до трех лет.
«Этот закон не решит проблему домашнего насилия целиком.
Нужны охранные ордера. Нужны механизмы защиты от преследования. Нужна помощь пострадавшим. Нужна работа с агрессорами и профилактика. Нужна работа с общественными установками, из-за которых насилие до сих пор часто пытаются оправдать или не замечать.
Но без ответственности за само насилие все остальные меры будут работать хуже. Этот закон — маркер. Им мы говорим: так больше нельзя.
90% россиян поддерживают закон о домашнем насилии».
Из поста Ксении Горячевой о законопроекте
И в чем суть спора и претензий Останиной
После поста Ксении Горячевой, где депутат написала об отправке законопроекта на отзыв, глава думского комитета по защите семьи Нина Останина так прокомментировала инициативу в беседе с новостным агентством «Москва»:
«У нас сейчас восемь семей из 10 разводятся. Если будут разводиться все 10, есть ли смысл принимать закон? Будет ли молодежь вступать в брак в случае, если будет принят этот закон?
Или парни будут бояться, потому что любое прикосновение дома к жене, исходя из заявлений иногда импульсивных наших женщин, можно будет рассматривать как посягательство на физическое и психическое здоровье. Поэтому надо семь раз отмерить, а один раз отрезать. Это уже не первая дискуссия».
Депутат также отметила, что проект следует доработать и внести в него аналитику о потенциальном желании создавать семьи и о возможном проценте разводов после принятия поправок в УК РФ, и добавила, что, по ее прогнозам, число разводов с 8 из 10 увеличится до 10 из 10, а «молодежь вообще будет осторожничать с вступлением в брак, и тогда они попадают под идеологию отказа от деторождения, которая запрещена».
В ответ на это Горячева раскритиковала Останину и опубликовала пост, где спросила:
«То есть тысяча мертвых женщин в год от рук мужей — это меньшая проблема, чем гипотетическая тысяча незаключенных браков?
То есть председатель Комитета по защите семьи уверена, что каждый мужчина в браке поднимает руку на женщину? А она не должна на это «импульсивно» реагировать, то есть обращаться в полицию и требовать защиты по закону?
Когда женщина обращается в полицию после насилия, это называется заявлением о преступлении. Для этого и существует правоохранительная система: проверять факты, собирать доказательства и принимать решения на основании закона, а не эмоций.
Или проблема для Нины Александровны в том, что женщина вообще осмеливается жаловаться на насилие, а должна терпеть ради государственной статистики браков?»
Из сообщения Ксении Горячевой в телеграм-канале
Реакция не заставила себя долго ждать — 6 июля стало известно, что Нина Останина подала заявление на Горячеву в Тверской суд Москвы из-за оскорбления своих чести и достоинства. Депутат посчитала, что ее позицию о законопроекте о домашнем насилии исказили и представили так, будто она «оправдывает убийства женщин ради улучшения демографической ситуации и увеличения числа браков».
Что будет дальше
Пока всё понятно только с законопроектом — он, как мы и писали, на стадии отзыва в аппарате правительства, и если его и будут рассматривать, то только в рамках осенней сессии работы Госдумы, не раньше.
С заявлением Останиной против Горячевой ясно не всё. Ксения в своем телеграм-канале сообщила, что узнала об обвинениях только из СМИ и никаких досудебных претензий ей не поступало, а само заявление проходит проверку на соответствие действительности. При этом отказываться от своих слов депутат не будет и «готова отстаивать свою позицию в суде».
Останина, в свою очередь, добавила, что, если иск удовлетворят, Горячева — на свое усмотрение — может отправить моральную компенсацию за клевету (сумма не уточняется) в дом ребенка в Орске (Оренбургская область — Останина избрана депутатом от этого региона), где помогают детям, оставшимся без родителей.
В беседе с изданием «Фонтанка» при этом глава думского комитета по защите семьи отметила, что насилие неприемлемо в любом случае и его никто не собирается оправдывать. Но на вопрос о законе о профилактике домашнего насилия или об уголовной ответственности за него депутат лишь ответила, что решение о необходимости таких мер будет приниматься в Госдуме.
Обложка: коллаж «Мела». Фото: © Lomb, mfkrt / Shutterstock / Fotodom; Андрей Парменов / ТАСС, Марат Абулхатин / ТАСС
Популярные комментарии
Евгения СамотохинаТо что отрицательные оценки нужны — я согласна, но здесь должен быть ряд факторов: 1) как по мне текущая система оценки (пятибалльная, а по факту четырехбальная) — не то чтобы объективная. Особенно чувствуется на объемных заданиях в старших классах, когда в тексте на 2 страницы допустил 2-3 ошибки и пооучаешь тройку. Как по мне система должна иметь разбивку хотя бы в 10 баллов. 2) Часто каждый учитель сам определяет как оценивать ученика. Если с точными науками и каким-нибудь диктантом ещё более-менее понятно, то с более творческими заданиями, пересказами вообще непонятно — у одного учителя ты получаешь 5 у другого за пересказ того же качества — 3.
«Двойка должна жить». Учитель — о том, почему плохие оценки нужны детям
Анастасия ПавловнаДа уж… Уважительное общение не включено в общеобразовательные стандарты и экзаменационные вопросы. Можно иметь аттестат и даже не один диплом, но при этом оставаться полнейшим хамом. Системный кризис.
«Короче, училка, варежку свою закрой». Топ-20 цитат из переписок родителей с учителями, от которых волосы встают дыбом
Виктория ИльинаА может, пора честно посмотреть на проблему не только глазами учителя? Учитель жалуется: слишком много часов, слишком много отчётности, слишком много требований сверху. И с этим трудно спорить. Но есть один неудобный вопрос: а не является ли сама школа частью проблемы, которую она годами создаёт? Попробуйте хотя бы на минуту посмотреть на ситуацию глазами ученика. Этот ребёнок, которого сегодня заставляют заучивать километры информации «для галочки», завтра станет взрослым человеком. Возможно, чиновником, руководителем, тем самым человеком, который будет писать новые стандарты, программы и инструкции для школ. Не удивительно ли, что система воспроизводит сама себя? Главная ошибка многих педагогов — не в любви к знаниям. Знания нужны. Ошибка в другом: в убеждении, что ребёнку обязательно нужно загрузить весь огромный школьный багаж, не задумываясь, что из этого действительно пригодится именно ему. И когда обществу годами пытаются доказать ценность каждого килограмма ненужной информации, неудивительно, что эта работа перестаёт восприниматься как источник реальной пользы. Может быть, выход проще? Не превращать каждый предмет в борьбу за выживание. Не ломать детей и не выгорать самим. Если ребёнку ваш предмет объективно мешает сосредоточиться на тех знаниях, которые нужны ему для будущего, — поставьте законную тройку и дайте ему возможность развиваться дальше. Иногда настоящая педагогика — это не заставить выучить всё. А понять, что именно действительно стоит учить.
«Мы согласились со своим бесправием». Учительница – о том, почему ее коллеги терпят унижения








